Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

к списку персоналий досье напечатать
Сергей Самойленко  .  предыдущая публикация  
Время года – зима

16.02.2009
Юрий Юдин
Досье: Сергей Самойленко
        22 ноября в Кемеровском университете она была представлена кемеровским читателям. До конца ноября презентации книжки пройдут в Новосибирске, а в начале декабря — в Англии.
        Инициаторами проекта стали английский литератор и издатель Энди Крофт и Яна Глембоцкая, литературовед, арт-менеджер и театральный деятель из Новосибирска. Предисловие написал Юрий Юдин (Кемерово).
        Двое из представленных в этой книжке стихотворцев, Максим Уколов и Игорь Давлетшин, были уроженцами Кузбасса и в последние годы своей жизни проживали в Кемерове. Еще двое — Игорь Лощилов и Виктор Iванiв — здравствуют в Новосибирске. Еще один, Сергей Самойленко, перебрался из Кемерова в Новосибирск уже в зрелом возрасте.
        Игорь Давлетшин (1967-2002, Кемерово) был участником фестиваля видео-арта «Exotic» (1992-1993), редактором музыкальной радиопередачи «Обратная сторона луны», создателем и координатором центра современного искусства «Сибирская Nova Kultura» при Кемеровском университете.
        Стихи Давлетшина замечательны тем, что могут быть переведены на любой чужой язык почти без потерь. Эдакое химически чистое вещество поэзии, не обремененное условностями русской просодии, неохотно вступающее в метафорические соединения, не цепляющее читателя крючками мелодических валентностей. Принято считать, что доблесть лирического поэта состоит в выработке собственной, резко индивидуальной манеры и интонации; Давлетшин и этой конвенцией, по-видимому, склонен пренебречь. Ритмических ухищрений здесь не больше, чем в обыденной, «прагматической» речи. Рифмы редкие и окказиональные: так обыватель, сказав что-нибудь нечаянно-складное, конфузится, что заговорил стихами. Апофеоз риторических усилий — простенький синтаксический параллелизм. В финале этих стихов чаще всего — никакого привычного пуанта. И даже эффект лапидарной, но несколько напыщенной многозначительности, присущий китайцам или японцам, здесь, как правило, отсутствует…
        Но странным образом сумма этих минус-приемов дает в результате очень четкий образ, выразительный прежде всего визуально. И это уже попахивает не химией, а алхимией. Больше всего эти стихи похожи на борхесовские «хрёниры» — вполне материальные объекты, порождение которых из ничего вызвано рассеянностью или забывчивостью («Два человека ищут карандаш; первый находит и ничего не говорит; второй находит другой карандаш, не менее реальный, но более соответствующий его ожиданиям»). Причем в таком симулякре может наблюдаться чистота линий, отсутствующая в оригинале. Тем же эффектом обладают и лучшие стихи Давлетшина; вот почему они кажутся подчас переводами с некоего идеального языка. Однако именно эти верлибры сохранили самый верный слепок его личности. В этом смысле лирика — самый лучший хрёнир, а лирический герой — самый совершенный клон.
        Виктор Iванiв (р. 1977, Новосибирск) — кандидат филологических наук, защитивший диссертацию по поэзии русского авангарда. Его стихи и малая проза публиковались в журналах и антологиях «Вавилон», «Девять измерений» (М., 2004), «Русская мысль» (Париж), «The Rough Copy (Нью-Джерси, США). Шорт-листер премии «Дебют» в 2002. Автор книги стихов «Стеклянный человек и зеленая пластинка» (М, 2006). «Iванiв» — поэтический псвевдоним, то ли прихотливая украинизация тривиальной русской фамилии Иванов, то ли название украинского местечка в Винницкой области.
        Поэзия его тяготеет к нормальному классицизму с прививкою обэриутской традиции. (В этом нет ничего несовместимого — обэриуты Заболоцкий, Введенский и даже до некоторой степени Хармс кончали свое поприще правоверными классицистами). Стоит поскрести жанровую систему Iванова — легко обнаружатся классические оды, элегии, послания, сонеты. Иное дело, что сочинения его обнаруживают стремление к гиперциклизации и даже слипанию в некое наджанровое единство, своего рода эпос.
        В целом же поэтический проект Iванова более всего напоминает проект Алексея Цветкова. Только что Цветков держится традиционной просодии, у Iванова же она изрядно расхлябана и расшатана, но сейчас это модно. Есть, впрочем, и более важное различие. Цветков, сидя в Америке, описывал утраченный детский наш советский Эдем (кстати, локализованный именно в украинском не то южнорусском местечке). Iванiв, сидя в Энске, описывает некую умышленную страну, подозрительно напоминающую Ад. И его лирический герой в этом Аду — ясное дело, Орфей. Недаром же почти в каждом стихотворении найдутся образы смерти и образы пения. Но герой Iванова — Орфей без Эвридики; он не боится оглянуться и даже рассматривает окрестности с пристрастием, но залогом его существования в царстве мертвых является пение без остановки и умолку.
        Игорь Лощилов (р. 1965, Новосибирск) — филолог, доктор философии (PhP in Russian, университет Йоенсуу, Финляндия). Специалист по русскому авангарду и советской литературе. Автор двух книг стихов: «Шалаш» (Новосибирск, 1995) и «Царь в голове» (Новосибирск, 1995), а также двух книг короткой прозы
        «Глубокомысленный» (Новосибирск, 2000) и «Генерал Шлиповка» (Новосибирск, 2001).
        Обэриутская традиция в России жива и актуальна. Именно она оплодотворила цветение поэзии «лианозовской школы» и московских концептуалистов, парижан Алексея Хвостенко и Анри Волохонского, петербуржца Владимира Уфлянда (которого Бродский числил среди своих учителей) и даже юного Эдуарда Лимонова. В Энске прозябла своя доморощенная постобэриутская школа — к ней относят Анатолия Маковского и Ивана Овчинникова.
        Но Игорь Лощилов через головы прямых предшественников предпочитает обращаться к первоисточнику. Основной объект его научных интересов — Заболоцкий (Игорь даже свои круглые очки носит, кажется, в подражание ему). Хотя в интонации Лощилова явственней всего различима интонация другого поэта — Константина Вагинова.
        Лощилов в своих литературных проектах иногда обращается к маскам, таким как генерал Шлиповка и драгоман Петровъ. По этому поводу чаще всего вспоминают капитана Лебядкина — порождение Достоевского. Можно припомнить и других маскарадных авторов — Козьму Пруткова; сложную систему псевдонимов Хармса; Макара Свирепого — порождение Николая Олейникова; Старого Аптекаря — порождение Заболоцкого; наконец, многочисленных героев прозы Вагинова, разнообразных, но типологически сходных. Дмитрий Александрович Пригов, царство ему небесное, — явление из того же ряда, хотя тут маска, кажется, окончательно приросла к лицу.
        Лощилов также создатель и главный деятель очень симпатичного литературного театра, да и его виртуальный журнал «Драгоман Петровъ» представляется развитием той же линии.
        Кажется, что диковинное древо его поэзии прекрасно укоренилось бы, где его ни воткни: в Хельсинки или в Тамбове, во Флориде или в Питере. Тем не менее, приятно, что произросло оно посреди Сибири.
        Сергей Самойленко (р. 1960) родился в Донбассе, семья перебралась в Кемерово в 1968 г. Учился в КемГУ. Окончил Литературный институт им. Горького (Москва). Обозреватель газеты «Континент Сибирь» (Новосибирск). Автор книг стихов «Обратная перспектива» (Кемерово, 1991), «Угол зрения» (Кемерово, 1994), «Неполное смыкание век», (Кемерово, 2000). Рукопись последней вошла в шорт-лист премии «Антибукер» в 1998 г.
        Слово «энергетика» в русском языке за последние десять-пятнадцать лет изрядно расширило область значений. «У нее такая энергетика!» — говорят нынче про дамочку или девицу, пусть даже субтильного сложения, зато обладающую повышенным жизненным тонусом. То же могут сказать про политика или артиста, владеющего даром особой притягательности. Недавно даже митрополит Кирилл, второй человек в иерархии Русской православной церкви, обмолвился: «Эта божественная энергетика, которую мы на церковном языке называем благодатью…». Впрочем, есть мнение, что нынешняя наша «энергетика» — просто англицизм. Английское словцо рower означает сразу и силу, и способность, и власть, и могущество, и мощь, и полномочия, и державу, и энергию, и электричество. Сверхдержава по-английски superpower, а электростанция — power plant. Возможно, именно это созвучие натолкнуло нынешние российские власти на тезис о России как об «энергетической сверхдержаве».
        Тут, вероятно следует напомнить, что российские кладези нефти и газа, угля и урана сосредоточены именно в Сибири, и здесь же, на великих сибирских реках, выстроены крупнейшие гидроэлектростанции. Это обстоятельство неминуемо должно было как-нибудь да сказаться на творчестве сибирских стихотворцев. И действительно, трудно назвать сегодня русского поэта более мощного в рассуждении чистой энергетики, чем Сергей Самойленко. Иногда это обстоятельство прямо сказывается на его образности.
        В рассуждении просодии Самойленко стихотворец самый консервативный; титанизм его порою оборачивается в ущерб изяществу, но никогда — в ущерб благозвучию. Порою он немотствует по нескольку лет, пишет же обыкновенно целую книжку в течение двух-трех месяцев. Точно так же в Сибири долгая и холодная зима сменяется жарким летом, временем торопливого цветения и плодоношения.
        Максим Уколов (1966-2001) — победитель поэтического конкурса в Кемерово (1993), участник поэтических фестивалей в Санкт-Петербурге. Автор книги стихов «Короче говоря» (Кемерово, 1995). Вторая книга «Плюс-минус» (Кемерово, 1994) была издана посмертно.
        Уколов поэт редкостного дарования: это стихотворец по преимуществу риторический. Стихи его изначально рассчитаны на чтение вслух. Ближайший и наиболее известный аналог — Маяковский, на которого, впрочем, Уколов ничуть не похож. В рассуждении жанрового репертуара в его поэзии почти нет традиционных пейзажей или элегий. Зато велик удельный вес ораторских жанров, много чисто одического пафоса, целый авторский цикл («Я говорю») посвящен рефлексии вокруг самого процесса говорения.
        Несмотря на свое филологическое образование, Макс был совсем не книгочеем. Поэтом он ощутил себя довольно поздно; лет до тридцати пописывал, в общем, ерунду — песенки для знакомых гитаристов или стихи на случай; зато, приступив к делу всерьез, в течение буквально одного года сделался сложившимся и популярным поэтом и с видимым удовольствием примерил амплуа публичного лица.
        Читал свои стихи Макс с замечательным артистизмом. Чуть скандируя, нисколько не похоже на обыкновенную манеру российских стихотворцев подвывать как на литургии. Я даже склонен видеть в этом первое приближение к рэпу — в период, когда это направление в мире еще только начало входить в моду, а в России о нем и помину не было. Немногое сохранившееся на видео дает отдаленное представление об этом чтении — как старые телеспектакли не могут передать всей магии актерской игры.
        На презентации в Творческой гостиной КемГУ из участников проекта присутствовали Энди Крофт, Сергей Самойленко и Юрий Юдин. Публика была не весьма многочисленной, но по большей части весьма просвещенной — студенты, в особенности с факультета романо-германской филологии, сумели оценить тонкости перевода, а друзья и соратники Игоря Давлетшина и Максима Уколова рады были случаю вспомнить о них.
        Чем объясняется интерес провинциальных английских издателей к провинциальным сибирским поэтам? Наши соображения на этот счет заключаются в следующем. Британцы создали когда-то самую большую морскую империю. Россияне — самую крупную сухопутную державу. Поэтому Новосибирск и Кемерово — города, равноудаленные от всех морей и океанов — до сих остаются в глазах «просвещенных мореплавателей» центром и средоточием экзотики.Название книги (по строчке из стихов Игоря Давлетшина), играющее на стереотипе, связанном с восприятием Сибири англичанами, косвенно это доказывает.


Сергей Самойленко  .  предыдущая публикация  

Последние поступления

02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени
18.04.2019
Беседа с Владимиром Герциком
31.12.2018
Илья Данишевский. Маннелиг в цепях. Издательство "Порядок слов", 2018
Виктория Гендлина
14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов
11.04.2018
Беседа с Никитой Сафоновым
28.01.2018
Авторизованный перевод с английского А. Скидана
Кевин М. Ф. Платт

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service