Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Города Украины
Страны мира

Студия

Проба

Этот раздел студии открыт для всех желающих: здесь можно обратиться к экспертам студии за отзывом о своих сочинениях и познакомиться с их мнениями о сочинениях других начинающих авторов.

Решение о том, кому из экспертов поступит на отзыв Ваш текст, принимает модератор студии. Вы, однако, можете отметить свои пожелания — и они, скорее всего, будут учтены. У экспертов есть возможность добавить свой отзыв к уже опубликованному отзыву другого эксперта, если мнения их в чем-то расходятся.

К сожалению, обещать отзыв каждому, кто пришлёт нам свои тексты, мы не можем — по той простой причине, что о некоторых текстах невозможно сказать ничего содержательного (кроме как констатировать, что никакими, даже самыми скромными, литературными достоинствами он не обладает). Если у экспертов студии не нашлось для вашего произведения ни одного обнадёживающего слова — не стоит так уж сильно расстраиваться: даже совершенно непрофессиональные сочинения могут быть кому-то приятны и полезны — как минимум, могут радовать самого автора и его близких. Ну, а если этого недостаточно, — значит, прежде, чем послать на отзыв другие свои работы, сто́ит почитать суждения экспертов о чужих текстах, а также произведения участников студии в рубрике «Процесс».

Совершенно ругательные отзывы не публикуются (если текст совсем никуда не годится, так о нём и говорить незачем). Однако те или иные критические замечания и отрицательные оценки со стороны экспертов возможны. Читая их, не упускайте из виду, что в их основе — вера в ваши силы и надежда на то, что со временем у вас может получиться что-то настоящее.

Пожалуйста, не забывайте о здравом смысле: не нужно отправлять на отзыв длинные романы, разбивая их на мелкие порции, или требовать от экспертов ознакомления с полным собранием ваших сочинений! Постарайтесь выбрать такой текст или фрагмент, чтобы по нему в наибольшей мере можно было увидеть, чем именно Вы отличаетесь от всех других авторов.

Удачи!
сор из карманов
знаешь
а этот город
не так уж плох
из окна уходящего поезда
Андрей Безуглов, 1992 г.р., Зеленогорск
Отзывы экспертов

Стихи Андрея Безуглова очень точные и при этом очень сентиментальные. Для меня сентиментальность в поэзии — однозначно желанное качество, потому что она требует смелости, и чем дальше, чем больше. Причём очень интересно, что у Андрея эта сентиментальность предметная, она направлена на вещность, ощущаемость мира, так физика становится метафизикой, и одновременно в этом умалении заостряется социальность. И в форме, и в содержании стихов чувствуется влияние Владимира Бурича с его куском довоенного мыла, осознанно или нет, и это, безусловно, достойнейший ориентир, и возможное движение стихов Андрея Безуглова представляется именно в эту сторону — в сторону ещё большей сухости, чёткости, без потери при этом мягкости и чувства умиления миром.
24.09.2020

Августовские моционы
лужи сегодня слишком больно
напоминают стол деревянный
с тёмно-стеклянными блюдцами:

в них вместо листьев клёна,
осин и сирени я вижу таблетки
и остатки каши овсяной.
Тимофей Проскуряков, 2004 г.р., Балашиха
Отзывы экспертов

ОДИНОКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ АВГУСТА


Медленные, как бы заторможенные (затормаживающие время) два небольших стихотворения Тимофея Проскурякова — тихие и вдумчивые медитации (созерцания), в которых происходит смещение бытового, городского — в природное, но умопостигаемое пространство жизни. В этом смещении, в этом пространственно-временном забытьи проявляется за-бытие мира, сохраняющего здешний «домашний» уют (лужи, напоминающие «стол деревянный / с темно-стеклянными блюдцами»), но уже живущего какой-то неподвластной человеку самостоятельностью. В этом мире человек так же лёгок и свободен, как ивовый лист в «утреннем кармане плаща».

Эта поэзия могла бы, наверное, пойти по пути, по которому двигался Тумас Транстрёмер, правда, пока она менее алогична (Транстрёмер в своих поисках прошёл через искус сюрреализма, и это придало его мировоззрению головокружительную трагически-лёгкую свободу). В поэтике Транстрёмера связываются вещи и события дальние и давние, ближние и случайные, внешние и внутренние, связываются как подвижная влага облака с синеватой тенью на кроссовке или голос смерти с тёмным плеском воды. И эти неожиданные взаимосвязи — развязывания-и-завязывания потоков жизни — образуют новую гармонию стиха. Поэтическая вселенная Т. Проскурякова находится, как мне думается, ещё в стадии роста и становления, но в этих стихах уже чувствуется стремление к той сдержанной, но властной и напряжённой энергии поэтического слова, когда взгляд пытается прозреть в слоистых потоках явлений жизни скрытые и сокровенные смыслы.
24.09.2020

Сложнораздающийся вайфай печали
Полупьяный Шахтёрск
Приветы шлёт
От читателей, да макаром
От Макара Ивановича,
У которого ипотека
Григорий Правдовержец (Эрлих), 2000 г.р., Барнаул
Отзывы экспертов

Некогда, в достаточно незапамятные времена, я передавала одной петербурженке из Москвы сборник финалистов некоторого поэтического конкурса с её публикацией. Уговорились встретиться в метро, и за пятиминутное общение она порассказала мне, что вообще много участвует во всевозможных конкурсах, и даже где-то выиграла телевизор. За ход незапамятных времён к запамятным я много видела тех, кто в различных конкурсах выигрывает что-нибудь, и смотрела на них спокойно, так как сама себе ещё лет в 14-15-16, в те самые 90-е, постановила не писать так, чтоб можно было положить на музыку или заполучить приз, ну или подобным образом как-то обозначить стратегию, ведущую к успеху у необозначенной аудитории; технократически говоря, избрала иные алгоритмы.

Рассуждая вне присланного стихотворения, вижу, что с алгоритмами для «выигрывательного» сюжета у Григория Эрлиха всё доселе было хорошо: есть стандартно-поэтический словарь и традиционная форма, есть от него мягкие отходы словообразовательно-синтаксического свойства («Мир прекрасный и случайный / Смотрит пасмурно и стло» — стихотворение на «Стихи.ру», одно из пятисот; «Жил был один парень. Однажды решил он забветь примерно до той степени, до которой обыкновенно забываются в его годы. ... По крайней мере ничем более он не заботился, ведь он забвит, а значит одинок и в опасности» — эссе-миниатюра во «ВКонтакте», одна из пятнадцати). Этого в целом немного, оно мало обусловлено другими элементами текста, но как-то чуть-чуть пробуждает читателя, спящего под укачивание традиционно-поэтической манеры. Но успехи в рамках данного сюжета: автор, пишущий стихи и подающийся на конкурсы — имеются как собственно литературного (их много), так и литературно-патриотического свойства («Во втором литературно-патриотическом конкурсе имени С.В. Быстрова [конкурс не гуглится. — Д. С.] занял третье место в номинации «Трёхстишия» (2018) в категории до 21 года»).

Однако, в тенденциях поэзии XX—ХХI века, примерно после Надсона, всё же присутствует установка «писать о чём-то», или более обострённая, от авангарда идущая, «писать чем-то» [в смысле — той сущностью, о которой пишешь — например войной, любовью, разочарованием]. (Я всё ещё пребываю в недоумении, каков статус присланного текста в корпусе автора: единичный радикальный жест или начало перерождения; буду добра предположить второе.) Имея в виду вот эту, тематическую, установку, попытаюсь проследить, насколько она работает в присланном тексте. Естественно, если текст назван, то название должно бы кумулировать в себе дальнейший разворачивающийся смысл или вступать с ним во внятное противоречие. Но кумуляции нет, а противоречие невнятно. Текст начинается с некоторого количества архаизмов и архаистических сущностей, вводящих нас в текст, далее мощная в потенциале метафора про аквааэробику и наст, но она ускользает из-за малоуместного тут «на» (аквааэробикой занимаются в воде, внутри водной толщи), следующее далее описание чувств сменяется полупьяным Шахтёрском (где это? на Сахалине? или под Донецком?, но всяко далеко) и неведомым м(М?)акаром, который то ли «свирепо» «гоняет телят» — раз уж такое имя дали ему, то ли просто обыденный фома данетотов, далёкий от личности автора и его вайфайной печали (возможно, это — радио как фон бытия, иначе бы не передавались приветы). Внеструктурно в этом тексте выглядят «хладеющие сердца» и «злорадная агония», зато внутриструктурны слова «чинный» и «холодный», несколько раз повторённые и возможно являющие собой архаичное для современного компьютерного мира небесшумное модемное подключение к сети, звукоподражание его, глоссолалия. Глоссолалия прошлого.

Однако, целостности не создаётся, так как не возникает сосредоточения — в первую очередь, авторского, и уже впоследствии — читательского, это не доку-, где оно не обязательно, и очень похоже, что не спонтанное письмо, где обязательно не оно. И, возвращаясь к алгоритмам: они нужны, но имеющиеся не исчерпывают всей сложности поставленной задачи, след-но их надо доработать.
24.09.2020

Господь с нами, братцы
гопническое лето выпало
из колоды карт Болыцкого
нет! нет! я не брал её! пожалуйста
и посыпалось блёстками
что растерялось

стоит собрать их
да плохо так
хорошей вещи лежать

да
да

пропала жара
начинает холодать
южные твари улетают
мне в принципе тоже пора
Данила Иванов, 2003 г.р., Санкт-Петербург
Отзывы экспертов

Эти очень незрелые стихи очень юного и, кажется, очень способного автора в свёрнутом, зародышевом виде представляют довольно широкое течение в русской поэзии целого столетия — от имажинизма с «бритыми мозгами» и тому подобной образностью и до Арсения Ровинского, у которого вполне можно было бы встретить фразу о том, как «гопническое лето выпало / из колоды карт Болыцкого». Из беседы с автором я знаю, однако, что круг его чтения ближе к общедоступному, от Хлебникова до битников (ни одного, ни других в его стихах не слышно), — и это своего рода чистый эксперимент, говорящий нам о том, что некоторые реализовавшиеся за век возможности были в известном смысле обязательны, и если бы выдающиеся личности их не одушевили собой — примерно те же пути, mutatis mutandi, были бы проложены другими. Какой именно путь решит прокладывать Данила Иванов, когда узнает о теперешнем контексте больше, — я не берусь предсказать. Но уже сейчас ему свойственна интонационная и ритмическая свобода, рождающаяся из чуткости к живой речи, умение выбрать нетривиальное слово из синонимического ряда, способность на малой дистанции (в подборке лишь один длинный текст, и он явно затянут, но уж зато некоторые эпизоды неподдельно хороши) развернуть лирический сюжет малозаметным неожиданным поворотом.
12.09.2020

ВЫБЕГАЮТ ЧЕРНЫЕ МЫШИ И УДАЛЯЮТ ВРЕМЯ
А в субботу вечером делать было нечего,
мы нашли мяучело и его собачили.
Выло, корчась, мучилось чудное мяучело:
иглами колючими мы глаза закончили —
слёзками горючими некуда идти
Святослав Уланов, 2001 г.р., Краснодар
Отзывы экспертов

Аллюзии из Введенского, контаминированные в заглавии подборки Святослава Уланова, скорее говорят о мировоззренческой значимости для автора самой сильной отечественной линии «метафизического авангарда», левообэриутской, нежели о собственно поэтике (признание Введенского одной из наиболее значимых фигур эпохи последнего разлома модернистского метанарратива носит вполне общий характер). Эти же маркеры обнаруживаются в некоторых текстах Уланова (например, в стихотворении «так хорошо, и свет невыносимый» с появляющимися в рифменных позициях, правда, в соседних строфах, а не в одной, - очевидно говорящими «аршинами» и «вершинами»). Однако в общем и целом стихи Уланова не несут в себе какого-либо особенно отрефлектированного трансцендентализма; «мерцания» понятий он достигает не обрушением конвенциональных связей между означающим и означаемым, как это было характерно для Введенского и отчасти Хармса, а в общем-то достаточно одноходовой языковой игрой в декорациях примитивистского нонсенса; здесь основные методы – не радикальное разрушение системы означивания, проделанное Введенским, но всего лишь квантование слов и, по сути, нанизывание каламбуров на нить ассоциативного ряда (что ассоциируется скорее с «классическими» футуристами второго плана и, если уж на то пошло, с характерными приемами современной словесно-речитативной практики суббкультурного плана). Впрочем, было бы интересно проследить за дальнейшими опытами автора.
26.08.2020

Рывки
минус одно чудовище

ты ненавидел мои шутки про геев и твою задницу
грабли — любимый твой инструмент
их подарил мне на нашем свидании первом
вместо цветов
Ева Ермакова, 1991 г.р., Самара — Екатеринбург
Отзывы экспертов

В стихах Евы Ермаковой, за исключением, возможно, первого из подборки, которое видится мне несколько инерционным, явственно присутствует не просто удачное схождение жестского высказывания и не слишком нарочито поданых маркеров фем-оптики, но и, что радует в наибольшей степени, умение продемонстрировать практически лишенное швов соединение внутренней и внешней точек зрения; в этом смысле можно говорить не столько уже о «плавающем субъекте,» вполне разработанном в новейшей лирике, сколько о дезавуировании самой сколь-нибудь четко определимой субъектности. В этом отличие стихотворений Ермаковой от поэзии Галины Рымбу — автора, на которого, как мне представляется, поэтка ориентируется в наибольшей степени (в представленной подборке это особенно заметно в текстах «вокруг лишь говно…» и «иди и смотри»): у Рымбу межевые знаки между разными типами субъектности все-таки обозначены как правило гораздо явственней. Не слишком ловкими маркерами инфантильной оптики оказываются суицидальные мотивы, сами по себе никак не запетные, но конкретно здесь («запястья проснулись»), несмотря на зримость метафоры, представляющиеся несколько нарочитыми. Самым сильным текстом подборки представляется последний в ней; здесь авторка в некотором смысле предупреждает возможные упреки в предпочтении частного общему, и делает это с тонким сарказмом («меняй свой русалочий хвост на кувалду / и иди на всеобщую стройку актуального слова»), что, однако же, не отменяет вполне вероятной дальнейшей эволюции в сторону большей ангажированности.
26.08.2020

omniumora
в ласке зноя крах. тысячи рук тысяч голов
поднялись к капле солнца. прорывая лоскут
лоза поднимается вдаль, она тиха́
увядает в небе её сияние
Алина Бебех, 1999 г.р., Солигорск
Отзывы экспертов

Стихотворения Алины Бебех очень изящны. На первый взляд они предельно просты, но за этой кажущейся простотой, прозрачностью — таинственная многослойность наложенных друг на друга стёкол, искривление, отступление в сторону проходящего сквозь них луча, смещение смыслов.
Уже первое стихотворение подборки свидетельствует об этом. «Во сне в котором сон» — в этом уже предзаданная многослойность ирреальных пространств, но одновременно это и скрытая — то есть опять же таящаяся под толщей прозрачного – цитата, апелляция к хрестоматийному «В полдневный жар в долине Дагенстане» (мы уж и не помним, что на самом деле это называется «Сон») и к хрестоматийному же высказыванию Владимира Соловьёва, назвавшего это стихотворение Лермонтова «сном в кубе».
Интенция этого визионерского смещения, заложенная в детском ещё восприятии отечественной поэзии, но мало кем ощущаемая явно, распространяется и на другие стихи Алины Бебех. По сути Алина Бебех улавливает некий ветерок, веющий от классики, от XIX века в преломленную поэзию Аркадия Драгомощенко и дальше, и сейчас.

соловей сел на кожу мне,
тебе защекотало шею,
запястье

— взаимопроникновение слоёв реальности от я к ты, сопрокосновение параллельного, общая плоть мира, данная нам в ощущениях.
В этих стихах очень богатая образность чистого, простого зрения, глаз за очками и одновременно поверх очков — лицо, оперённое скулами, ротовая пена слов, вскипающая не губах, но на пальцах, пыль, сплетённая из земли — или из земли плетущаяся, покидющая её в воздух, в небо.
На меня стихи Алины Бебех произвели очень сильное впечатление. Поэтика молодого автора, безусловно, будет развиваться, но и сейчас она представляется уже сложившейся и при укоренении в нескольких, казалось бы, разнородных традициях очень самобытной.
15.07.2020

Триптих
мне было пять
мама повесила над кроватью
полотно с красными буквами

это молитва
тебе нужно её выучить

я учить не хотела:
Юлия Морозова, 2001 г.р., Смоленск
Отзывы экспертов

В случае Юлии Морозовой есть готовый и по-своему эффективный поэтический инструментарий: прозопоэтическое письмо, присваивающее документирование опыта и одновременно попытки остранения от очевидного и вербализованного, в целом спокойная интонация и особая оптика, которая даже при активном использовании местоимения «я», т. е. в рамках субъектного письма, не позволяет субъекту герметизироваться, закрыться от внешнего (хотя в герметизации как таковой ничего плохо для поэзии нет). Однако представленный триптих зрелым в контексте современной молодой поэзии назвать сложно. Мир, который создается Юлией Морозовой, еще совсем детский: мама, сестра, подружки, получение первых уроков жизни. Довольно расхожий опыт, многажды явленный в литературе: можно вспомнить классику — книги юной Цветаевой, можно уйти куда-нибудь радикально в другую сторону и попасть на поле сетевой поэзии — здесь обойдусь без примеров. Знаки религиозности и воцерковленности, которые, возможно, кажутся оригинальным кодом, также пока не особо выделяют этого автора — что-то подобное найдется в текстах лауреата премии «Лицей» Александры Шалашовой, более продуманно работающей с тем же самым исходным набором инструментов. Юлии Морозовой хочется пожелать либо взросления и углубления заявленной поэтики, либо более осознанной эстетизации (даже если речь идет о документальных стратегиях письма) мира детства и юности.
15.07.2020

Из цикла "Пока не подохнут птицы..."
Вскользь по стволу,
языками касаясь
несказанных слов,
невыдохнутых, непретворённых
Сергей Канареев, 1992 г.р., Иркутск
Отзывы экспертов

Визионерство в поэзии — это особая форма её существования. И здесь, конечно, сразу вспоминается Уильям Блейк, и не только его стихи, но и его картины и гравюры, — эти подвижные пространства «внутренних комнат», насыщенные образами «духов» сумрачного прошлого и настоящего. Поэзия Сергея Канареева прорастает, как мне кажется, из подобного визионерства, корнями уходящего не только в архаику (древние культы Митры, библейские и талмудические писания), но и в современную философию, с её «складками» и «покровами», которые она снимает с вещного мира и нашего «я». Свободная форма стиха-волхования, стиха-сновидения особенно близка такого рода поэзии: с помощью свободных ритмических структур можно создавать определённый накал в высвобождаемом «веществе стиха», а двойные (или многомерные) смыслы слов могут иногда «работать» на расширение образности:

                                        во скорбях предаваться
                                        не плачу, но медным
                                        кимвалам; лучиться,
                                        набегая волною слепящей, сливая
                                        все фокусы жизни


«не плачу» — по первому «плану» образовано от существительного плач (в дательном падеже), однако в такой строфике стихотворения это слово может восприниматься и как глагол. И тогда смысл фразы двоится, связи в структуре стиха как бы «разбалтываются», нарушаются. А используя многозначное слово фокусы (первое значение которого — оптический фокус) автор, я думаю, не забывает, что у этого слова есть и другие значения. И если они «всплывают» в сознании читателя, возникает иронический подтекст, потому что фокус — это и номер иллюзиониста, иллюзия; а в бытовой речи это слово может употребляться в значении «проделка, поступок» с шутливым, а порой и негативным оттенком.

В стихотворении «Бродит — по кругу — / света росток», про-являющем, то есть делающим явным тайный процесс рождения стиха, анафоры создают ощущение кружения слова или того силового поля, в котором слово рождается. Это кружение начинается с аллюзии на «Се, стою у двери и стучу у двери» (Отк. 3:20), но возникает через отрицание: не стучится в двери. У Канареева слово дервиш кружится, поедает пепел мора, то есть вбирает в себя всё сумрачное, отжившее, омертвелое, и — не прорастает, так как не пришло ещё его время, потому что света росток — ещё незванный. Только после этих «мытарств» ростка света (или зарождения стиха) идёт дальнейшее его «нисхождение» в реальность речи. Ведь по ту сторону — / мышь за стеной. За словом «мышь» можно увидеть не только «реальную» мышь, но и мышь, как символ времени (вспомним давнюю работу М. А. Волошина «Аполлон и мышь», 1911). И только когда росток света пройдёт инициацию временем (то есть, возможно, всем тем, что здесь-и-сейчас существует), только тогда приходит ветер / в теснине раскаяния. Ветер, отсылающий нас, возможно, и к тому, что «не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра, и там Господь» (3 Цар. 19:11,12).

В последнем стихотворении («Омут») из этой небольшой подборки мы видим смещение на уровне вещественного и невещественного:

                                        Вытащить ровно сложенный,
                                        отутюженный крик из коробки
.

Все эпитеты в первой строфе выстаиваются так, что должен возникнуть материальный «объект», но он замещён нематериальным «криком» — звуком в его экстатической трансценденции. И далее эта цепочка рассыпанного на звуковые, волновые, световые части «объекта=субъекта» продолжается в этом таинственном шкафу (комнате-коробке) мироздания, где всё рассыпается, но одновременно всё соединено в глубоком омуте сознания. Чем-то эта комната-коробка Сергея Канареева похожа на чеховский шкаф. Так, вероятно, Костя Треплев, персонаж пьесы «Чайка», мог бы описать «шкаф», окажись он в пьесе «Вишнёвый сад» или в XXI веке.

У неска́занных слов есть возможность быть высказанными, у написанных стихов такой возможности уже нет — они проявлены из небытия и прорастают в нашем сознании из «тьмы» кромешной, прорастают через знакомые — а в настоящей поэзии всегда как бы вновь увиденные — буквы, слова.
09.06.2020

юность
царь-боженька разреши мне выйти
на воздух на улицу на красную
подышать выхлопными газами
подышать духом юным

хочешь секс иди к этому парню
хочешь секс с казаками иди на красную
я асексуален аполитичен и алогичен
Ян Шустовицкий, 2003 г.р., Краснодар
Отзывы экспертов

Человека крутит как / пёрышко /, но человек врос в землю, стал непрямой рекой /родины рекой, родины малой/ , /великой рекой малой родины/ , которая извиться пёрышком не может, и моря чёрного стигнуть до /великой реке не хватает =притоков справа/ .

И всё это читается как таблица, где никак не «вставить столбцы справа», потому что нет никакого справа, нет никакого права, и старик как в старой сказочке, и врачи как в белых халатах, и халаты как в белых врачах, в белых вращающихся врачах, и всё правильно,
верно.

А мне пришлось подробно изучить гео- и гидрографию Кубани — прямая центральная улица, извивистая река. Что ж, не впервой, и не в последний.
09.06.2020

Архив публикаций
 


Протестировать текст
Предложите свой текст экспертам

Все поля формы обязательны для заполнения!
Имя:
Фамилия:
E-mail:*
Город:
Год рождения:
* Ваш электронный адрес нигде не публикуется, никому не передается и может быть использован только сотрудниками нашего проекта и только для того, чтобы связаться с Вами по поводу Вашего текста.
Заголовок сообщения:

Введите код верификации


Выберите своего эксперта:

  Татьяна Грауз
  Данила Давыдов
  Дмитрий Кузьмин
  Илья Кукулин
  Денис Ларионов
  Юлия Подлубнова
  Евгения Риц
  Дарья Суховей
Хотите скрыть своё имя?

  Да
  Нет
Предупреждение:

Отправляя текст на рецензирование, Вы соглашаетесь с возможностью его публикации на сайте вместе с отзывом эксперта или экспертов. Текст может быть опубликован без Вашего имени, если Вы выберете такую возможность.

Эксперты

Участники

Денис Ларионов поэт
Клин
Поэт. Родился в 1986 году в Клину. Закончил Тверской медицинский колледж. Работал в «Макдоналдсе». В настоящее время студент Клинского филиала Российского государственного социального университета, факультет психологии.
подробнее


Юлия Грекова поэт
Рязань
Родилась в Бишкеке в 1988 году, с 15 лет живет в Рязани. Училась на филфаке Рязанского государственного университета. Участвовала в некоторых поэтических фестивалях. Публиковалась в журналах "Воздух", "Снежный ком", антологии премии "ЛитератуРРентген"
подробнее

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования

Вашей фирме нужен промтоварный фургон на Renault Kangoo для перевозок? Нет проблем! Вы можете его по выгодной цене купить в нашем магазине. Мы ждем вас! Он всегда оправдает вложенные в него деньги.



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service