партия ветряных
жнёт собирая льны
хло́пки и прочий прах
на золотых ветрах

и верховая ночь
первый отряд вперёд
тешится как луной
и города берёт

вместе с годами жнёт
олова молоко
и превращаясь в гнёт
сани поют легко

песня таких саней
как бы на глубине
перемещенье мин
голод и божий тмин

что там поют в строю
голые плечи свет
го́лоса как в раю
вырвавшийся завет

сланцам поёт руду
солнцу поёт луча
голую злую дурь —
переворот плеча

Родился в Москве. Стихотворения, эссе и графика публиковались в альманахе «Временник Новой Камеры Хранения», в Интернете.

Пушкин в детстве казался огнём, кровяным, бьющим из незаживающей раны: рана начиналась глубоко в аду, и Пушкин-стебель слал огненную кровь к цветку-Солнцу. В упор я на Солнце смотрю совсем не поэтому: встречаясь с ним взглядом, иметь на уме словесность, хоть и ангельскую, неловко, но Солнце для меня – Пушкин: Пушкин, которому так высоко, что уже не больно.

У Василия Бородина нет потребности и склонности посредством стихов раскрывать, дораскрывать и перераскрывать свою личность и рассказывать, дорассказывать и перерассказывать свою жизненную историю. То есть я бы сказал (грубовато, уж простите, но для экономии места): Василий Бородин больше любит стихи, чем себя. Он пытается освещать пространства, а не заселять собою уже освещенные.