Певучая певгаза каждой буквой твоего имени
прячется дерево
за каждым деревом твоего имени
прячется лес
певучая плавучая корабельная певга
открывает древесный рот
заглатывает немую рыбку
и рыбка с лёгкими как у птицы
дышит смолой
златоустыми плавниками
тревожит камбий
волнуется сердцевина
готовится стать не самой собой
хватается ветками за кипарис и кедр
ещё продолжаться
не задохнуться от мёртвого солнца сверху
не подавиться гвоздями
смолистым горем не изойти на потеху тех
между которыми
электрический воздух
искрится солью
между которыми
чёрная четверговая соль
заполняет воздух
певучая певга щетинится иглами
но принимает гвозди в себя
и ни Его ни себя защитить не может
* * *
он занят не разгибая спины
пашет носом в полях
агроном-любитель
и ромашки поют на душе
и подмурлыкивается под нос
пусть всегда будет солнце
пусть всегда буду я
ботаник гринписовец
сеятель собиратель
солнце нагрело макушку
хоть чай кипяти
хоть яичницу жарь
в общем-то всё хорошо
он надевает панамку хаки
травяное вравие под ногами
песня идущая мимо нот
прямо куда-то
в полуденное хорошо
поодаль на горке
у чистых источников
вьётся брат
любитель сыра
козьего со слезой
шаманит над шашлыком
уксусом дышит
душистая с горьковатым
сосновым душком
овечина на ноже
он заплетает тягучие колоски
и отворачивает лицо
запах смерти съедает духмяный дух
солнце мутит от жары
хорошо провалилось в смерть
он всё равно поёт
пусть всегда будет солнце
пусть всегда буду я
колосяная косичка
вспыхивает в ладонях
духмяное хлебное
тянется высоко
он смотрит за струйками
в самое солнце не щуря глаз
ветер гонит волну
волна заливает дымящееся кострище
небо коптится
непрогорелой древесной трухой
кровяным непрожаренным мясом
любитель сыра
козьего со слезой
сглатывает овечину
с чёрного от огня ножа
вытирает чёрную копоть с острого
лезвие вспыхивает
полуденным солнцем
пусть всегда будет солнце
пусть всегда-а-а-а...
* * *
в драных коленках
с ободранными локтями
неумытыми щёчками
дунечка
так и пойдёшь на порку
дунечка вскидывает на голос
когдато глазки
смотрит себя
снизу до самого верху
сзади и спереди
сухие в трещинах пятки
попа с костями наружу
горки лопаток
слежалый затылок
птичьи корябкие пальцы
коленные в трещинах чашечки
пустой без пупка живот
костлявые рёбра
безгрудье шея
а дальше
Дунечка прячет
когдато глазки
пытается плакать
но влаги нет
только сухая соль
и надо идти
эти шаги за неё никто
ноги идут
голова хочет прятаться за соседа
который сзади и спереди
справа и слева
ноги идут
и пространства много...
* * *
и бежит заполошная
а куда не знает
голову потеряла
свищи теперь
налево шажок
а потом направо
пять вперёд
десять кругом себя
дереализация
дремучая темнота
ничего не вижу
не слышу
никому не скажу
ей бы вправо
туда где дом
только где оно право
и как поймёшь
ещё в бытность
себя девицей
часто путала право-лево
вроде там за сараем
и бежит за сарай
за своей же
бегущей по воздуху
долгой шеей
там же дом
с под ногами
привычной землёй
там же дом
в котором и стены лечат
дух пшеничный
запах целебный
и несётся
ноги сами несут
прибегает
к пеньку-рубильне
* * *
точным движением
как вивисектор
делишь на части сердце
правый желудочек Богу
левый кесарю
полулунные клапаны
оставляешь себе
снизу пока ещё видишь
то что пока ещё сверху
кровь обессолилась опреснела
стала слюной пузыристой
лупятся лбами друг в друга
кровяные её тельца
губы слюнятся кровью
раны слюной кровятся
снизу пока ещё видишь
то что пока ещё сверху
значит устал делиться
значит без констатаций
странгуляционная борозда горизонта
на цыплячьей в слюноподтёках шее
* * *
жизнь тёрочка
разнодырчатая
разноротая
свирельные её рты
певучее приготовят
такое
что смерть прибежит
безахая аховая
с тарелочкой одноразовой
самое вкусненькое
звучненькое
вилочкой цапанёт
горсточкой пригребёт
или на коготок нанижет
ей всё равно
общепитское
ресторанное
помоешное
домашнее
ей всё равно соляночке
в брюхе урчать
и булькать
булькает и урчит
* * *
это сам Фома
это сын Фомы
это внук Фомы
это рцы —
целых сто Фомы —
близорукие,
с музыкальными пальцами
человеки-наощупь
ногу ставят не знай куда
пальцем тронут — кругом вода
постояния несть
и весь род погружается
уплывается в родниковую воду
к самому Фоме
босоногому босорукому
человеку-наощупь
пальцами смотрит
пальцами слышит —
осязай-человек
шестикрылые двуперста
* * *
кто видел судогду
догадается
выходишь из дома
на улице судогда
со всей её ленью к свету
со всей её всё суета
нет ничего под солнцем
и солнце-то
дальше зрачка никак
уходишь в неё
по щиколотку
по колени по пояс
незаметно судогда
затекает в рот
заполняет бронхи и лёгкие
заволакивает глаза
смыкается над головой
дышишь судогдой
смотришь судогдой
возвращаешься в дом
а это не дом а судогда
|
