Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Кабы не холод. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2007, №2 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Проза на грани стиха
Утоляющий амулет

Дина Гатина

* * *

        в этом отрезке, отказываясь с утомляющей частотой от своего благодушия и всепрощения, я и нахожусь. он ощупал голову и тулово, он упал с дерева. шерстяным поцелуем его награждаем, тепло потом, потом. далеко ли ушли от белок, пряча и насаживая, развешивая по стенам. в этом отрезке клубком змеи с мелкими жертвами. к существу ящерица глагол млеть. оставьте хвостик заранее без печали — он будет орден нашей догадке, утоляющий амулет. тут и глагол шмыгать, а соплям по платку, а на белочку пару глаз из магазина. вот грибы и орехи, мы же всё друг другу простили, коли и делись, дели и колись. цок-цок-цок — куда нам идти, мы никогда не уйдём — и делятся, делятся, потому как простейшие и прощённые с прочим в едином оптовом порыве. млеть и отбрасывать, быть здоровыми.


        * * *

        Выслушала землю, вколола. Белки стали шарики от испуганной земли. Доктор-доктор, я могу выдать тебе сорочку, оставайся. Лечить землю я не умею. Белки в прокате набились на трое суток ядрами — весь трамвай. Мне достали-одолжили изо рта петушок. Посмотреть можно солнце жжёно-липкое; ссосанный до крайней опасности, наилучший наглазник.
        Вот затмение, но вот, как говорят китайцы, петушок вошёл ровно. Тут же из пальцев крохотная дельная система для наблюденья, вся в крови. Аплодисментами белки разразились в одного бельчонка, с мильоном обидных прозвищ. Доктор-доктор, я тебе выдам банный халат и партию, какую хочешь, в чапаевцев, шашки, пчёлки — это почти уголки, соглашайся. Но я выдам тебе бельчонка без моих пальцев, которые срастаются легче.


        * * *

        чем старше х, тем младше становится у пять лет назад. теперь «что вы сделали с нашей мечтой» почти моя безопасная погремушка. во шеколадном, во причинно-следственном марше трепещет моя единственная юбка, а причины отсюда видно хорошо. первое, что приходит, — лошадиный наглазник.
        и вот им уже показалось печенье, которое он дал ей в тысяча девятьсот яхонтовом году — неспроста. печенье показалось на миг изумруднейшим из боков и скрылось в кипучем, могучем русском, шершавом. в те дни от меня требовалось много — ничего.

        трудно глотать целого гнома, чтобы наладил. он пишет в бутылке: проглоти, пожалуйста, плеер, лягушонка или губную гармошку. я поправился — я не могу выйти горлом и не хочу иначе.


        * * *

        вот и омерзение читается, читается, уже не читается, стало тихим, мирным, почти приятным. как поздно у нас встаёт солнце. свежеоторванные хвостики на него полетят, да? согрелись, сожгли кожу, вон из каких сиракуз нам теперь пишут изредка. блуждающая улыбка находит полустанок и лечится. два коня у меня, два коня, на одном ладонь, на другом ступня. у тебя тоже два коня, и у тебя. а вот — пограничный столбик с насечками. благодаря короедам, ну вдруг, травма будет лёгкой, граница исчезнувшей, а короедам — негде жить. так бы всё и было, когда бы всадники улыбнулись. но она заболела и уехала, письма перестают получаться и читаются, читаются в конце года после еды, все. натощак читатель прожигает голову и отбрасывает хвостик. кто не хаживал, с небольшим грузом в небольшой путь.
        иногда увидишь лошадь, и становится хорошо, а иногда увидишь лошадь, и плохо как-то. иногда улыбнёшься лошади, и так ясно, что не всё здесь ясно, и многое неизвестно и не будет, и это ровно то, отчего ходишь; тогда улыбаешься кротко, коротко, вежливо, нежно, с пониманием, и скорей, скорей заниматься серьёзным делом. также можно увидеть мёртвую птицу или сияющий на закате соседний дом.


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service