Воздух, 2006, №3

Дальним ветром
Переводы

Космическая свадьба

Деннис Нёркси (Dennis Nurkse)
Перевод с английского Валерий Леденёв

Кошачий глаз

Отец помахал на прощанье
я не махнул в ответ,
боялся выронить мой
новенький мраморный шарик

Полоска света в нём
сверкала и вилась
как язычок пламени
колеблющийся под ветром

Той ночью мама
растолкала меня
прошептав он умер
он умер, он умер
словно мы учили слова
и я ответил: он умер.

Даже во сне
я не разжал рук


Как мы стали светом

Такие жалкие посетители
со своими тяжёлыми сумками,
с громоздкими шляпами на головах,
а ведь здесь нет времён года;
они мечутся от поста к посту
с такими нелепыми вопросами —
даже мы, больные, смеёмся.

Такие прекрасные медсёстры
заполняют какой-то бланк,
одна с начала, другая последнюю страницу,
и говорят о Бон Джови;
и доктора, они рядышком моют руки,
обсуждая самого лучшего доктора.

В наибольшем почёте санитары,
прибывшие из заморских стран,
чтобы везти нас по коридорам
туда, где нам всё проверят,
где мы обретём в итоге
своё настоящее место,
где мы наблюдать перестанем
и станем самою сутью,
плотью и кровью, преображённой
в отметки на лучистой шкале


Время на Острове

1

Расскажи, что с тобой сделала тюрьма.

Первую ночь
они развлекались с парнем
в соседней камере.

Девять воришек пыхтели
в такой тесноте, шевельнуться
негде, порой один
пихал другого и извинялся, —
сосед отчаянно рыдал,
я слушал только его голос.

Я думал, как увижу тебя.
Я вернусь, и мы поженимся.

К рассвету всё стихло.
Только тот парень всхлипывал,
как ребёнок, потерявший игрушку,
тихо и, казалось, с наслаждением,
тяжело дыша и икая.
И тогда я сквозь прутья
шикнул на него — и замер.

Я думал, что всегда буду любить тебя.

2

Как ты вышел?

В 4 утра нас собрали в школе.
Положили лицом на кухонный стол.
Один одевался, другой раздевался.
Магнитофон начальника тюрьмы
наигрывал тихую песню.

Иногда звучали имена.

Нам выдали наши вещи
в прозрачных пакетах
и картонные бирки
для центра по трудоустройству.
Или это они в шутку?

Мне вернули моё дело.
Измятые листы
в пятнах от ксерокса;
твоё имя и даты
всех посещений.

Ребёнка тоже вписали
узкими синими буквами
с аккуратными ненужными завитками.
Я всё это порвал.

На поезде я вернулся
к себе в Бруклин —
полоски света скользили
по бегущей назад
Марси Авеню.

Ты ждала, я тебя заснял.

3

Там-то всё было проще —
страдать, есть жёсткое мясо,
подчиняться, когда старший
требует секса или сигарету.

Всё равно что падать
без надежды упасть.

Я пытался вообразить, будто
я просто парень на белом
свете, наедине с изумлённой
мордой того мужика, чей карман
я разрезал своим лезвием,
но не мог: ведь я рассказывал
совсем другую историю,
чтобы удержать твоё внимание
и потом наконец заняться любовью
под шум дождя.

А я думал, ты вернёшься домой.


Сенат Тиберия

По Тациту

Фабий Секст отхлебнул из раковины.
И пока цикута разливалась по его телу
он шагнул на трибуну и обратил к нам
речь, полную вымученного красноречия,
коснеющим языком критикуя
проект ирригации в бассейне Арно:
замечания были профессиональные —
площадь затопления, негодность известняка, —
потом пошла брань в адрес конкретных лиц.
Мог бы подумать и о последствиях:
остаётся его племянница,
и поскольку девственниц не казнят —
центурионы сперва её изнасилуют.
Но тон его был таким ровным,
мы и не отрывались от игры в кости,
пока свиток не выпал из его рук —
он повалился лицом вниз —
в наступившей тишине
мы слышали то же, что всегда
в этом зале, не слушая, не вникая:
невнятный смех где-то в казармах,
быстрый топоток на мраморной лестнице,
и как раб сколачивает распятие,
и как разносчики на улице торгуют
бюстами Августа и неразбавленным вином.


Half Moon Lounge

Мне выбили зуб
в кровавой драке.
Мёрфи ли это был
или его сводный брат Катлер?

Мы потом искали его
среди обёрток от жвачки,
скатанных в плотные шарики —
небось кто-то нервничал,
пока ждал подружку.

Я нашёл две одинаковые пуговицы,
а Мёрфи — юбилейные десять центов
и сказал, что они стоят кучу денег.
Я надеялся, что это он сгоряча,
но он сунул их в карман, реально счастливый.

Светало, и на бармене
была такая ковбойская шляпа,
что состарила бы и ребёнка.


Поэты при дворе Калигулы

Мы охрипли, рассуждая
о том, что движет убийцами,
порой приглашающими нас
возглашать стихи у них на пиру, —

и наши голоса дрожат от старости,
словно только что
в отрочестве сломались, —

но мы ещё узнаём друг друга
среди придворных шлюх,
мы поздравляем друг друга,
что выжили на очередной грязной войне,
лепечем о мщении и мародёрстве,

пока пьяные центурионы ревут
от восторга: стриптизерша
сразу выходит голой.


Космическая свадьба

1

Наш корабль взорвался
между Альфой Центавра
и Вторым Квадрантом
но мы не могли умереть
потому что мы украли
скрижали бога:

и мы уплывали
всё дальше в будущее
просто вперёд всем телом
и когда мы занимались сексом

мы чувствовали что распыляем себя:
здесь в ледяной галактике
где огромные массы вещества
начинают медленно вращаться

мы оделись в халаты
из ночного неба

2

Инопланетянин заточил меня
в этой лунной капсуле
которая была просто мыслью
обо мне он кормил меня
едой на мой вкус
и воссоединил меня
с тем кого я любила:

необычное испытание
здесь во Втором Квадранте
в радиотени Спики
где тяготение времени
вытягивает сны из спящего разума:

горестный плен —
обнажённой на мчащемся камне.

3

Мы строили роботов которые строили роботов
у которых ничего не осталось от наших сомнений,
нашей усталости, нашей ревности,
нашего стремления к Альфе, покою, небытию...

Они обеспечили наше долгое бегство,
эти машины, выглядящие точь-в-точь
как открывалки или выносные моторы,
но с виноватым видом, как у мужа,
и застывшим взглядом, как у бога.

4

В одной звёздной системе
мы любили друг друга,
на Веге началась война,
мы смотрели на схлёстывающиеся огни,
и тишина тянула из нас все соки.

5

Из пыли и влаги
мы создали двух любовников,
зажёгших для мира огонь.







Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service