Воздух, 2007, №4

Дышать
Стихи

Из цикла «Любовь Свердловская»

Василий Чепелев

                                                Никите


* * *

В глазах — арабских кружев красота
и чертовщина.
Урчание кота
весь телефонный разговор.
Я твой единственный мужчина.
Мы не в тюрьме, пусть я и вор.

Как хорошо нам жить с тобой вдвоём.
Мне — растворяться в голосе твоём.
Тебе — моей ладони уклоняться
и притворяться.

За тонировкой долго обниматься —
как хорошо, что штраф всего два бакса.
Закуривать, открыв окно.
Ходить в кино,
на первый ряд садиться.
Не видеться полгода, расходиться.

Нам было некогда проститься —
и помириться некогда давно.


* * *

и нам светила новая казань
я говорил «я древний словно кремль»
ты хохотал во все глаза
от ветра открывались двери
песок с отремонтированных улиц
летел в наш номер телефон звонил
гроза и ливень разминулись
я засыпал ты снова говорил
о сказочных каких-то существах
сам сказочный как можешь ты один
я засыпал и видел в своих снах
татнефть кругом качает свой бензин


* * *

Мой маленький мальчик, сильный самодостаточный
мальчик. Скоро четырнадцатое февраля, двадцать третье февраля, восьмое марта.
Сплошь выходные: по мне соскучится офис, по тебе — парта.
Но мы всё равно не увидимся. Я стою, прикуриваю и думаю. Дует ветер.

Лучше бы у твоей матери случилась внематочная,
и я бы тебя никогда не встретил.


* * *

Внутри Кремля куранты не слышны,
А слышен только шёпот референтов,
Шуршание бумаг
                               и тишины
Другие компоненты.
Пятиголовый герб спускается во ад,
Печатью становится на подпись.
Я думаю, как я вернусь назад,
В свой офис,

Где сейчас уже весна,
Идёт коммунистический субботник,
И где теперь не вымоет окна́
Работник,

Отпросившийся в Москву.
Но я вернусь на чёрном «Ягуаре»
И позвоню сквозь неба синеву
Тебе. В гудящем баре

Услышишь ты с курантами рингтон,
Как я сейчас внутри Кремля услышал
Вдруг стон.
И стало ещё тише

Внутри Кремля. Гестапо и Сбербанк.
Он умирает. Все вокруг стоят,
Оцепенев, и каждый держит бланк
Прощальной телеграммы.
Лишь референт отсасывает яд
Из смертельной раны.


* * *

... и кошка со стола спрыгивает к тебе
солнце играет на мятой медной трубе
дым лаки страйк обволакивает его лучи
пальцы показывают молчи

колокольчик перечёркивает экран
в снах возникает с чайками магадан
летнее утро в разгаре пытается разбудить
кошка устала сама по себе ходить

пробирается под одеяло на полкорпуса впереди
нежно укладывается на шее и на груди
кошка заботливый ласковый олигарх
трещинки лижет на приоткрытых твоих  губах


* * *

Я провожаю Санникову в Санкт-Петербург, держу цветы.
На соседней платформе толпятся несчастные шурави.
Есть всё, нет только времени и любви.
На самом деле мне предназначен ты.

В Санкт-Петербурге — амфетамины и Эрмитаж,
Васильевский остров, «Зенит», мосты.
Я часто бывал там с тренингами продаж.
На самом деле мне предназначен ты.

Чужие жизни, ненужные, как сломанный чемодан,
Стою под мышкой держу. Очевидное никогда.
Кругом суета и шум, вокзальные, как менты.
На самом деле мне предназначен ты.


* * *

У безмерно далёких родственников на Волге,
Где в камышах живут камышовые коты, камышовые волки,
Где до сих пор бродят забытые абверовские солдаты
В красивых мундирах в модных фуражках, когда-то
Ты отдыхал каждое школьное, как конфеты, лето.
Когда мы проезжали неподалёку от Волги, я спросил тебя, где это.
Ты сказал повернуть, если хочу, направо,
И камыши и воспоминания тут же нахлынули, будто лава.

Лава про то, как девочки показывали свои секреты,
Солдаты звали к себе на остров за пиво и сигареты,
Как ловили раков руками, варили в вёдрах,
Как вырастали волосы на лобке и бёдрах,
Как коты камышовые громко мурлыкали там везде,
А камышовые волки выли ночами, днём прятались от людей.

Потом грунтовка закончилась, потому что был сломан мост.
В этих местах всё решительно не могло оказаться просто.
Тогда я  развернулся, и мы стали ехать обратно,
Но на дороге стояла серая лошадь в пятнах,
Шевелила ушами, фыркала и смотрела.
Ты вышел с ней поздороваться. Быстро темнело.

Я закурил и подумал — это не дело, милый, это не дело.


* * *

можно было бы пойти в магазин покупать обои
тусовщики из супермаркета плюшевые герои
околачивающиеся в районе фудкорта —
это намного интереснее телевизионного спорта

Уайльд бы понял опомнился отменил
вышел бы из тюрьмы пошёл и купил
обои новые не отстающие ото льда
потому что уже вдали встаёт заря и день приходит в города

и лишь пока не проснулись они обои
можно успеть уехать кого-нибудь взять с собой
мягкий вагон качает поезд с Урала
ночь Москва горят три вокзала







Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service