1. Последняя сарабанда в Париже
оставь (или оставь за собой)
вершину ангельской лестницы здравого смысла
Хрупкий поворот где «её волосы летний пожар» (и другие цитаты оттуда, где мы молчим)
и ненависть стихов к тем кто их пропускает
мембранами детского ожидания срочный клик к тем
кого можно ебать в безопасной прохладе
от чужой тоски которая холоднее собственной
закольцованный приём ответов затекающий за край десктопа
предпоследняя метель ломает дерево свайп механического снега
слов о рабочем режиме в проёме дикпиков согласия
монохромная темнота возвращается
бледный кот похожий на клубы пыли и кокаина
мигает над пятничными проспектами группового секса
с избытком вербального согласия на каждый голос
зимних закрытых окон пытаясь подавить голос
не выдыхая дым в слишком узкие щели
*
мягкая настойчивость отступает или наоборот обступает меня
тёплое предплечье к ночной грозе
мне бы больше всего хотелось чтобы билеты на эту пулю были
куплены без меня
предчувствуя цель желания
*
no english please и neither spleen nor idéal вместо горькой луны движение облаков
no means no дождь над лувром затирает ночь
проходя мимо твоей двери — капающие шаги не протекают за месяц к весне
слушать беспомощность
(невербальное no — means no?)
и как в мягком сердце — железный ветер
*
великая красота вскрывает гнойный абсцесс великую красоту
мышечного узла просвеченного изнутри
с красной и чёрной лентами как сыр с кровью и козье мясо
мягкое сердце твёрдые воспоминания
от до слов на шарнирах пламенной готики
галльские голубые глаза в повороте смартфона
высвечивая великую красоту селфи затылка линий образующих площади
навязчивое фотографирование изнанки и киста в формообразовании
красота штырей над проспектом того абсцесса пальцы голени слишком близкие вены
слишком близкие и слишком вообще
16 евро за прямолинейность
*
темнота над славой монмартра
томление — тоже лестница
как в буктрейлере «нет, — отвечал он, — it's fine, нет, нет и нет»
пререлизный показ а потом
покинь меня на вершине томления здравого смысла
2. Cantica Coelestis
a. i.
даже тёмные воды сиберии откажут в нересте моим слабым зубам
пускать их под волнорезом тёмные толщи и откажут мне в сиквеле тоже
и когда перезапуск франшизы эти катсцены вырежут первыми
ветром желания смелости до стен фабрики или завода или
и потом мягкие шрамы тёмные во́ды и они тебе обещали спрятать прошлое от чудовищ
их имена в разрезах когда плавное техно смолкает для макса рихтера
когда каждый своих мертвецов и водоразделы и синтез белковой ткани
спрятать от тех кто взглядом искрит взгляд голубоватого прошлого
отче отведи глаза пионерские звёзды огни над мостом «Мост» сияет под снегопадом
в нашем особом месте неприлично-смачный монтаж под ксавье долана
ветер промывает замочные скважины и сонные капилляры ресёрча
пиши мне и я тебе буду когда макса рихтера сменит течением простых незаполненных дней
эти дни исключительно между мгновений между зубов раздирающих во́рот сорочки
не заполняются ткацким движением фабрики
и я могу ждать этого
пока мост промывает стропила
*
новой весне новая любовь разбитая о весенний край
и другая разбитая в её первых числах
*
пусть каждая из этих ран станет смертельной
нож вендетты для длинных писем открытых признаний и открытый огонь к прощанию
зачем каждая из твоих ран сочилась в мои ладони
вязкий пиксельный горизонт событий
забери мою ночь с собой если ночь не может забрать меня
зачем мои раны сочились в твои ладони
у стеклянных ворот Павлу «забери те ножи для писем, выдай ножи для ёбли,
ночь уже просочилась, но не хватает ран между нижних рёбер»
чтобы у пиксельного горизонта событий дыры сочились ветром
*
а завтра спокойные стены дома
там в липком снегу прорастают крепкие нервы и фреймы не меняют решений
ты строил тонкую крепость и зачем-то спросил что будет под мдма
и я зачем-то сказал что конечно я тебя выебу и потом
и потом были спокойные стены дома и античный стыд безразличья
деревянная мебель и плохой свет дешёвых баров солянки
и короткая любовь это как будто бы не было все слова это дёшево и крыши покрыты снегом
все слова кроме тех это нормально но только не в ритме не те октавы
это как перформанс художника затяжные входы и новеллическая развязка
золотой свисток всасывает звуки и новые крепкие стены
ты сможешь вспомнить что это было туманно любопытно и немного беззубо
в тёплом доме который
потом рассказать это дальше и оставить арт-буком и позже — оставить
и позже присвоить перенастроив нюансы
*
оно заберёт твоё липкое солнце с собою пока на фоне
девочки просят камбэка мальчика пруфов и дрочки в примерочной COS'a
техно переплавляет и тех и этих
как вода к воде
3. До могилы Тинторетто
терракотовые астры
края слишком долгого путешествия
в перламутровом кармане торчелло
баклан ныряющий в зубной камень старых соборов
здесь или там одинаково одинаково больно и одинаково ровно
края капителей свиваются с тенью натянутой сукровицы
поцелуй на пароме? смуглые руки стянуты галстуком
семя стекает дешевле чем bottiglia di Pinot Grigio
пронеся до ferrovia пронеся назад растеряв в липких струях
одержимые духами всасывают с чпокающим звуком поглощённой души
импланты противоестественно бледные — на том свете — и я прошу сжимать зубы сильнее
слишком больно и сжимай сильнее и раз слишком вообще одинаково ровно
и сильнее за путешествие на торчелло и сильнее чтобы стигмы рыбьего жира
свивали узоры где под рёбрами спят мраморные мадонны ушедших под воду
верхние воды нижние воды ровным слоем липкого тёплого месива
неразобранных слов принуждения и спаянных в липкие своды соборов
которые мы заслужили
липкие зубы липкие сваи и когда сперма попадает в глазной канал — требует дополнительной платы
ментальные сделки за поцелуй на пароме за неприлично сильные боли
четверо плачущих у санто-стефано четверо на сан-марко
никто не будет услышан обоюдоострые своды
принимающие в себя духов за кэш глубоко с проворотом
над оставшимся от тинторетто испарения социального яда
где никто не будет услышан
всем одинаково и одинаково ровно
