Страны и регионы

Свобода, если хотите, – это способность меняться. Свобода – это абсолютная скорость молчания, которая переходит звуковой барьер тишины. Молчание создается свободными голосами. Голоса провинции могут быть свободны.



Идеология современной цивилизации — успех. Литература же — всегда результат поражений. Художник, вынужденный балансировать между этими двумя полюсами, не может не стать уродом. Таковым он и остаётся, пока Жизнь Смысла подменяется им Смыслом Жизни.

Поэты, призванные оставлять не след в искусстве, а последствия в жизни, всё-таки нацелены на первое. Хотя именно они обязаны падать на амбразуру будущего, заслоняя беззащитное прошлое.

Глубинная связь с духом символизма многое объясняет в поэзии Кальпиди. Одна из ее коренных особенностей – острая персонифицированность лирического «я». Лирическое «я» Кальпиди героично в своих манифестациях. Всерьез, без иронии. Лирика Кальпиди дает художественно убедительный пример того зрелищного понимания биографии, о котором писал Пастернак как о родовой романтической отметине символизма. В стихах Кальпиди возрождается мистическое чувство как основа художественной воли.



От Парщикова и вообще от традиции "метаметафоризма" у Кальпиди: работа с фигурами виртуальности - взгляд и течение способны существовать вне глаз и реки, собака бежит внутри свой клички, тяжесть действует как самостотяельное юридическое лицо. От Бродского: глубина дыхания, беспредельность синтаксиса и ощущение силы. Если мерить поэтов, как двигатели, то после смерти нобелиата Иосифа вряд ли кто из текущих стихотворцев может по мощности сравниться с Кальпиди. Прибавьте к этому уникальный по широте словарь, каменную уральскую крутость и виртуозное владение внутритекстовой рефлексией.