Дмитрий Быков
поэт, прозаик
Родился в 1967 году

Визитная карточка

Хазарский вариант – это такое, знаете, христианство с человеческим лицом, как будто на деле у него нечеловеческое… Вы замечали, что они очень любят на все натягивать маску под названием «человеческое лицо»? Прежде всего их мишенью становятся обряды, потом церковь как таковая, потом они делают акцент на антигосударственной проповеди – потому что, если захотеть, акцент можно сделать на чем угодно… И все это с такой суетливостью, такой искусственной горячностью… Впрочем, варяги не лучше – и даже хуже иногда, потому что ближе к сути. Сильней компрометируют. У хазар Иисус – какой-то диссидент, любящий выпивать в обществе приятелей и учеников, изрекатель афоризмов – они же тоже очень любят сочинять афоризмы, посылать их в юмористические отделы… У варягов – абсолютный диктатор, не признающий милосердия, непрерывно самоутверждающийся… Один в качестве идеала навязывает сверхчеловека, второй – недочеловека, но оба промахиваются. И поэтому так люто ненавидят человека – с двух сторон. Если бы кто-то один – мы могли бы еще усомниться в правильности нашего пути, и то вряд ли; но когда двое с противоположным вектором – значит, все точно.

Из романа «ЖД»


Биография

Окончил факультет журналистики МГУ. Сотрудничал с многими центральными изданиями («Столица», «Огонек», «Литературная газета» и т.п.) как журналист, заместитель главного редактора еженедельника «Собеседник», ведущий авторской программы телеканала ТВЦ. Поэтическую карьеру начинал в составе Ордена куртуазных маньеристов (1989-1992). Премии «Национальный бестселлер» (2006) и «Большая книга» (2006).


Прямая речь

Спросят, например, тебя: где сейчас хорошие стихи, и почему поэзия не оказывает никакого влияния на общественную жизнь, и почему современная молодежь в массе своей не проявляет к ней интереса, а то, к чему проявляет, поэзией никак не назовешь? А ларчик открывается просто: смотришь ты на 1925 — 1931 годы, видишь прямую аналогию и никаких комментариев не нужно.

В отличие от других историй, каждая из которых развивается по собственной траектории (замкнутой или разомкнутой, прямой или кривой, тут уж все зависит от национального характера), русская построена как пьеса, где все роли давно расписаны. В этой пьесе четыре действия: революция, заморозок, оттепель, застой. Дальше опять по кругу. <...>

Именно в литературе русский круг особенно нагляден. <...> И мы сейчас как раз на том отрезке этого круга, который соответствует переходу революции в заморозок, — время межеумочное и зыбкое, время трусливых покаяний и боязливого нащупывания новых правил. <...>

Поэзия вернет себе сознание правоты (и насущной необходимости), когда эпоха окончательно откажется от либерального камуфляжа. А пока она пребывает в самом отвратительном состоянии — в твердом понимании неизбежного перелома и в неистребимой, жалкой надежде: а вдруг обойдется? В таком состоянии хороших стихов не напишешь. Вот их и нет.

Из статьи «На сон поэтов»


Предложный падеж

Быков пришел в литературу из журналистики. Похоже, именно с этим связано его инструментальное отношение к слову. Сугубо публицистическим является и взгляд Быкова на русскую литературу: он измеряет ее содержащимися в ней идеями и сюжетами. Из этого же строит он и свои произведения. Поле литературы для Быкова-журналиста — это поле свободы.



Быков — универсальный чернорабочий российской словесности в самом широком понимании этого слова, настоящий homme de lettre. И швец, и жнец, и на дуде игрец. Он умеет писать все и обо всем, причем делает это, как правило, добротно и основательно, как будто рубит избу или роет колодец. Его не постигла обыкновенная участь отечественных Люсьенов де Рюбампре — он не исписался, не превратился в машинку по штамповке текстов и стандартизации непричесанных идей. Конечно, как у всякого многописучего журналиста, есть у него и повторы, и признаки усталости, и срывы, и блудословие. Но все это искупается двумя вещами, столь редкими в современной журналистике, — искренностью и серьезностью.



Библиография

Послание к юноше
Стихотворения, поэмы, баллады. — М.: РИФ «РОЙ». 1994. — 160 с.

Военный переворот
Книга стихов. — М.: РИФ «Рой», 1996. — 208 с.

Отсрочка
Книга стихов. — СПб.: Геликон Плюс, 2000. — 164 с.

Оправдание
Роман. — М.: Вагриус, 2001. — 299 с.

Блуд труда
Статьи. — СПб.: Лимбус Пресс, 2003. — 416 с. — Инстанция вкуса

Письма счастья
Статьи. — СПб.: Геликон Плюс, 2005. — 176 с.

Хроники ближайшей войны[Избранные статьи, 1992-2005. — СПб.: Амфора, 2005. — 510 с.

В мире животиков: Детская книга для взрослых, взрослая книга для детей
СПб.: Red Fish, 2005. — 430 с. (Совместно с Ириной Лукьяновой)

Как Путин стал президентом США: Новые русские сказки
СПб.: RedFish, 2005. — 446 с.

Эвакуатор
Роман и стихи вокруг романа. — М.: Вагриус, 2005. — 349 с.
Правда
СПб.: Амфора, 2005. — 692 с. (Совместно с Максимом Чертановым)

ЖД: Поэма: Самая неполиткорректная книга нового тысячелетия
М.: Вагриус, 2006. — 684 с.

Орфография: Опера в 3 действиях
Роман. — М.: Вагриус, 2004. — 685 с.

Борис Пастернак
М.: Молодая гвардия, 2005. — 893 с. — Жизнь замечательных людей

Последнее время
Баллады, стихи, поэмы. — М.: Вагриус, 2006. — 505 с.

Вместо жизни
Сборник статей. — М.: Вагриус, 2006. — 463 с.

Списанные
М.: ПрозаиК, 2008. — 352 с.

Был ли Горький?
М.: АСТ, 2008. — 352 с.

Остромов, или Ученик чародея
М: ПрозаиК, 2011. — 768 с.






Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service