Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

напечатать
  следующая публикация  .  Все публикации  .  предыдущая публикация  
Хочу написать «Майн кампф» нео-дебордизма с названием «На кол всю попсу!»
Беседа с Алексеем Шепелёвым

18.08.2007
Интервью:
Захар Прилепин
        На мой вкус, Алексей Шепелев самый необычайный, самый непредсказуемый и самый недооцененный персонаж современной молодой литературы. Нет, и книжка его шума наделала, и публикации были, и журналисты им интересуются, и премии случались – но это всё равно не соответствует масштабам оригинального дара Шепелева. Он явно заслуживает большего.

        –
Давай расскажем, кто такой Алексей Шепелёв. Где родился, как учился, кто отец, кто мать? Чем занят сегодня?
        – Родился в самой что ни на есть глубинке, в селе Сосновка Тамбовской области. Многие даже, общаясь со мной в Москве, в это не верят – намекают, что сие, мол, «пропагандистская фишка», для имиджу. Тем не менее, это так. Там я окончил среднюю школу. В классе было четыре человека, учился хорошо, в аттестате у меня одни пятёрки (и в такое почему-то не верят!), правда, классе в 9-м начались проблемы – постоянные выговоры за «пьянку и дебош», самовольный уход из пионеров и т.п. Так называемый скандальный имидж тогда уже проявлялся...
        Писать я начал, как только научился писать, – не читал никаких детских книжек – я их сам себе писал! Про котов в основном – они у меня древнюю Русь от врагов защищали, бороздили космические просторы... Потом тоже вот шкодить начали, выпивать... И тогда – уже лет в 16! – я написал первый рассказ, в котором уже люди фигурировали – «Черти на трассе». (Андрей Урицкий вот в рецензии в «Знамени» написал, что именно в этом тексте автор «достиг единства игры и серьеза, пафоса и имитации пафоса, абсурда и реализма», явно посчитав, что это одно из последних моих произведений.) Впрочем, в школьные годы никто и не знал, чем я занимаюсь. Я ото всех это постыдное – с точки зрения сельских жителей – занятие скрывал.
        Потом учился на филфаке Тамбовского госуниверситета. Впрочем, учиться получалось с большим трудом. Уже на втором курсе мы с моим другом Александром О\'Фроловым создали музыкально-литературное объединение «Общество Зрелища». Провозгласили искусство «дебилизма», или «радикального радикализма». Своего рода новое ОБЭРИУ или ситуационизм. Однако мы тоже мало занимались теорией, т.е. чтением книжек про предшественников, а всё больше практиковались...
        В таких экстремальных условиях жизни можно было вести только экстремальный образ жизни. Собрали состав рок-группы, записали несколько альбомов – полупрофессионального, если так можно выразиться, качества – с названиями вроде «От гриба», «Начальникъ Верьховнаго Бга Озириса», пытались устраивать выступления. Короче, каждый семестр весь наш концертный состав вывешивали на факультете в списках отчисленных. В итоге О\'Фролова отчислили с пятого курса, и он пошёл служить (кстати, после написал великолепный роман про армию под названием «Ничего»), а я, как истинный друг парадоксов, стал козырять весьма смешной фразой: «Если меня не отчислят, я поступлю в аспирантуру». И поступил, и даже закончил её, и защитил диссертацию по творчеству Достоевского и Набокова «Тема нимфолепсии как рецепция темы «ставрогинского греха». Тоже было много скандалу...
        В университете познакомился с Сергеем Бирюковым, президентом международного союза авангардных авторов и исследователей авангарда – Академии Зауми. Бирюков – наш учитель, но учить-то он особо ничему не учил – просто, что называется, на личном примере показывал, что неординарные авторы могут бытовать и в провинции. Мы участвовали практически во всех акциях АЗа и были, так сказать, наиболее авангардным (или арьергардным, как писала местная пресса) её крылом.
        Первоначальную известность я приобрёл как поэт-авангардист, в 2000 году выпустил в Тамбове поэтическую книжку «Novokain ovo», за которую даже стал лауреатом международной Отметины им. отца русского футуризма Д. Бурлюка. В это время я перестал активно писать поэтические тексты и перешёл, как давно мечтал, на крупную прозу. Первый роман «Echo» вошёл в 2002 году в шорт-лист премии «Дебют» и был выпущен издательством «Амфора».
        – Когда вторая книжка будет? Как сложилась судьба первой?
        – История с книжкой (роман плюс 5 рассказов) интересная. С одной стороны тривиальная, а с другой – уникальная даже. «Амфора» никогда ведь не издавала «дебютовских» авторов. А я им сильно понравился. Сразу предложили контракт на две книжки, уже речь о переводах шла, о публикациях литературных опусов «ОЗ». Естественно, что ни на какие цифры в договорах я не смотрел. После выяснилось, что тираж всего тысяча. Знающие люди стали мне говорить, что тираж-то и не может быть меньше 4 тыс. Потом я стал получать косвенные подтверждения этому – мне писали знакомые, что покупали мою книжку в Новосибирске, в Ростове, в Испании и т.д. Продавалась она тоже по очень высокой цене – в сетевых магазинах, например, 280 р. Издатели сказали, что весь тираж разошёлся быстро, но «по не зависящим от автора причинам» они сотрудничество прекращают. Кажется, на мне и завершилась серия «ПоколениеY». Другие же издательства стали странным образом упрекать в некоем «коллаборационизме с «Амфорой». В общем, ничего не понимаю!
        Ещё на «Дебюте» Александр Кабаков мне сказал: первый роман написать дело нехитрое, самое трудное – второй. Он должен отличаться, показывать развитие автора. Я об этом долго думал, и потом всё же решился на неподъёмное дело – очень большой по объёму и более серьёзный роман. Написать его было – всё равно что построить Кремль из спичек! 500 страниц формата А4, усложнённая композиция, и самое главное – сопротивление материала – крайне тяжёлые воспоминания...
        Это было в начале 2004 года, существование моё было в полном кризисе, и так получилось, что я практически уверовал в мысль, что в этом году я умру, или могу умереть. Опыт смерти сродни тому, что пережил Достоевский на плацу – только у него было очень остро, поскольку это длилось, один день, а у меня – намного слабее конечно, но зато весь год – каждый день, каждую ночь... Через два года я всё же поставил в этом тексте последнюю точку! Но, видимо, перестарался: издатели говорят, что «по гуманным соображениям» напечатать текст такого объёма не могут. Современный молодняк накропает кое-как сотню страничек – и это уже роман, крупная форма! А такую рукопись даже профи читать не решаются! Хотя от них постоянно слышно, что не хватает де нового «Это-я-Эдички» или большого социально-психологического романа. У меня вот всё реализовано, правда своеобразно, конечно. По сюжету лав-стория почти один-в-один шаргуновский «Малыш наказан», – но по воплощению...
        Впрочем, самореклама уже надоела. Польское издательство вот заинтересовалось, но тоже пошло на попятную. Короче, там две части – по сути, два романа, очень рекомендую. А недавно я ещё повесть написал небольшую – «Дью с Берковой». У неё даже отчасти коммерческий такой статус. Хотя с другой стороны, были отзывы, что это прям новые «Москва-Петушки».
        – Что там с группой «Общество Зрелища»? Не находишь, что это фиговое название для группы?
        «Общество», как мы выражаемся, постоянно находится «в периоде полураспада». Оно существует только в момент воссоединения двух или более соавторов в творчестве. О\'Фролов живёт то в Тамбове, то в деревне, я – то в Москве, то в деревне своей... Недавно вот отметили 10-летие группы, а оптимизма, однако, мало. Я сейчас работаю (первый раз в жизни – до этого нигде не работал!) в Раменском. Экстремальный образ жизни в Тамбове довёл меня до ручки, и я уж совсем не знал, как выжить. Помог мой друг Ваня Аксёнов – пригласил к себе в Подмосковье. Тут мы с его отцом основали рекламную газету «Себе и сильно» (называется, кстати, ключевой фразой из упомянутой повести – такой постмодернистский прикол!), где я и обретаюсь.
        Название наоборот кажется мне самым лучшим – из тысяч названий групп, которые я знаю. Мне нравятся серьёзные названия, в которых проступает нечто метафизическое или религиозное – «Гражданская оборона», Ministry, Current 93, NIN, Faith No More.
        Если же ты имеешь в виду биографию Ги Дебора, автора трактата «Общество Зрелища», что он и его друзья покончили с собой... С точки зрения его философии, это был последовательный поступок. Думаю, противостоять этому может только христианское мировоззрение, которого мы, как ни странно, стараемся в последнее время придерживаться. Радикализм и нигилизм заводят далеко, но у нас ведь изначально было несколько иное понимание названия (хотя и деборовские коннотации не отрицаются) – что мы, творцы «явлений» искусства, и есть зрелище для общества, способное его спародировать и изменить. Это ближе к концепции реального искусства Хармса – с верой в магическую силу оного.
        Литературное и музыкальное наследие «ОЗ» тоже не востребовано. Только хорошо идёт в палёных дисках и в Интернете.
        – Что делает твоя биография на сайте «Гей.ру»?
        – Да уж, упрёков в не понять откуда взявшемся «пидорском лобби» мне избежать не удалось! В каталогах журнала «Квир» по сей день, по-моему, среди фаллосов, смазок и тематических книг печатается и обложка моей. Тут всё просто: полное название ресурса – «Российский портал геев и лесбиянок», а у меня, как помнишь, чуть не во всех произведениях муссируется сапфическая тематика. Я бы посотрудничал с что ни на есть женскими журналами и сайтами – у меня вот, например, есть эссе о горячо любимой группе «Тату».
        – Книги успеваешь читать? Или только писать? Что ждешь от литературы в новом году? И от кого именно?
        – Я люблю русскую литературу. Читаю её, но довольно мало. Непонятен мне пиетет, с которым наши читатели и издатели относятся к западной литературе. Плодят переводы, широко издают даже незначительных писателей. Меня вот постоянно сравнивают с Миллером, Буковским, Берроузом и особенно с Уэлшем. Только после этого я прочёл по одной их книжке – и совсем не в восторге. Из общеизвестных авторов я бы предпочёл сравнение с Палаником.
        – На кого ориентируешься в современной литературе? Есть столпы? Вообще жива ли классическая русская литература? А западная? Да и вообще – само понятие «классическая» – оно что значит для тебя?
        – Философ Подорога в книге «Мимесис» (часть 1) развивает концепцию, что есть две русских литературы: простая и «другая». Другая – это Гоголь, Достоевский, Белый, Платонов, Введенский и Хармс. Странные люди даже для писателей. В моём восприятии давно составился именно этот ряд, и себя и «ОЗ» я всегда мыслил как продолжение оного. Набокова вот чем больше я изучал, тем меньше он мне стал нравиться. Из Толстого иногда могу почитать, из Горького, Шишкова даже – всё лучше, чем современная легковесная, несерьёзная какая-то дребедень или заведомый закос под Запад.
        Однако современную я тоже очень люблю.
        – Кого-то знаешь из нового поколения русской литературы? Новикова, Гуцко, Сенчина, Шаргунова, Кочергина, Орехова?
        – Я зарекался покупать книжки «Амфоры», но постоянно нарушаю это правило. Когда вот с Крусановым хряпал в питерских коммуналках водочку, я и не знал, что он такой крутой писатель. Недавно купил его «Ночь внутри» за 29 руб. и поразился. У нормальных писак на такое несколько томов уходит, – а у него сага на 120 страничек и никак не в ущерб содержанию! Или, например, очень сильно понравился роман Олега Постнова «Страх».
        Не брезгую и Пелевиным с Сорокиным. По мне, это выдающиеся авторы, остроумные в широком смысле этого слова.
        Из молодых прозаиков, на мой взгляд, интересны малоизвестные. Наташа Ключарёва (роман «Россия: общий вагон», опубликованный в «Новом мире»), Марианна Гейде, более известная как поэт, Витя Iванив из Новосибирска, О\'Фролов тот же.
        – Вообще твои книги должны что – ошарашить, обрадовать, заставить подумать? Или вообще ничего никому они не должны?
        – Мне понравилась фраза Василия Аксёнова, что настоящая литература должна будоражить. Точное слово. Или Чупринин приводил такую формулу от современного читателя: чтоб цепляло, но не грузило. Я стараюсь сделать так, чтоб цепляло сразу, был интерес, драйв, а грузило-то уже исподволь, где-то в подсознании, когда-то потом всё всплывало и влияло.
        – Что первично в творчестве? Донести мысль? Сделать сюжет? Или просто дурака валяешь?
        –
С набоковской позицией, что писатель никому ничего не должен, не согласен. Писатель, в моём представлении, должен быть не от мира сего, но в мире – фигурой влиятельной. Только влияние его творчества на умы (в том числе, на собственный) не столь однозначно, как, допустим, у мыслителя, политика, журналиста или рекламщика. А тех, кто «чисто валяет дурака» или для кого «литература – тире – хобби», надо из неё гнать поганой метлой!
        – Какой бы свой текст ты хотел экранизировать? Кому роли доверил бы? Кто режиссером стал бы?
        – У меня сразу была идея экранизировать «Echo». Мои тексты и пишутся как кинематографические, отчасти даже под влиянием манеры Тарантино. Роли самих себя мы бы и сами исполнили – других таких колоритных персонажей не найти, и навыки есть – ведь добрая половина записей «ОЗ» суть не совсем музыка, а своего рода радиоспектакли. Нужен молодой талантливый режиссёр, и чтобы я был сорежиссёром или как-то участвовал в процессе. Это была бы «Лолита» нового времени – и одновременно «Бойцовский клуб».
        – Какие газеты, журналы, сайты читаешь и почитаешь? И с каким чувством?
        – Стараюсь не читать и тем паче не почитать.
        – А с каким чувством смотришь ОРТ и РТР?
        – ТВ смотрю постоянно, только ночью, конечно же. Для меня это главное изобретение человечества, максимально возможная «вторая реальность». Интернет с его свободой – пока раздутый пшик. По 1-му смотрю «Теорию невероятности» и программу «Время». Последнюю из эстетических соображений: мне нравится Екатерина Андреева. По РТР все ведущие отстойные.
        – Надо ли политикам слушать писателей и журналистов? Памятуя о том, сколько бреда они произнесли и написали в последние 20 лет?
        – Смотря каких. Гениев они всё равно не поймут, а журналисты, как правило, всё опошляют.
        – В чем главная проблема современных молодых писателей? Писать некогда? Писать не о чем? Денег не платят?
        – Писатель писателю рознь, особенно когда молодой. И люпус эст – тоже ведь проблема.
        – Будущая жизнь – только литература? Что-то иное представляешь в своей судьбе?
        – Литературу не могу планировать – как и жизнь.
        – Мечта?
        – Лет 10 тому у меня было такое изречение: если в 20 лет ты не гений, значит, ты не гений! Теперь, приблизившись уж к тридцатнику, могу с боязнью, но тем не менее и с иронией, перефразировать его: если в 30 ты не рок-звезда...
        – Политические взгляды есть у тебя? Как тебе нынешняя политическая элита? А спрогнозировать политическую ситуацию можешь?
        –
В. Сорокин (цитирую): «А что такое политика? Если бы была партия, которая гарантировала мне хотя бы через пять лет искусственные крылья, например, или жабры, тогда – другое дело! А что может партия гарантировать? Ведь Россия – непредсказуемая страна». Меня больше интересует внутренний мир людей и как он проявляется внешне – культура. Была идея написать своего рода «Майн кампф» нео-дебордизма с названием «На кол всю попсу!», но все теории в руках большого количества людей на практике приводят к плачевному результату, так что ограничимся пока менее однозначными текстами.


  следующая публикация  .  Все публикации  .  предыдущая публикация  

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени
18.04.2019
Беседа с Владимиром Герциком
31.12.2018
Илья Данишевский. Маннелиг в цепях. Издательство "Порядок слов", 2018
Виктория Гендлина
14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов
11.04.2018
Беседа с Никитой Сафоновым
28.01.2018
Авторизованный перевод с английского А. Скидана
Кевин М. Ф. Платт

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service