Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Стихи
Поезд. Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Кабы не холод. Стихи
Поэты Самары
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2020, № 40 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Проза на грани стиха
Непрерывный образ интервала

Дмитрий Аверьянов


        * * *

        Раньше у меня жили мушки, у них был неспешный полёт и красивые крылышки, но они исчезли; теперь у меня есть хлебные жучки Stegobium paniceum, они точат хлебушек и терпят горюшко; каким-то образом сразу догадываешься, что они хорошие; не знаю, что влияет на это, возможно, их неспешный ход или закруглённые формы; я стараюсь незаметно помочь им: подкладываю свежий хлеб и закрываю хлебницу, чтобы не мешал свет; а под Новый год, когда температура в квартире падает ниже 15°, жучкам становится холодно, но я верю, что тогда опускаются на них, как маленькие верблюжьи одеяльца, мои ласковые слова.


        * * *

        Он ехал в ресторан «Шайба» делать демонтаж потолка; в Ялте шёл снег, он падал медленно и беззвучно большими хлопьями; люди гуляли по набережной и смотрели на море и горы, ничто не предвещало беды; крупные хлопья снега падали на перила и на раскрывшиеся зонты; на месте оказалось, что под потолочным перекрытием лежит минеральная вата, но отказываться было поздно; это не сахарная вата, которую можно купить по пути на пляж, это не минеральная вода, которую можно достать там же; это минеральная вата, от которой страшно чешется тело строителя; она не имеет никакого отношения к целебным источникам и медицинским повязкам, она сама по себе: вертикально-слоистая, пространственная, вторая группа канцерогенной опасности; метель закончилась, и гуляющие оставили на зонтиках снег, чтобы быть похожими на пальмы; снегопад прекратился в Ялте, но она, вата, не могла остановиться, она неумолимо осыпалась: за шиворот, на запястья, на золотистые волосы, в красивые серые глаза.


        * * *

        У нас их называют охотники за привидениями; они приходят неожиданно и могут поставить старый унитаз вместо нового, кран за полторы тысячи или нелегальный газовый счётчик, отпилить кусок батареи, взяв за это по цене новой, или снять твои хорошие водомеры, а поставить плохие свои; или придут с двумя одинаковыми сумками: предложат вещи из первой, а подсунут вторую с хламом; они же принимают в тоталитарные секты или продают кофемолку; но это всё суета, главное, говорят, у них есть коробочка, которая соединена с педалью проводом; так вот, если нажать педаль, коробочка откроется и оттуда покажется красивейшее белое свечение; поверить сложно, красивей, чем от задней противотуманки; красивей, чем луч от фонарика, включённого в сильный туман; возможно ли? и, наверное, всё, что вокруг нас, продолжает держаться на своих китах, пока есть на свете такая красота.


        * * *

        Мальчик, у которого нет компьютера, стал появляться всё реже; он выходит по выходным, а иногда и в будние дни на полчаса и ходит в своём дворике; там разбитый асфальт, он смотрит вниз и видит мутные лужи и холодную грязь, везде холодная грязь; вдоль проложены трубы с оборванной изоляцией, куски стекловаты болтаются от порывов ветра, и школьный металлический забор; я прохожу здесь, между школой и домом, чтобы ощутить безысходность этого места, самого грязного, кажется, во всём микрорайоне; мальчик гуляет здесь, потому что у него нет компьютера, все его сверстники сидят дома и не выходят, а он гуляет; его голова всегда опущена, он ёжится и смотрит на грязь; пасмурно, но он не идёт домой, ведь он гуляет здесь, отдыхает от обязанностей и укоров; что принесут с собой в будущее его одноклассники, которые видели компьютеры? сложно сказать; а он принесёт с собой знания о том, что такое настоящая грязь, холодная, и какой он, запах невыпадающего снега, и как хмурятся недовольные прохожие, и как нависают прутья школьного забора, как колышется оторванная стекловата; сегодня я видел этого мальчика, он уже вырос и гуляет всё меньше; он шёл домой, приближался к своему подъезду; может быть, я преувеличиваю, и это были карие радужки, но мне показалось, что грязь отразилась напоследок в его умных глазах.


        * * *

        Первые числа ноября, холодно, новая спортивная площадка на пятом поле; полная луна выглядит очень практично: хорошо всё освещает, на перекладинах и брусьях мерцают серые капли; я уже снял куртку и положил её на скамейку; надеваю перчатки и делаю вращательные движения руками; я уже готов, но меня охватывает знакомый стыд: вдруг кто-то увидит меня в этот момент, когда я нелепо дёргаюсь здесь, ночью, под светом луны на этих великолепных турничках; и тут мне становится ясно, почему прохожие днём проходят мимо и боятся взглянуть на металлические конструкции на площадке; один из них попробовал положить портфель, снять пальто и подпрыгнуть до перекладины, но с разочарованием понял, что силы с годами иссякли — а ведь так хотелось верить, что весь этот бессмысленный ежедневный труд делает нас хоть немного сильней; но нет, лучше даже не подходить и не пробовать: стыдно болтаться здесь; вот так они уходят на работу, проходят мимо, а слева от них остаются нетронутыми турнички, но жизнь продолжается, и я в очередной раз подпрыгиваю к мокрой перекладине, чтобы впитать своими тряпичными строительными перчатками пухлые капли бесподобной небесной воды.


        * * *

        Есть место, где живут только большие собаки; там безлюдно, и непонятно, кто их раскормил до таких лошадиных размеров; никто не видел здесь щенков или небольших собак; я слышал версии о биотоках в головной коре, о магнитных аномалиях, об обратной стороне луны, о силе Кориолиса, об институте ритмологии, об эффекте Манделы, о специфике химического состава почвы, о содержании натрия в воздухе, а также редкие растения, лучи от близлежащих телевышек, гормональный фон, релейная радиосвязь, прецессия гироскопа, остановившийся маятник Фуко в Исаакии, гравитационные волны, потоки Риччи, схождение благодатного огня, эксперимент Кавендиша, снегурочка и что-нибудь ещё на ваше усмотрение; но вряд ли эти гипотезы помогут мне, ведь снова иду здесь и собаки уже близко; они бегут ко мне, но я не могу распознать издалека, что у них на уме; они и сами не знают, наверное, что скажет им в последний момент их звериное существо: может, помотать хвостом и уткнуться носом в мои руки, а может, обгрызть мои и без того безобразно худые ноги.


        * * *

        Трёхцветная кошка живёт под моим окном; она сладко спит на абрикосе, свернувшись в клубочек; осенью у неё отрастает шикарный мех; и вот когда в ноябре листья наконец начинают осыпаться, жёлтые, красные, чёрные, кошка начинает с ними сливаться; она умывается лапкой и смотрится очень гармонично в этих листьях; понимаете, всё как бы так, как и должно быть, всё совпадает; но в интернете пишут, что сейчас очень плохо и хуже быть не может и ничего не совпадает; но если посмотреть в реальное окно, через стекло и воздух, то можно увидеть кошку и листья и их гармонию; хочется написать пост о том, что посмотри́те в моё окно, как совпадают кошка и листва, их расцветка; но никто не может встать на моё место и не хочет; а момент этот быстро пройдёт, и листва засохнет, и кошка уже не будет сочетаться с ней, и всё станет именно так, как описывают в интернете; а сейчас они приумолкли на время, как будто специально, чтобы я потерял скорей свой единственный аргумент; а когда совсем похолодает, и листья почернеют, и пойдёт первый снег, они напишут на своих страничках: и кошке нет места на этой грустной земле.


        * * *

        Я иду в супермаркет без особой цели и по дороге прохожу миндалевый лесок; раньше деревьев было меньше и мы хорошо знали, какое из них даёт сладкий миндаль; теперь уже не помню, какое; тем более все эти новые молодые заросли; теперь уже они растут не только слева, но и справа; я знаю, что вы сейчас скажете: миндалины на шее и цианистый калий пахнет миндалём; вы умнички, но речь сейчас не об этом; ощущение, что утратились какие-то очень важные знания, что-то вроде пирамид, ну вы поняли; современных детей не интересует миндаль, горькая и сладкая, деревья увешаны плодами, это вызывает какое-то чудовищное ощущение переизбытка и тщетности; природа сильней, чем раньше, и подорожник пробивает всё новые сверхпрочные виды асфальта, но плоды её никем не приняты; я иду мимо зарослей и знаю, где-то там есть сладкий миндаль, но мало кто теперь подозревает о таком чуде, и ещё меньше людей хочет отведать этих блаженных зёрен, хотя это очень полезно и, не сочтите за маркетинговый ход, бесплатно; а ещё раньше мне нравились зелёные грецкие орехи, потому что руки от них потом чёрные и никак не отмоешь.


        * * *

        У охранника детского сада много дел: нужно проверить, в порядке ли паровоз, а также ракета-1 и ракета-2 с двумя иллюминаторами; вечером он гоняет ребят с крыши, чтобы они не рвали черешню, а ночью с веранд, чтобы они не кололись, он говорит: да мне и не жалко, но нельзя; а они отвечают: да мы и сами не особо хотим, но нужно; сутки сторож работает; воспитательница успокаивает детей на веранде, она говорит: ведите себя хорошо, а он добавляет про себя: и тогда дядя сторож будет разрешать вам накуриваться здесь, на веранде, на фоне гигантских белок и зайцев и жирного ежа, и не прогонит вас, и не вызовет милицию, ах да, уже полицию; сегодня он ходил с деловитым видом и зорко смотрел вокруг и видел девочку и мальчика, который рисует на песке крестик и говорит: это непрерывный образ интервала, понимаешь? сегодня Павел Андреевич, а может быть, уже Юрий Иванович (они часто меняются) хорошо отработал смену, сохранил имущество организации, а также оставил запись в валяющейся без дела учётной книге, что здесь, в песочнице номер 2 зелёного цвета, между теремком и светофором, теорема Мазуркевича стала наглядной иллюстрацией танца любви.


        * * *

        Вчера ночью пошёл в круглосуточный магазин за лосьоном и у дверей встретил собаку; она была белая с серыми пятнами лишая по всей шкуре; она ждала меня у выхода, пока я был внутри; я вышел и дал ей две сосиски «студенческие»; однако собака совсем не собиралась уходить; она пошла следом, гавкая на прохожих, которые были тут же, на площади; потом она заметила других собак и бросилась на них; мне стало жутковато с таким спутником, и, когда она погналась за ежом, я стал убегать; но не тут-то было: она догнала и напала на меня; не знаю, почему она взбесилась; может, это был последний крик отчаянья навстречу окружающей действительности; может, эти две гадкие сосиски стали последними каплями в её собачьем терпении; а может, наоборот, она обрадовалась, что нашла хозяина, и замкнулись наконец концентрические кольца Рафаэля Лизеганга, и встало всё наконец на свои места.
        


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2021 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования


Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service