 предыдущий текст . Наталья ГОРБАНЕВСКАЯ . следующий текст  |
|
Чья это была эпоха?
Личный взгляд Натальи Горбаневской на Александра Солженицына и смысл его присутствия в русской литературе
|
|
...отказываясь от чтения этих книг (даже просто откладывая их в сторону) по соображениям эстетическим либо — недосуга, мы тем самым совершаем этический выбор в пользу зла.
Иосиф Бродский. География зла
(рецензия на английское издание первого тома «Архипелага ГУЛАГ» и сборника «Из-под глыб»)
Ровно за неделю (как оказалось) до смерти писателя видела моноспектакль Александра Филиппенко «Один день Ивана Денисовича» — на фестивале «Пилорама», который проходил на месте бывшей политической зоны «Пермь-36» (где теперь единственный в России музей, целиком посвященный политическим репрессиям). И сам спектакль совершенно поразительный, и — много ведь лет не перечитывала! — проза солженицынская поразила. Ныне она показалась мне еще — куда! — более новаторской, чем в те далекие дни конца 1962 года. Тогда хватала за душу новизна материала, хотя если подумать, то понятно, почему так хватала: потому что было и написано по-особому. Но это оставалось почти незамеченным. Недаром после — очень скорого — появления «Матренина двора» пошли разговоры, что вот-де здесь А.И. показал себя художником, а «Один день», мол, просто голая правда. (Не говорю сейчас о тех, кто правду эту ложью объявлял.)
Голая! Скажем, обнаженная. И обнаженная великим художником. До косточек скелета обнаженная, до самого нутра...
«Одна радость в баланде бывает, что горяча, но Шухову досталась теперь совсем холодная. Однако он стал есть ее так же медленно, вдумчиво. Уж тут хоть крыша гори — спешить не надо. Не считая сна, лагерник живет для себя только утром десять минут за завтраком, да за обедом пять, да пять за ужином».
Так еще и сегодня мало кто научился писать. Обманчивая простота, а на самом деле — выверенность каждого слова, ритм каждой фразы, каждого абзаца, всего повествования. В нескольких приведенных строчках всё есть: и человек, и система (строй, режим — не просто лагерный «режим»).
Вернувшись из Пермской области в Москву, рассказала о своем потрясении младшей подруге, у которой жила. И говорю: «По-моему, все-таки Твардовский не понял, насколько эта проза ни на что не похожа, можно сказать революционна». Лена (а она — дочь Вероники Туркиной, двоюродной сестры Натальи Решетовской и вечного верного друга Солженицына) мне отвечает, что нет, Твардовский именно с точки зрения художественности оценил «Один день». С точки-то зрения — да, но мне кажется, что все-таки полностью он эту новизну прозы Солженицына вряд ли разглядел, мысленно вводя ее в русло хорошей новомирской прозы. А там было в те времена немало хорошей прозы, но сейчас она мне по сравнению с «Одним днем» кажется, как бы это сказать, либо отсталой (нынче уже многого перечитывать не станешь), либо игрой в бирюльки (и тоже перечитывать не станешь). Напомню, впрочем, что в то время мы практически еще не знали Платонова, Замятина, Булгакова. Ну, знали уже Бабеля и Пильняка, но сопоставление с ними первая же повесть Солженицына вполне выдерживала.
3 августа поздно вечером я вернулась домой в Париж, открыла почту, там было письмо от Лены: «Умер дядя Саня...»
Я ответила что-то вроде: «Знаешь, все-таки и так чудо, что он дожил почти до девяноста и совершил то, что совершил».
Конечно, лучше было бы, если б он дожил до этих девяноста, увидел бы спектакль «Шарашка», ну а потом? А потом, раньше или позже, все равно бы умер, и мы точно так же, как сейчас? искали бы слова: как оплакать и как оценить?
Осталось бы вот то же самое: он совершил то, что совершил. И, более того, совершил все, что хотел совершить.
Воздвиг памятник всем мученным и замученным в ГУЛАГе. И опять-таки — почему «Архипелаг» после сотен (буквально сотен!) книг, посвященных советским лагерям, произвел такое оглушительное впечатление? Потому что и это была совершенно новая, ни на что прежнее не похожая проза: «опыт художественного исследования». Здесь, в Париже (а я приехала, как раз когда вышел по-французски первый том), я видела вчерашних троцкистов и маоистов, под влиянием «Архипелага» ужаснувшихся своему прошлому — или, точнее говоря, потенциальному, но, к счастью, не состоявшемуся будущему. Их на Западе назвали «детьми Солженицына». Опыт художественного исследования раскрыл им то, чего не раскрывали документы и воспоминания, — лишь после него они уже смогли обратиться к тем и другим.
Написал то, что хотел написать с юности: эпопею об истории русской революции. У меня к ней (особенно к «Марту 17-го») странное, сугубо личное отношение. В давней моей молодости, когда я еще думала, что буду писать прозу (какой же уважающий себя стихотворец не хочет писать прозу?), был у меня такой замысел: машина времени, и я попадаю в 17-й год. Бегаю, всем кругом объясняю, чем это кончится, но никто меня, разумеется, не слушает. Отмахиваются. Или даже не замечают. Читая «Март», я как будто узнала этот неосуществленный юношеский замысел...
Успел сказать всё, что хотел сказать.
Что́ он говорил — не всё, не всем и не всегда нравилось. Даже если забыть о намеренном перевирании и умышленном нежелании услышать и понять. Да и я не во всем и не всегда была с ним согласна. Но, помимо того, что вообще чту свободу каждого иметь свои мнения, всегда считала, что по сравнению с тем, что Солженицын совершил, его, на мой взгляд, неудачные высказывания ничего не значат.
Мы помним полемику между Солженицыным и Сахаровым. Но русский (и не только русский) ХХ век остается и останется эпохой Солженицына и Сахарова.
Мы помним добросовестную попытку Солженицына опровергнуть поэзию Иосифа Бродского как целое (как ценность) — попытку, которая, на мой взгляд, не удалась и не могла удаться. Но в русской литературе последние десятилетия ХХ века остаются и останутся эпохой Солженицына и Бродского.
|
|
 |
 |
Знакомимся ближе
 |
поэт, переводчик
Франция
|
Поэт, переводчик. Родилась в 1936 году. Окончила заочное отделение филологического факультета Ленинградского университета. Видный деятель диссидентского движения, участник демонстрации протеста против вторжения в Чехословакию на Красной площади (1968). С 1976 г. в Париже; много лет входила в редколлегии журнала "Континент" и газеты "Русская мысль". Переводчик польской поэзии XX века. Лауреат Русской премии (2011).
...
|
О ней пишут
О новых книгах Натальи Горбаневской
Книжная полка Павла Крючкова
Аллан Рид
Предисловие к книге Натальи Горбаневской «Чайная роза»
Н. Горбаневская. И тогда я влюбилась в чужие стихи... Избранные переводы из польской поэзии. — Варшава—Краков, 2006.
Адам Поморский
Наталья Горбаневская: «Пью за шар голубой»
Тексты на сайте
К. Зейтунян-Белоус. Хищные дни. Насекомые: Стихи. — Париж, 2000.
Русская мысль, №4329, 3.08.2000
Д. Бобышев. Зияния. — Париж: ИМКА-Пресс, 1979.
Континент, Вып. 20 (1980)
Г. Айги. Отмеченная зима: Собрание стихотворений в двух частях. — Париж: Синтаксис, 1982.
Континент, Вып. 33 (1982)
Стихотворение
Н. Горбаневская. Не спи на закате: Почти полное избранное, СПб.: Лики России, 1996
Стихотворение
Не спи на закате: Почти полное избранное, СПб.: Лики России, 1996
Стихотворение
Н. Горбаневская. Не спи на закате: Почти полное избранное, СПб.: Лики России, 1996.
Стихотворение
Н. Горбаневская. Не спи на закате: Почти полное избранное, СПб.: Лики России, 1996.
Евгения Изварина, Вадим Калинин, Ольга Зондберг, Евгения Риц, Олег Дарк, Наталья Горбаневская
Воздух, 2010, №3
Воздух, 2010, №2
Воздух, 2008, №1
Освобождённый Улисс, Современная русская поэзия за пределами России
Воздух, 2006, №1
Личный взгляд Натальи Горбаневской на Александра Солженицына и смысл его присутствия в русской литературе
OpenSpace.Ru
Новая Польша, №11 (2004)
Дмитрий Веденяпин, Наталья Горбаневская, Мария Галина, Александр Уланов, Полина Барскова, Алексей Верницкий, Андрей Тавров, Фёдор Сваровский, Дмитрий Григорьев, Гали-Дана Зингер, Василий Бородин
Воздух, 2010, №4
Н. Горбаневская, И. Жуков, В. Месяц, А. Скидан, Е. Сунцова, А. Родионов, Н. Черных, М. Галина, В. Бородин, С. Завьялов, Д. Веденяпин, А. Штыпель, А. Уланов, Д. Строцев, О. Юрьев, Г.-Д. Зингер
Воздух, 2010, №3
Предисловие к книге: Ольга Мартынова. Французская библиотека. М.: Новое литературное обозрение, 2007
Новая камера хранения
Новое литературное обозрение, 2006, №79
Предисловие
М. Жажоян. Случай Орфея: Стихи, эссе, рецензии, дневники. — СПб.: Журнал «Звезда», 2000.
С. Вольф. Маленькие боги. — СПб.: Ассоциация современной литературы «Камера хранения», [1993].
Русская мысль, №4019, 3.03.1994
И. Машинская. После эпиграфа. — Нью-Йорк: Слово-Word, 1996.
Русская мысль, №4182, 10.07.1997
|
|
