Досье

Здесь и особые градации, в которых абсурд и выморачивание смысла нарастают от текста к тексту, и деконструирующие магический тип мышления «Невероятные случаи». / далее

Поэтическое книгоиздание, и в более тучные времена не слишком интенсивное, после известных событий осени прошлого года как-то притормозило обороты. Несмотря на то что список «Московского счета» в этом году был, кажется, рекордным по объему (и, как многие говорят, по количеству хороших книг), на следующий год ему, видимо, предстоит ощутимо похудеть. Но так или иначе, поэтические книги продолжают выходить, и это прекрасно / далее

Поэтический сборник трех авторов объединяет не общность поколений (хотя внимание литобщественности ко всем троим оказалось прикованным недавно, так что можно говорить о «позднем вступлении» в поле словесности) и не географический признак (Ровинский живет в Дании, Сваровский — в Москве, Шваб — в Израиле). Поэтов роднит принадлежность к «новому эпосу». / далее

Поскольку речь идет об активно пишущих и развивающихся современных поэтах, следует оговорить, что данное исследование ограничено рамками их последних книг, прогнозы дальнейшего развития их творчества остаются за скобками. / далее

Некоторым образом книга «Все сразу» Арсения Ровинского, Федора Сваровского и Леонида Шваба — редкое, если не беспрецедентное явление в практике новейшей русской поэзии. Вспоминается разве что задуманный в середине девяностых, но так и не осуществленный коллективный сборник Александра Анашевича, Дмитрия Воденникова и Дмитрия Соколова, но сравнивать вышедшую книгу и книгу, так и не опубликованную, было бы странно. / далее

Сегодня, для того чтобы ввести значительную часть новейшей литературы в поле аналитики (не обязательно академической), требуется пересмотр нашего терминологического и методологического аппарата. В ходе этого станут возможны и новая интерпретация тех авторов, которые давно признаны классиками, и выстраивание новых линий преемственности — того самого символического «родства», о котором говорил коллега Ушакин. / далее

Прежде всего заслугой Сваровского является если не открытие, то отчетливое, внятное формирование жанра, который в поэзии существовал давно, но был маргинальным, а теперь, в творчестве Сваровского, вышел на первый план — фантастической баллады. Таким образом, фантастика, владычествующая в прозе второй половины ХХ века, в начале XXI расширила свои владения, шагнув в поэзию. / далее