Досье

В этих рассказах запрет слов, неиспользование языка оказывается высшей, священной точкой его присутствия. Однако в том же запрете содержится и возможность спасительного нарушения, в перспективе — творчества. В какой-то степени вся проза Байтова строится на подобном нарушении неприкосновенности таинственного: его научном расследовании, ироническом сомнении по его поводу. Однако результат этих операций не разоблачение, а некое новое торжество тайны, в том числе и тайны языка. / далее

Избежав концептуалистского говорения метаязыком, уравнивания ценностных рядов, Байтов обнаруживает способ создавать философскую поэзию, адекватную современной мысли, а не апеллирующую к стертым смыслам. / далее

Этот беглый очерк современной русской поэзии появился на свет благодаря московскому корреспонденту испанской газеты "Эль Паис" Родриго Фернандесу, в середине 2005 года приславшему мне письмо следующего содержания: "Я готовлю сейчас большой материал о русской литературе, и мне остается написать только небольшую статью о русской поэзии. В этой связи я обращаюсь к Вам за помощью и прошу Вас ответить на два вопроса: 1. Какие течения существуют сейчас в русской поэзии; 2. Назовите десять (15-20) самых значительных пишущих сейчас поэтов и буквально в одной-двух фразах охарактеризуйте их творчество. Ваши ответы будут использованы в материале, естественно, со ссылкой на Вас". После первого изумления мне подумалось, что при всей экстравагантности постановки вопроса в нем есть большая доля правды: в самом деле, картина современной русской поэзии настолько пестра и разнообразна, что требует уже какого-то общего плана. / далее

Ничто уже не заставит будничную жизнь, увиденную ночными глазами, вернуться к нормальному виду. Она бесповоротно одичала и все смотрит в темный лес. / далее

Третья книга стихотворений Николая Байтова снована на новом структурном принципе по сравнению с двумя предыдущими. / далее

Прочтение одних слов в других — сакральный акт. Ф. де Соссюр предполагал, что древние поэты зашифровывали в стихах имя Бога. Вот что-то в этом роде. Само то, что в одних словах содержатся или «узнаются» другие, говорит о преднамеренности. Каллиграфический вариант формального свидетельства о Создателе дает Д. Авалиани в своих листовертнях. Но пусть другие напишут о метафизике Байтова, для меня здесь только звуковая игра (игра в звуки). / далее

Один читает всю жизнь Горького, заучил уже его наизусть, другой — Шукшина (а у нашего автора Шукшин не идет по второму-то разу; как я его тут понимаю и поддерживаю по-читательски!). А нынешнюю литературу вообще трудно читать вторично, хотя какие есть замечательные имена — Валерий Володин, Андрей Дмитриев, Марина Палей. / далее

Первая книга прозы Николая Байтова «Четыре угла» имела подзаголовок — «Приключения информации». Аналогично можно было бы назвать и «Прошлое в умозрениях и документах», сняв вопрос о жанровой природе собранных в книге текстов. Каждый из них это образчик современной прозы, почти идеальный в своей простоте и завершенности и почти не поддающийся определению в привычных терминах — эссе, повесть, статья, но для удобства будем называть их «рассказами». / далее

Книга стихотворений Николая Байтова «Времена года» заведомо является событием для внимательного читателя. Репутация Николая Байтова в не таком уж и узком внутрилитературном кругу такова, что мы ждем ощущения настоящей удачи от каждого нового его текста, а если вдруг его не дождемся, скорее обвиним себя и перечтем. / далее