Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

к списку персоналий досье напечатать
Екатерина Соколова
Изучение малых трещин

14.02.2017
Новый мир
2015, № 7.
Досье: Екатерина Соколова
          Есть поэты, работающие на пленэре. Ставят мольберт, садятся на табурет, кладут мазки. Если реалисты — копируют лежащий перед ними пейзаж. Если модернисты — копируют свой взгляд на лежащий перед ними пейзаж.
          Есть мастера коллажа. Из обрывков газет составляют новые слова и смыслы. Сверху приклеят то катушку ниток, то обрывок ткани.
          Есть мастера монументального искусства. Покойный Вознесенский делал витражи.
          Жанр Екатерины Соколовой уникален. Она разыскивает мелкие, почти никому не заметные трещины этого мира. И заглядывает в них.
          В трещины можно увидеть то, о чем мы и не догадываемся. Если это кракелюры— мелкие трещинки лакового слоя на поверхности живописи, — можно предположить, что под новым красочным слоем, под позднейшей записью, скрывается предыдущий слой, древняя живопись, порой гораздо более ценная, чем та, что перед нами. Пример такого слоя — но лишь один из примеров — пласт финно-угорской речи, магические обряды и простые фигуры народа коми. В первых поэтических текстах Екатерины Соколовой, которые были прочитаны когда-то в Петербурге, а потом — в Москве, в ткань русского стиха были вплетены то одна, то несколько нитей-строк на языке коми. Прошло несколько лет, и к такому, достаточно лобовому, хоть и завораживающему приему поэт уже не прибегает. Потому что это искусственное расширение трещины до размеров щели, принуждение к обмену воздухом между мирами, пагубное для них обоих. А проходя через чуть заметную трещину, воздух меняет состав, приспосабливается к новому миру, мерцает, пугает и, выражаясь полу-магическим, полу-детским языком Екатерины Соколовой, привыкает тебя к себе:

                    кто как чудная насекомая
                    по воде бежит
                    кто как дивная инфузория
                    в бороде у любого свит

                    того собираюсь выманить
                    рыбочкиным поплавком
                    уточкиным манком
                    мясным колобком

                    дом твой аленький ижний
                    мой ольшой ерхний
                    пожалуста выходи…

          Всякий поэт, отваживающийся на опасное и одинокое дело изучения малых трещин (а таковым в современной русской поэзии кроме Екатерины Соколовой можно условно назвать разве что поэта, художника, иллюстратора данной книги и — по совпадению — супруга Екатерины Андрея Черкасова, хотя метод его — иного рода), должен ясно понимать, что ему следует взять с собой, а от чего решительно отказаться. Отказаться в первую очередь от прямой повествовательности и от метафор как первого, так и второго (мета-) порядка. А взять? — в первую очередь блокнот или диктофон для полевых записей. Записывать монологи городских и сельских жителей, голоса зверей и птиц, шум воды и ветра. Но не для того, чтобы, как исследователи фольклора, узнать, что они все говорят. А чтобы понять, где они проговариваются:

                    подближается возраст такой
                    свет накатит в добротные окна
                    будто кто-то заглянет

                    как собака намоклый потом
                    свет накатит откатит накатит
                    забирай уноси босиком
                    если этого хватит

                    кто холодную кашу поел
                    и нечетного хлеба кусочек
                    тот на небо не хочет
                    перехотел

          В этом смысле правы оба автора предисловий к книге — Мария Галина и Игорь Гулин.
          Первая — там, где она пишет о Соколовой как о суперэтнографе (я бы даже назвал это метаэтнографией) — исследователе, изучающем тайны земной жизни через мелочи и скрытые от глаз растворенных в этой жизни персонажей приметы. Но изучающем как бы со стороны, поскольку иначе их не понять. То есть — по сути, об отстранении.
          Второй — там, где он пишет о субъекте стихотворных текстов Соколовой как о дисперсном, рассеянном по пространству земли, не всегда осознающем себя, но ощущающем себя одновременно во множестве мест и пропускающем через себя подземные токи и надземные течения вод. То есть — по сути, об остранении.
          Метаэтнография и распределение субъекта помогают автору найти незаметные трещины. Но как же проникнуть внутрь?
          И вот тут на помощь приходят детская оптика и детская речь.
          Многие удивлялись и продолжают удивляться: как получилось, что столь яркий молодой автор, лауреат премии «Дебют» 2010 года, любимый в московских литературных кругах, выпустил свою первую (!) книгу лишь в 2014 году?
          Кажется, у меня есть вариант ответа на этот вопрос:

                    кто молоком напоит взрослого человека?
                    кто отдохнет подросшего человека? —
                    <…>
                    вот полевые люди,
                    родственники твои,
                    иди к ним

          или:

                    это был октябрь,
                    духовная экспедиция своими глазами,
                    охота на кровяных зверей на закате,
                    ночевание,
                    а для дочери только сказка,
                    только чучелко глухаря пустое.

          или:

                    московский метрополитен обращается к вам
                    с удивительной просьбой

                    мам
                    с удивительной

          (и мы, конечно, понимаем, что унылый метрополитен обращался с убедительной просьбой…)

                    кто путешествует осенью в черных тревожных мешках
                    в листином обличье странном
                    рот разевает над каждым мешканцем-старичком
                    это у нас говорят из заречья анна
                    с дудочкой венчиком и сачком

          или:

                    я привидел во сне воробьевый город
                    полный нормальной воды
                    и вещей нормальный порядок

          Любой читатель, погрузившийся в эту книгу, рано или поздно обратит внимание, что на ее обложку наряду с именем автора, Екатерины Соколовой, можно условно поместить и имя дочери автора, Оли Черкасовой. Ее словечки и вопросы рассыпаны по книге, иногда — в неявном виде, иногда — как прямая речь. Но это только первое наблюдение. Внимательный читатель заметит и то, что в качестве такого объекта-ребенка, задающего вопросы-проговорки или слышащего ответы-ослышки, открывающие путь в малые трещины, часто выступает и сам автор. Только ребенок Оля Черкасова задает вопросы своей маме, поэту Екатерине Соколовой, а сама Екатерина Соколова — в качестве ребенка — предкам; духам, земле и воде Коми; рано ушедшему отцу; называемым вскользь персонажам из малых городов и поселков, другим странам, которые — то автостопом, то как «цивильный» турист — объездил поэт. И при этом вопросы дочери часто являются как бы катализаторами вопросов матери, способом настроить свое зрение нужным образом и одновременно — способом избыть печаль:

                    Палыч идет по дороге, горит его борода:
                    — Катька, тут все золотое —
                    пляшут передо мной золотые стада,
                    желтые травы стоят в покое

                    в новых домах, построенных здесь недавно,
                    мне хочется жить,
                    золотой заниматься ленью,
                    ждать тебя, ничего не трогать

          Хорошая поэтическая книга созревает, как вино, и не может появиться раньше срока и без гармоничного соединения ряда внешних и внутренних условий. В книге «Вид» сошлись в нужной точке фокусировки Олины вопросы, коми-слова («горь моя», «шева», «Вид Вась Егор»), запутанные московские переулки и разговоры с жителями московских окраин; Швивая горка, которая видна из окна московской квартиры автора, и дальнее поселковое коми-кладбище с ярко выкрашенными крестами, Армения, Венгрия, Италия и США, где побывала (со своим верным внутренним диктофоном для полевых исследований) Екатерина Соколова, — и Англия, где она еще, даст Бог, побывает (с уже упомянутым диктофоном, конечно):

                    а мы будто англичане в этих лаковых сапогах
                    будто галки четкие небольшие
                    ветер свивает нам бороду не по-русски
                    ветер берет собаку
                    себе не по росту
                    несет и поет
                    мы в оксфорде что ли с тобой
                    что ли в бристоле

          И для чего это все? — спросите вы, — зачем читать эти стихи, покупать эту книгу? Все просто. Для того, чтобы помнить о себе как о человеке. О золотой пылинке, постоянно снующей через трещины между тем и этим миром. Сшивающей эти миры и придающей им смысл.

                    сгрудились посмотреть: как попал он сюда —
                    венок поминальный на куст боярышника
                    в рекреационной зоне у яузских ворот
                    как вещь из чужого теста
                    в белый твой хлеб воткнен

                    пропустите этнографа — дайте и ему вид


Екатерина Соколова

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

01.06.2020
Предисловие к книге Георгия Генниса
Лев Оборин
29.05.2020
Беседа с Андреем Гришаевым
26.05.2020
Марина Кулакова
02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени
18.04.2019
Беседа с Владимиром Герциком
31.12.2018
Илья Данишевский. Маннелиг в цепях. Издательство "Порядок слов", 2018
Виктория Гендлина
14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service