Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Антологии
TOP 10
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Освобождённый Улисс

Современная русская поэзия за пределами России напечатать
  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  
Ирина Карпинская

* * *

...так что взаправду началось.
Так неестественно, как будто
и не случилось ничего.
И катастрофа за горою,
как Герника погожим утром,
весь день сочилась за тобою
и не развеивалась ветром.

И непроваренным кусочком
из Симонова в горле стала
просить хоть маленькой отсрочки,
хоть небольшого интервала
меж горем днём и горем утром
последних пакостных известий
под постсоветским перламутром
в ночном кошмаре без последствий.


* * *

Что сделала тебе она,
ночная бабочка с хорошими усами
и золотой пыльцой на тельце,
проросшей из глухого медленного сна?
Она тихонечко присядет в уголок
и, на огонь не глупая стремиться,
разложит крылья — серый бабушкин платок
и старой книги беззащитная страница.
Между тобой и ней — на волосок
различия; молчи, не надо злиться,
в ней сока голова полна,
и бить её газетой — не годится,
да и что сделала тебе она.


* * *

Говори, не бойся, мы одни,
я нарочно разорвало жизнь,
чтобы там, куда уходят дни,
мы с тобою встретились. Скажи,
вроде ро- сверхплотное и о-
дно-времен-но не-вес-о-зия-
пол-ное-ние-е-щё-ни-что,
что нарочно надорвало я
надорфе-, чтоб следовслед тебе,
надави, ликуя и любя —
всё, что разорвало Рим на бе-
зумие и знанье для тебя.


* * *

Вон из сердца вылетел стриж,
зачертил, как мяч по воде,
это прошлое где-то, где
навсегда на небо глядишь.

Равнодушной природы полно
сердце мальчика и бойца,
запрокинуто вверх оно
так, что вовсе нету лица.

Всё не зрение знает, лишь
на восход плывут облака...
Обмануть тебя, дурака,
вон из сердца вылетел стриж.


* * *

                     ...по обоим берегам неба...

                                                        Л.Шварц

Хватит, или убей —
или отдай назад.
Понял я: не найти никогда самому
дол золотой, сиречь изначальный сад,
и, сотканный из страстей,
я накаляю взгляд,
чтобы стрелой его вправить в седую тьму.

Русские — Тохтамыш,
правду сказал поэт;
что обещано мне, меньшего не возьму,
вечный на свете мир и невечерний свет,
чтоб — исполнись и виждь —
на миллиарды лет,
и не плакать уже жалкому никому.

Почему ты молчишь?
В полые небеса
врезаешься, как самум в пески:
губы мои ссохлись, где же твоя роса?
Ласточка или стриж
видели чудеса,
я один здесь забыт подыхать от тоски.

Знаешь что, смилуйся,
снизойди к нищете,
сколько мне можно жрать из помойки куски,
голову свою зреть на заморском щите,
обдуривать себя вымыслом,
щи хлебать лапотком, жидкие щи, те,
что хлебали все выпавшие из твоей руки.


* * *

Точно, ласково, по листочку
полила природа огород спящий.
Вылезли толстые черви в углу на бочки,
как угроза розовому настоящему.
У соседки от политики молозиво скисло,
но основательно роют землю люди
в день весенний мая.
Вкуса мёд от сих до сих лишён смысла.
Дождь пройдёт и ничего не будет.

Я люблю Вас, Б-г, но — не вполне понимаю.


* * *

Я и сам себя не сужу, где уж мне,
только камю себе семь лет на плечах,
не вполне удобно стоять в огне,
но от этого только огонь в очах
километрами киноплёнки, нас
было столько, что стоит устроить футбольный матч,
но всё горит вселенная освобождённых масс
и в любую паузу слышен хрустальный плач,
потому что кому — культура, кому — с зарёй
только труд беспробудный да в перспективе — Нил,
только сердце знает, так спой, басаната, спой,
по цене какой ты сердце это купил.


* * *

                                               Я с простёртою рукой
                                               Пролетел в умов покой.

                                                                        В.Хлебников

Что же, кузнечик,
кем выдернутый из плетня,
грузно, как в тело речи,
осыпавшийся в меня,
знает, какая тайна
окутывает облака?
оказывается случайно,
что вот это — моя рука.

Когда на кромке ли дня
подскакивающий кузнечик
тронется выше звёзд —
затрепещут леса —
тогда саранча, подобная взвизгивающей картечи,
заполонит собою смеющиеся небеса —

правда, что длиться лень, и наступит ли вечер,
и для чего и жить какие-то полчаса.

Всё же, зелёный, да, удача мчится нечаянно,
чем отчасти объясняется, как отчаянно глубока:
как в предчувствии дня необратимость речи,
в небе её следит млечная полоса.


* * *

                                                           Что такое метатеза? Это когда вместо «логос»
                                                           говорят «голос».

                                                                                                                  У.Эко

А не могу, не хочу, не бу — не не не ду да
дудки, подобную судьбу я видала в узком гробу,
знаешь ещё когда,
где чечевицу видел дурак, кто один говорил,
впрок припрячь манишку, фрак,
логос, голос, созревший мрак,
в каждом шкафу — скелет, стреноженный шестикрыл,
инструмент в темноте гундеть, в пустоту наступить,
но — дискурса не иметь
и образов не плодить.
Кры, дабы душу греть, нирвана (надо б убрать),
О и О, чтоб гореть,
Ницше, чтоб танцевать,
Улисс, чтоб не умереть,
никто чтоб не умирать.

...а я тебе не море, чтоб пить, не мантра, чтоб повторять,
не горы, чтоб покорять, негордо чтоб говорить,
что я тебе не зверь, чтоб — в пасть,
не удар, чтоб дарить,
я тебе не шерсть, чтоб прясть, и не василиск, чтоб царить!
Знаешь, лучше найди — где есть? —
и сними со щита под барабанную дробь, чтоб честь,
на развалинах рта
розового — парацельсам цвесть
да Б-га благодарить.


* * *

А дальше телесности, последней финальности,
не может же быть, чтобы не было
ревности рифменности, летальности
клёкота, трепета
действенности, реальности белого белого?

К тем, кто пускается освоять незнаемое
в образах чудных, несознанных:
разве есть шанс, чтобы нам, гадаемым,
раз не вырасти розами,
ахами, лопухами к радости
ветреной на съедение,
голодавших, но ждавших радости,
как жаждут освобождения...

Вот уж сложилось в крови до жжения,
чтоб быть могло небывшее
детонатором головокружения,
свежими, злыми вишнями,
вот уж на дагерротипе воображения
замечательно вышли мы,
преодолевшие притяжение
лицевыми мышцами,
преодолевшие притяжение —
сами!

Что могут бабочки в гербарии,
кроме как долг свой выполнить,
жирными рыцарями Баварии
ровно грудь в травку выпятить,
предупреждая час поражения,
Марсу Венеры вернуть меха...
Жизнь отступает от заблуждения
за отсутствие воздуха.


К стихам

                                      Стихи это вовсе не то,
                                      что мы думали в молодости.

                                                                         А.Ахматова

Между нами поэзия не стоит:
мне нравится, что никто прежде вас в рот не брал,
ни Кантемир, ни иностранный какой пиит
вас с мамзелью в коротких штанишках не танцевал.
Вами мной и между стоит поэзия не,
никто, что нравится мне, не брал прежде вас в рот,
ни пиит иностранный, ни Кантемир какой, нет,
язычком, облизываясь, не прищелкнёт.

Тем менее праведный бабочник из благородных бар:
кроссворды, шарады, фанты, чуть-чуть стихи,
но чтобы топот стоп, потоп, мировой пожар,
«Нейма» Колтрейна, гул стихий — пустяки.
Тем менее «Нейма» Колтрейна, гул стихий,
стихи чуть-чуть, шарады, фанты, кроссворды, дар,
квадрат квадратов, квадриги, памятники,
с малиновой сливой старых лип отварной кошмар!


  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service