Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Антологии
TOP 10
Стихи
Стихи
Стихи
Сокращенный вариант романа Л.Толстого «Война и мир»
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Нестоличная литература

Поэзия и проза регионов России напечатать
  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  
Константин Рубахин

* * *

я засыпаю невредным нефармацевтическим сном
вот предо мной уклон
на улице орёт мотоцикл,
исчезая за акустическим углом
я поворачиваюсь набок — ищу тебя —
твои руки
издают хлопок
комары
всё равно звенят
на траву постелили веток
бородатые люди спят
каин, хам, и смутно — иван третий
на ночь вредно есть мя
со мною птицы бог и дети
уткнулись под крыло и спят
здесь ночь бела
и видно вещи
и слышно как часы гремят


* * *

слишком много мыслей в голове
новые обои — пёстрый шелк
ступка для перца, салат оливье
цветочный горшок
ньюфаундленд в конуре
здесь в этом парке
в луже, в окаменевшем екатерининском зрачке
у хромого в палке
(ты видела дырочку в его ноге?)
у нищего на языке
твои любимые служанки
мне говорили о жене
я видел как бледнели щёки
глаза спускались вправо вниз
мои искали руки строки
и кошки весело еблись.


 
* * *

ты любил молодых студентов и просто поэтов
собирал на полочки книжки, ставил зайцев,
но никто так сильно не любил тебя за это
так сильно как вообще любить полагается

я бывал у тебя пару раз проездом
ни за что занимал пятьдесят баксов
я развёлся, развесился в инете
потерял голову в борьбе за разум

конечно, честно, писать нет никаких мотивов
так просто — друковские точки-тире напели
вот и печатаю лежу с готовых позитивов
можно играть только одну песню на кожаной флейте


* * *

посмотри — вот появляется Элвис
уже готовый к обмороку, хочет влететь
в этот чёртов кальвинистский парадиз
на алкогольных трудовых парах
ступни в стороны, коленки вниз
симметрично на другой стороне шара
летним утром в советской больнице
в это время мать меня рожала


* * *

мы у бога ходим под головой
помани и поймаешь его за нимб
стряхнёшь себорею с его головы
ты знаешь где — подойди и возьми
как обычно за уши притяни
вверх-вниз до последнего глотка
и, наверное, что-то из нас останется в веках
что угодно — только не сами мы
конечно удивительно то что в наших руках
только, кажется, мы опять не одни.


* * *

такие тонкие нити в твоих руках
световая реклама в зените
вся площадь в бабах и мужиках
все строчки в знаках все линии в крестах
на твои руки можно плакать,
ими можно даже месить тесто
но не дай бог коснуться твоего языка
ты тянешь время — нельзя не спать —
завтра с утра пряжу в руки,
зашивать живот, заращивать шрамы
линию любви провести от соска.
это просто ночное дежурство
просто жизнь у дверного глазка.


* * *

под твоими пальцами
появляется случай из жизни
легко и ритмично, даже когда на улице мороз
в животе аппендицит, на лице прыщики
я опять по бедности рылся в чьей-то кровати
и в жизни
мои руки дрожали, голова нагревалась, молоко кисло
а некто бывал совсем на вид не преступен
я продавал свои вещи и даже мысли
эту толчёную воду в ступе
ты смеялась и щипала меня за плечи
открывала глаза и трезво смотрела
да — я тоже знаю, что некоторые болезни совсем не лечатся
а теперь ты еле стоишь и смеёшься
мы пили вермут, снимали с себя вещи


* * *

лес, вечер, гавриил за рулем кадиллака
ищет потерявшуюся душу
на пути из курска в саратов
душа тоже хочет найти гавриила —
ей кажется, что вокруг какая-то вата
да и сама она ни туда ни сюда
не то направо, не то налево
не то белая, не то зеленовата
и если бы некая мария была в чём-то подобном
хоть капельку виновата
не стал бы так актуален
ни крест, ни якоб бёме или фраза пилата
к началу действия собрались люди
может твоя пра-пра тоже была там
может быть я в то время служил римским солдатом


* * *

за окном музыка — оранжевый призрак ковыряет пути
мелкие брызги льда и серой крошки попадают
в очки, рот, глаза
как всегда в конце кальпы облетит нас саранча —
точнее стрекоза
в двенадцать здесь хлопает пушка в воздух, не добившись врага
не встречу я больше своего, не найду чужого здрасьте, —
даже этого не сказал.
каждый метр придётся пройти, каждую мысль выдумать
каждое слово страдать
в колесо кармы попадает нога
из твоих сплетен можно что-нибудь связать,
снять мерку, расплывшийся сосок нечаянно показать
разбираю старый комод — нахожу болотный аир
кусок твоего платья, разрезанный рукав, небольшую кровать,
я, кстати, так и не научился рано вставать.

 

* * *

возможно упадет как с сердца камень с крыши
наемный снайпер заряжает тихий лук
ты чувствуешь шаги ты даже слышишь
другого сердца сдавленный испуг


* * *

знать зачем время ковыряет кирпич
да сколько его оближет взгляд
под вечером едва заметный между крыш
аутосуггестивный заряд — рад, рад

до полусмерти — или наоборот от
я не могу собрать в один кулак
весь этот самодовольный сброд
думает, что это я — дурак.

даже ты, наверное, проходила
там — мимо этих милых
вещиц, которых так и не купила
мельком отворотив глаза
за стойкой воротника и бара
запрятавшись чтобы не сказать
в сердцах
и не испортить бала.


* * *

вся в искрах облетевших песен
правдивая — без макияжа
как кнут гамсуна с похмелья был чудесен
немного прочитаешь — снова ляжешь
на взбитую бессоницей перину
отчего к утру так мало гостей
как память пахнет одеяло нафталином
вот красные тропинки режут спину —
швы простыни — а не следы ногтей.


* * *

я не могу здесь больше
меня истер наждак
за твердым словом из письма из польши
нечестный, мой далекий друг, мудак

я произвольно говорю по-русски
тебя я на ночь детским кремом мажу
я за тобой бреду на белорусский
ты тоже на вторую полку ляжешь

доказано — здесь не живут такие
мои задумки не попали в дело
какие, блядь, мы сильные в России
открытые, опасные и смелые


* * *

но, лиза, ты уже большая
не плачь на людях —
поберегись
ты же девушка ответственная
богатая, золотая
смотри с тобой как все ласково обошлись
это все не со зла
и эта строгость тоже не со зла
ну вот — ты уже совсем сползла
тише — с тобой тут все внутри уже рыдают
мужские сердца замерли,
материнские разорвались
ты же вся нежная, шелковая, золотая
не плачь только здесь
а лучше тихо так надменно удались


  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  

Об антологии

Все знают, что Россия не состоит только из Москвы и Петербурга и что русская культура создается не в одних столицах. Но откройте любой общероссийский (а значит — столичный) литературный журнал — и увидите, что российская провинция представлена в нем, что называется, «по остаточному принципу». Эта книга — первая попытка систематически представить литературу (поэзию, короткую прозу, визуальную поэзию) российских регионов — и не мертвую, какою полнятся местные Союзы писателей, а живую, питающуюся от корней Серебряного века и великой русской неподцензурной литературы 1950-80-х, ведущую живой диалог с Москвой и Петербургом, с другими национальными литературами со всего мира. Словом — литературу нестоличную, но отнюдь не провинциальную.

В книгу вошли тексты 163 авторов из 50 городов, от Калининграда до Владивостока. Для любителей современной литературы она станет небезынтересным чтением, а для специалистов — благодатным материалом для раздумий: отчего так неравномерно развивается культура регионов России, что позволяет одному городу занять ощутимое место на литературной карте страны, тогда как соседний не попадает на эту карту вовсе, как формируются местные литературные школы и отчего они есть не везде, где много интересных авторов...

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service