Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Города Украины
Страны мира

Студия

Участники

Дорджи Джальджиреев (Роберт Штерман) напечатать
Буресвет хороводящий
Поэзия

13.03.2020
Вспышки и ножи
(Танец тафуров)

Обесследование во внеотечном мерцании
затопления плотоямных отдалений
геометрической проницательности.

В разрешении естества
явление себя поспешает.

Тафуры
в лучших пробуждениях
вы жрали поджатый мех обугленных намордников
охороводящейся лезвийности границ.

Третьи Средние Излишние
/смертна середина/

Им не нужно вопрошать
Начало исцелит от времени.

/-Запредметившийся-невесонный-праходер-/

Прячьте в ваши могилы
необъяснимые позиции
и побочное восприятие лёгкостями
(Утерявшееся предчувствие)

Наше наваждение — это имитация невозможного.

Остротало глазится
попутная истерийность
недоношенной сиренной оптичности.

Составляясь в сопоставлении
горстью выполоснувшихся вспышек
прослеживаемость
склеивает шумы координат.

Поглоти себя
о, Камень
Распусти мое удушение.


*

Ослышанное
Так же как и человек
В состоянии предсмертия
Оборачивается
в проёмистую прозрачность
высушенных сердцевин сна,
Осевоядным воспроизведением побега,
Медоуказчиком, пляшущим в кругу ос,
Отведённым обнаружением снаружи оставленного
И тем, что искривлением заполняет всё,
чтобы исчезнуть.

Ослышанное
Тревожной беспамятностью росы,
Оставляет в дураках,
Быть может,
как и поэзия.


*

Ведь не вернёшься к тому
к чему для начала приходилось сохранять анонимность
или причитать, сокрушаясь
как бы посадить поплотнее стропила.
Возможно и в чесоточных жалах жары
по настоянию матери к шелковице
бредёшь по просёлку, предчувствуя, как под затылок навалится
во околоплодностях свернувшейся орнитографии
суховей
так и обезудерживающего
отметая метафоричность
содержания засиженно подстерегавших средисредственных откровений падевого контррельефа створаживания беспамятности сощеления грамматики исключений
(apparatus tautologiam) в лихорадочно реконструируемую безокружность ускользания вещи в самоповторении.

И мотылёк на лезвии пальцеокой метели
раскроет сомнения и усталость
хрустального подлога к сотворению вновь.

-Пантеон всего укромного, о, Солнце!
Смеркоточцы-ревнители,
рыбам Бог не дал названий!

Лишь буресвет хороводящий.

Стать более наблюдательным во смехе.

Вновь найденный Ересиарх промолвил

Хранение обезличивает
покажите демонам их обличье
это изгнание.

Раскроив созревшую снасть
ты убедился
оно пряталось в том
что не желало быть перемещенным
испустив белесые перья на раздавленном полу.


Triptych
Orpheum Patera

И я взмеился над ним,
Распластано взлунившись, как над утопленным сыном…

I

Заглазной точкой оперения разреженности обморочного
Рога
Вогнутого в агрубно сгущённое нутро нор
Развалин разваренных вод
Сводчатых снов тишины на кронах резиновой сбруи
Отнятых возвращений
Проколотых
Проторёнными иглами углов
Прорубных
Стеблей спрятанных стен
Обветренных ребристой трелью пристального стеснения
Обвислых яровых круп рассеянности
Глотания морганий
Пурпурно амальгамированного мицелия
Оголённостью
Пересечённого продолья свёртываемости винтообразной перспективы.

Растягивая сургучные огарки материнских кос
Вспененными оспинами предвосхищения
Из
Собственной значимости раздавленного крика

Обглоданных пролётов покатых кенотафов

*****

Пойманная накипь дыр метафор
Развязана в просторе
Пред-проявленности
И липкий холод
Делом одиноким
Обернулся стеной глагола

*****

II
OCULUS

Они стегали свои спины серповидными плетьми
Светопыльных тюльпанов
Которые, скача, колыхались
Толчёными струями
Ржавого жала
Ртутных ртов ран
Затянувшихся звёзд.
Из их стропных мисок
Выскобленных толстодонными дланями
Всклень ощеренных шатунно-взлохмаченных долин

Вспоротых безбрежными окопами
Скалистых комьев
Невода осколков сорванного колокола взбитой крови
Из весьма предметного взмноживания
о-тень
Перфорированности сквозного таяния сгустка
Затаённой очевидности
Уведенного проявления
Вытяжения времени,
По обыкновению,
Обитающего на недоношенных границах
Смятых пересечённостей
Как оболочка исчезновения
В звук, в иссушенное зеркало прелого каления
Съединения условностей
Сухомятного обоюдизирования
Навесного позвоночника зрачков.

У заплатанных
Врастаниями в укусы подобно половой тряпке
тел

Оречевидившихся в горстях мешочных грудей младенцев
Выскабливая потолки луж

Форма обернётся позой

Корявых корений лезвия прошлых реактивов
Облысения лета.
И глядя в облупившиеся хляби крупиц острожного шёлка
Шли осклабшись
Они восклицали восторженно
-Открытие новой земли-
У изголовья дикорастущих
Отсыревших окон.

И под кистепёрой паутиной сухостойного грома
Ты сжимала в руках диоптрии ломтей
грохочущих перевалов
Рваных ремней рамен спёртого пламени
В размашисто стёртых аортах сочившихся вервий пернев
Дублёных реяний
Карбидной плесени сжиженных проселочных пропастей
Изнаночно вытопорщенных (изнаночный сок ночи)
застенной судорогой
Косого роя фиалок

Хранящих приземистое дыхание потливых млений
Закоротившихся всходов кратеров
Пропановых коконов
Столпнических
Сливолистных плясок
Окраплённых тернистой слизью полуденного вопля
Выжженных маковых полей.

Там, где воплощён был наш щенячий поцелуй,
Звенящий банками,
Наполненными морщинистой
От муравьиного жира
Ханкой в карманах.
И на лядвеях твоих,
Златотканных,
Я находил прислонения
Выворотных гроздьев подворотной пустырности.
Мы целовали расщепление.

*****

Инок дивий средь сопл аллювий прелых щупалец
Щупло скомканных плевков тумана
Мясистый затылок его вихреволосен
А маслянистые колтуны потолков
Увесисто касаются
Терпкой оттепели горизонтосточных трюмов
Слизываемых ранее с секущихся лиц хромых заборов
Выполощенных обугленной падучестью
Темноракушечной поролоновой метели.

Бросая книги,
Мы отпрыгивали от того
Куда именно может завести
Настоящий образ.

В выдавленных перьях любой мечты
Лежит жатва латунных скрежетов стержней тоски.

*****

III
Eventum et reditus

Впахивая в глотку дыхание полиэтиленовых медуз
Взлязгиваясь шипением позлащённых
Мокротными болотами
Лоснящихся серных высот облезлой сельвы
Вылавливать из распустившихся бутонов собачьих пастей
Больной известью
Взращённые жемчужины
Объятых и безудержно чужих.

Порой
Знакомость может ослеплять
Сиречь, знак
Заключенный в улей случайности.
Экстатическая обезыскомость в преодолении взгляда другого.

Рваные локти захребетных отрогов чернопахотного Пантеона
Извергали растопочную жеманность колодезного цветения песков.

И тысячи повторений рождают слякоть всего укромного.

Дрожащие кисти ломких листьев соды
Заглядывают
В выстиранные воздухом ямы
И в оных разжигал я откровение невыдержанного забытья заплечья
Лазаретовых зим

Выевши вымени вымятую выю
И выловив вылинявший трепет строения стылой мглы
Из извилисто порубленного млека
Бивней солонных отмелей.

Ах, Тетис
Семя, растворившееся в себе.

Нет ничего единственного
В укрывающей невосполнимости узлов
Развертывающих проточность
Сердцевин высмещения
Хорейных
Наваждений
Пространства.

Созидание,
Разъедая бури разрушения
Навеки остаётся в его чреве.

Все персоналии

Дорджи Джальджиреев (Роберт Штерман) поэт
Родился в 1996 г. в Элисте. Учился в Университете Яна Евангелисты Пуркине (Чехия). Студент факультета юриспруденции Калмыцкого государственного университета. Публиковался на сайте «Полутона». Живёт в Элисте.
...

Тексты на сайте

Поэзия

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service