* * *

Потерян на краеугольных улицах одного из городов Восточной
Европы. Не выходит, так сказать, к позднему завтраку.
                                                                                          Казавшийся
столь знакомым вид раскалывается на две половины, каждая из
которых исчезает из поля зрения, по меньшей мере — как горький выдох
в яростной атмосфере.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Нет, нужно закончить: уязвлённый плесенью кокон «Columbia»; латеральная ржавь
на линейке лица;
                            прибрежный амок
от неразложимых в тёмной воде отпечатков (пейзажа, раскалывающегося на
две половины etc.); запах сгнивших растений, мочи, тупых насекомых.

* * *

Вереница утренних пассажиров расклеивается, так сказать, в вопросительном свете, обжигающем молекулы речи. Если спекулятивно опрокинуть затылок на
рельсы, видно
                                                                                                                                    Не видно
                остановленных спиц билдинга, опрокинутых в лес. Принял целую капсулу, но
не помогло. Немного холодной воды на вкус перелома. С северной стороны тянет дымом.

TRACK#3

Резкая
смена эмоциональных регистров Тактильная бомбардировка подробного удушья Узел
согласных пастилок сжав «Ещё радикальнее» до катастрофы штифта
сточив крышку
резца

На
ландшафтную кожу — не пропустившую взгляд — брошена сетка близости  Всё было
просто  Отчуждение всё-таки строгий термин  Это тело в искажённой
перспективе?  Кровь  рвалась рядом  Общей не
стала

Сколы остойчивых сочленений Скользкий ожог упреждающих локтевых прикосновений

* * *

выцветание флага                                          взаимности. Истончение беспредметной
                              утопии.
            Как тогда —                                        Крах эндорфина в
                                                                                                      памятливом до
                                                                        ведо́мых ветром
                                                                                                  ветвей
            никогда.                                                                                  узелке плоти.

* * *

надломившись к полудню, на северной стороне. Голова, говорю, надломившись
                          к полудню, на северной стороне.
                                                                                   
Меньше недели до перепродажи лёгкого скутера. Холодит между рёбрами —

ветер сменил направление

— теорема приятеля: борт опрокинется в левостороннюю атмосферу (шоссе? объездной
дороги?)

Обжигает

сетчатку ветер, вызревший на ничьих землях. Нить солёной слюны, прошитой выходным

воздухом.

Песочная крошка в смертной ладони. «Ничего страшного» думает о войне как о работе мышц.