Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

к списку персоналий досье напечатать
  следующая публикация  .  Валерий Шубинский
Огненная геральдика
О подборке стихов Валерия Шубинского «Подземные музыканты»

24.06.2008
Октябрь
2001, №11
Досье: Валерий Шубинский
        Валерий Шубинский. ПОДЗЕМНЫЕ МУЗЫКАНТЫ. Стихи. Журнал «Новый мир», 2000, #12.
        Мы свыклись с тем, что знакомое по символистской литературе «двоемирие» ныне бесповоротно разведено по разным углам: «второй», горний мир отдан на откуп всезнающим эзотерикам-практикам, на долю же поэтов остался один «первый», дольний мир. Может быть, именно потому поэзия стала такой предсказуемой. Поэты вынуждены довольствоваться впечатлениями, полученными от контактов с дольним миром, но этого, как правило, мало. А культурные впечатления вопреки ожиданиям оказались малоэффективны: они стали для пользователей этого вида лирического горючего причиной воистину постмодернистской ситуации — обнаружилось, что все написано до них.
        Петербургский поэт Валерий Шубинский — певец утраченного символистского двоемирия.

        Не в том ли стихотворца ремесло,
        Чтоб укротить пленительное зло
        И сделать тварью, образом и знаком
        Тех, что кочуют меж огнем и мраком.
        Сумей назвать и приручить сумей
        Стокрылых птиц и семиглавых змей
        И поселить чудовищ земнородных
        На гербы царств, нетленных и свободных!

                        («Геральдика»)

        В этих, я бы сказал, подчеркнуто манифестарных строках, конечно же, ироничных, как ироничен всякий манифест в эпоху «пиара», но и чрезвычайно серьезных, исчерпывающе определено назначение поэта. Поэт-контактер, поэт-посредник между мирами, поэт-геральдик, вылавливающий в огне и мраке астральных тварей и заселяющий их киноварными силуэтами гербы подлинных царств, поэт — укротитель «пленительного зла» — в этой характеристике есть какой-то постсредневековый, еретическо-алхимический и, кстати, вполне рационалистический («фаустовский») излом. Следует заметить — Шубинский пишет о чудовищах, проявляющихся дважды: сначала — в грезе («в цепляющемся сне») мира-мифа, в коллективном бессознательном, а затем — в тексте автора; при этом первое проявление недостаточно, оно — и не проявление даже, а тоска по проявлению, сон о проявлении, зато второе, авторское, проявление — то, что надо. То есть Шубинский хочет усовершенствовать миф, создать «миф больше чем миф», «сверх-миф» — нехилая задача! Конечно же, для этого Шубинский должен обратиться к мифо-реальности непосредственно, должен прозреть ее; собственно говоря, этим прозрением он и занимается. Подборка проникнута мрачным визионерством: под Петербургом обнаруживается другой, подземный, «даниил-андреевский» Петербург, впрочем, похоже, обретающийся в сети метрополитена («Подземные музыканты»); отлетевшие души возлюбленных встречаются на фоне уже полуреального, но жуткого в моменты проглядывания послевоенного Киева, обескровленного и разможженного («Киев, 1945»); олицетворенные первостихии, адские уроды, астральные недоноски, мертвецы вторгаются в привычную реальность и заполоняют ее. «Есть в этом воздухе воздух еще для нескольких теней». А больше, стало быть, воздуха нет. Потому-то «тем, кто выжил, тесно», хотя выживших мало; потому-то «прочим просторно». Мир, увиденный Шубинским, создан для «прочих», этот мир — «мир прочих».
        Такая поэзия прочно вписана в русскую культурную традицию, в чем-то она даже хрестоматийна. Предтечи этой визионерской поэзии — Баратынский, Тютчев и Бенедиктов, а ее лучший выразитель — Константин Случевский; не случайно у Шубинского встречаются явные аллюзии из Случевского («на его балалайке разбитой то и дело хихикнет и взвизгнет струна»). Разумеется, не прошел мимо этой поэзии символизм, как ранний (И. Коневской), так и более поздний (Ф. Сологуб со своими «недотыкомками»), в постсимволистскую эпоху она будет аукаться то у Георгия Иванова, то у Оцупа, то у Шенгели, то у Багрицкого. И еще одно имя, которое невозможно не назвать: Юрий Кузнецов. Аналогии с Кузнецовым возникают уже на самом верхнем уровне текста — на уровне сюжетов. «Оккервильское привидение» («человечек-тыква», «человечек-буква») имеет многочисленных собратьев в мире поэзии Кузнецова (см. стихотворения «Сотни птиц», «Урод», «Снег»), а «Вторая баллада» вообще выглядит как путеводитель по излюбленным мотивам Кузнецова, так сказать, по памятным кузнецовским местам — здесь и мертвец, который не может предаться земле, и мистический беспосадочный самолет, и воскресшие отцы. При этом как личности Шубинский и Кузнецов не имеют ничего общего — разнится все: убеждения, культурные приоритеты, миропонимание.
        Большинство людей, оказавшись в другой реальности или столкнувшись с какими-либо ее локальными проявлениями, задумываются над тем, как извлечь из этого выгоду, смысл и моральные примеры для новых поколений. Такой подход коренится в человеческой психологии, с этим ничего не поделать. Открыватели новых континентов испытывают два взаимодополняющих стремления — все разграбить и всех окрестить. Но «второй» мир, горний мир,— тоже своего рода новый континент, стоит ли удивляться тому, что он осаждаем толпами конкистадоров-миссионеров (в одном лице). Почти всякая современная магия есть магия практическая; закономерно, что все практические маги моралистичны, как Герцогиня из «Алисы в стране чудес», при этом их морализирования столь же уместны по отношению к горней реальности, с которой они имеют дело, как речи Герцогини. Для этих магов все неизменно что-то значит: проплыла русалка — отсюда мораль: без труда не вытащишь рыбку из пруда, возник василиск с огненным взором — отсюда мораль: соблюдайте правила противопожарной безопасности, явился двойник — отсюда мораль: голосуй, а то проиграешь.
        Стихи Валерия Шубинского лишены такого подхода. В них находит выражение принцип «Вот я вижу нечто и говорю об этом просто так», наиболее показательный пример — стихотворение «Подземные музыканты», в котором отсутствует лирический герой. «Есть под городом город» — кто говорит об этом? Сложнее со стихотворением «Киев, 1945» — оно все-таки о любви и представляет собой монолог влюбленного — кого? Призрака, духа, элементала? Призрак не может найти возлюбленную — такой же призрак в толпе других призраков, призрак вспоминает, призрак бессилен, призрак мечтает о встрече в другом эоне, когда станет всесильным. И здесь — не душеполезно-бездушная притча, а реализм «второй», горней реальности, из которого не выжмешь ничего, кроме как «и призраки любить умеют» — идею сентиментальную, но не имеющую никакого прока для насельников «первой», дольней реальности.
        Подобный подход предполагает особое отношение к поэтическому языку. Шубинский — типичный «языковик», работающий над фактурой речевого высказывания, он может позволить себе обращать внимание читателя на то, как сказано в ущерб тому, что сказано. Отсюда — обилие удивительно затейливых аллитераций, этих речевых пилястров и балясинок. Но на этом пути есть свои опасности. Порою замечаешь, что в стихах Шубинского смысл «плывет» подобно тому, как «плывет» звук при настройке радио.

        А когда долечу я
        До пахучей зеленой воды,
        Эту пеструю жизнь превращу я
        В золоченую кожу звезды.
        Все спасется, я вам обещаю,
        Но сейчас, среди длинного страшного дня,
        Ради этого легкого рая
        Вашим каменным хлебом накормите меня.

                        («Подземные музыканты»)

        Видеть это обидно и странно, ведь в иные моменты Шубинский потрясающе точен в определениях: достаточно вспомнить «тьмы и света мелкую сеть» под крылом самолета или удивительное сновидческое ощущение: «Было страшно от тусклой зимней травы и от быстрой зимней зари». Шубинский наделен снайперским зрением, отчего же он в иные моменты досадно забывает о своем даре? По-видимому, стихия языка одерживает верх над волей и сознанием поэта. Когда речь отпускается на волю, она становится опасной для своего хозяина.
        Хотелось бы сказать о прекрасной ритмико-интонационной проработанности стихов Валерия Шубинского. Современные поэты уделяют мало должного внимания форме, они все больше колотят четырехстопным ямбом, как ломом. В подборке Шубинского — то лихорадочно-напряженный дольник, обеспечивающий идеальную балладную ритмику, плюс восхитительная кольцевая рифмовка («Вторая баллада»), то умопомрачительные сочетания строк с разным количеством стоп — от двухстопного анапеста до пятистопного («Подземные музыканты»). И все это — в соответствии с интонационными подъемами и падениями, с виртуозной работой над звуком (я говорю здесь не только об аллитерациях, но и о звуковом обеспечении интонационного ряда). Поэзия Валерия Шубинского формалистична в хорошем смысле слова — она на редкость профессиональна.
        Так что, господа поэты, снимайте шапки: метеор, так сказать, пролетел по небу — в поэтическом мире произошло событие, в «Новом мире» опубликован достойный автор.


  следующая публикация  .  Валерий Шубинский

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени
18.04.2019
Беседа с Владимиром Герциком
31.12.2018
Илья Данишевский. Маннелиг в цепях. Издательство "Порядок слов", 2018
Виктория Гендлина
14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов
11.04.2018
Беседа с Никитой Сафоновым
28.01.2018
Авторизованный перевод с английского А. Скидана
Кевин М. Ф. Платт

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service