|
ЧИТАЕМ ВНИМАТЕЛЬНО
29
Милые мои мозговые извилины, да не думайте вы о том, что вы заедаете чьи-то жизнь! Тот же самый котелок с рыбой. Обожаю этих людей. Они любят делиться замыслами. Они внушают уважение одними своими планами. Вот его подпись. Вот его портрет. Тут замахи на всю жизнь. Напрасно не обратил внимания. Вот когда ему будет 46 или 47, тогда мы и поговорим. Ваши заботы имеют значение только для вас, но для вас они важней всех тревог мира. Из вежливости мы слушаем вас, но дать понять это не вежливо и поэтому вы не замечаете, что вас слушают из вежливости. Но мы же не можем не злоупотреблять. 3.1.67 Мария Магдалина и Миролюбивый Мангуст. ГБ с маленькой буквы – это говенная баба, а не блядь и не безопасность. То, что вы видели в углу. Не зная Бродского, не суйся в Водкина. Петрова-Водкина я имею в виду. Это как 106 страниц из чужих старых книг: долой маленького брата. Последний гусар куда-то исчез. Тоже пока чужая торба. А все зависит от количества бешеных денег в кармане. Увы! Колченогая стрела из чужого колчана до сих пор мне мерещится в темноте. Тревожит шуршание счетчика. Так и не нашел. И окружения у старой стенограммы не нашел. А его поражает только берлинское разговорное "е-е-бен" "унд айнйебунден". Мама любила повторять: читаешь, читаешь длинное придаточное предложение на полстраницы, все понятно, а потом на конце вдруг "нихьт гехабт хат". Значит, все наоборот.
Из книги "Разговор о рыбе" ("Черновик")
16
ЛОШАДЬ У ОЗЕРА
Что я с чем перепутал? Нужно вспомнить, ЧТО перепутал, а потом найти С ЧЕМ.
Странно читать книгу из Оксфорда: какая богатая и удивительная страна – СССР, какие хорошие и удивительные люди – русские и какой великий и удивительный город – Москва. Впрочем, это похвала главным образом себе. Русские похожи на нас, англичан, тогда как грузины, например, или армяне похожи скорее на итальянцев и греков. Было бы ошибкой Сталина считать типичным грузином, нет, совсем нет: Джугашвили – типичный тиран, восточный деспот, больной человек.
Эту книгу можно было читать в 1935 году, а мы читали "Диалектический материализм" и "Дневник Кости Рябцева". Впрочем, нам казалось, что смерть героя никакого отношения к нам не имеет. Скорее, жизнь Чернышевского или статьи Писарева.
Красный телефон? Не помню. А что? Чем он вас так поразил? Жалко, что вы не читали "Цикуту". Я б хотел узнать все про цикуту. Хотел разрезать, хотел вырезать, хотел уничтожить: уж больно отдавало в печенки на следующий день. А на следующий день равнодушным взглядом скользнул по странице и решил: плохо написано, не читается, но и резать нечего. Или так оставить или все выбросить. П о д в о д о ч к у и это пройдет.
"Достоевский" уходит в Бухту Радости. Черная папка расплевалась с красным телефоном. Есть что-то подозрительное в этой готовности идти навстречу. Пожалуй, работа над новым стилистическим приемом, но не больше.
Из книги "Разговор о рыбе" ("Считанные дни")
12
E D А оnce more?
DICTATION
16.4.67
You should have spoken of art and music as "all that nonsense my wife likes". She will take you at your own valuation – and you deserve it. Our brain is seething with ideas, but we can only tell that Anna und Marta fahren nach Anapa. So much for the two-act play My Wife in the Evening and In the Morning. And what will your wife say about it? Practically nobody ever misses a clever woman. I haven't got time for that sort of nonsense. Life isn't long enough for love and art. He mentioned 4 names but I remember only one reader. But I do know Agatha Christie. And never worry about money. That's a noble ambition. The simple Soviet rhino. Now I hear the voice of A Brave Rabbit saying, "Don't be afraid, they won't touch you!" E D A once more? You're famous? Very. Utterly unknown, but very famous. The same case, the same words, that's the trouble. I wasn't certain I could handle the situation, but I certainly expected there'd be a situation to handle. She was clad only in a blanket.
Из книги "Разговор о рыбе" ("Подтекст")
52
На этом,можно,конечно,остановиться. Процитировал бы и дело с
концом. А я все возвращаюсь без результата к поезду «Москва-
Минводы», он шел тогда в Москву. Аччч оррр, вот именно.
Ничего больше не скажешь.
Вот такие собеседники. Где-то
были слова Александра Поупа. Их бы еще раз по-английски.
Ушло все. Ушло без возврата. На этом пора ставить крест.
Креститель-мститель Мечислав Мстиславович, не слышно его
что-то, чи жив чи нет. Чи коегзистовач чи не енгзистовач.
Вопрос про козу: чи пуховая, чи чепуховая. Но она не
поддержала шуточек на эту тему.
Ах да, радость галльской
филологии: не 7 раз, а 9 раз и не у Тертулиана, а у Теренция.
Кстати, не у Теренция Плавта. Тонкие мысли, чччоррр, да,
весьма: вот Вы пишете «задница, а надо «срам». «Н.К.» – это,
конечно, САМ Конрад, я так и понял. Резво написано, нельзя
подписать именем академика.
85
Ну[жно] ч[итать] про – себя – тихо
Я копировал. Я переводил с языка радости на язык чужих слов. Нужен совершенно другой язык. Тебе приходилось замечать. В другом месте на большом формате два слова для другого человека. Как мало от нас осталось. Тебя там нет. Меня там нет. Там нет ни слова о нас с тобой. Я ехал на этом трамвае. Эти имена ничего не значат. Какой-то другой язык. Неужели самое интересное – цитаты из чужой книги? Странное впечатление. Я не сижу, я не порчу, я не размахиваю. Чем дальше сегодня, тем хуже будет завтра. Пустое место на первый взгляд. Я напишу 14 страниц. Не приходило в голову то соображение, что кое-что всё-таки и тут для читателя осталось неизвестным. Отредактировано. У автора не спросили. Законченность такого звука. Потом два слова о лексике. Ты был голодный, ты шёл в столовую, после столовой ты становился другим человеком. Не было такого. В таком эпизоде скрывать было нечего. А он остался жив? У кого можно спросить? Если есть название улицы, то вспомнишь и номер трамвая. Ты напишешь потом письмо, тебе не ответят. Я когда-то из этого ящика извлекал слова. Это происходило таким образом. Звуки оттуда, кусок бумаги на столе, и я записываю слова, которые могут пригодиться. Слова из ящика похожи на слова из старой газеты, если она интересна. Вот вырезка. Тут всё есть, можешь не стараться, тут даже лучше. Трудно поверить. В каких отношениях такие клочки находились с готовыми словами из книги? Можно было просто брать слова из книги. Но там были имена. Там были другие имена. Будут схожи лица. Как только эти три слова, так сразу поворот. Звуки были удивительные. Просто нечего было сказать, а сказать что-то надо было. Меня там больше не будет.
111
Узкие полоски текста были хороши для разрезки. Их можно выдирать и приклеивать. Опять будет понятно по-своему. Ладно. Заботы 31-го читателя. «Смех у баб» – как всякая трагикомедия: смешно потому что про кого-то ещё. Когда про нас, то реакция простая. «Вот гад». «Сволочь». Разговор окончен, трубка вешается. Трубка кладется на место. Лисицы уходят в норы. Зверь бежит на ловца. Анекдот пересказывается своими словами. У птиц гнездо, у зверя темный лог. Один сын человеческий не знает, где преклонить голову. По ее словам, 4 раза подчеркнуто. Музыкальная жизнь: дочь Катаева, внук Леонова, племянница Паустовского. Шекспировский актер разорялся на всю катушку. При всем старании лучшая сторона не проявилась, а так хотелось. А желание было. Гроза надвигалась. Впереди на фоне Останкинской башни маячила стая галок и ворон. Не такие были точные слова. Эти веселые рассказы остались в другом месте. Если вы уедете, у нас никого не останется. Не заметил. Но корабли, что следуют за нами, не встретят в море нашего следа. Разве так надо защищать Беззащитного человека? Он полемизирует с бандитами. Он воюет с пиратами. Он еще на галере и не может забыть: ещё не прислали выкуп. С ним обращаются хорошо. Где-то на Западе звенят дукаты. На Севере тугрики.
Из книги "Путешествие без надежды"
|
