Досье

Авторы этих трёх поэтических сборников – на пару с их предтечами в жанрово-стилистическом смысле – по-разному видят и мир, и его окрестности. Двоим из них до горечи близок Харьков. Третьему так же несладко живётся, но уже в его родном городе, «где над рекою колумб уродский/ Стоит, как <в нашей поэзии> Бродский». / далее

Но в контексте поэтического времени актуальность выражается борьбой двух ситуаций: модерна и постмодерна. Модерн, изображая и символизируя дискретное, вещное, хронологическое, поверхностное время, утверждает «что-то одно истинное», по Хайдеггеру, как сугубо открытую формальность. Постмодерн – «целую для восприятия сбывающуюся истину», помещая ее в интимно-осевое, вечное время и тем самым сакральным образом возвращая глубину и высоту. Так духовная работа Языка Молчания «иначит» проблему поэтического высказывания, гармонизируя идейные различия в понимании и проговаривая его в духе обновленной традиции. / далее

Подумайте, сталкивались ли вы когда-нибудь с чем-либо сопоставимо величественным: одинокое, неуклонное, безнадежное создание целого языка? Языка, для которого нет и не будет народа, языка, у которого нет и не будет продолжения. Но у которого есть и будет поэзия. / далее