Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Поэты Донецка
Кабы не холод. Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2016, №2 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Автор номера
Нить

Андрей Родионов
26 октября

Цветаева называла эту комнату с окном на потолке
Синяя Лунность, экстравагантно
Муж Цветаевой Эфрон подрабатывал в Чеке
Ликвидировал белоэмигрантов

Она любила его и проявив покорность
Тягу к самоуничтожению с ним разделила
Зачем я тут сижу? У нас тут перформанс
Перестала писать ручка, закончились чернила


30 октября

В терминале D чтоб пролезть без очереди
Он с этой очередью потрепался
Спрашивал у негритянок отчество
Их произношению удивлялся

Потом всё ж пролез и около стойки
Помахал ждущим очереди иностранкам
Билетом — смотрите какой я бойкий
Борзый парнишка с лицом трепанга


6 ноября

Улица Лётчика Бабушкина
Северный рынок с мороженой пикшей
Была тут квартира бабушкина
Жены, теперь уже бывшей

Две пятиэтажки снесли
На их месте, говорят, будет сквер
Дома́ в Москве, дети, как корабли
Корабли ожидает смерть


7 ноября

Холодный город, кое-где ещё
Сухие листья старые шуршат
Когда подует ветер, слышно хорошо
Когда они царапают асфальт

Я шёл и слушал их шестого ноября
Сопровождал меня скрипучий страшный смех
Но, может, я на листья думал зря
Возможно, тут сама смеялась смерть


9 ноября

Сын мой младший решил читать книжки
С какого ж он начал романа?
Он пошёл в магазин и купил нонфикшн
«Про рыжего кота Боба и его хозяина-наркомана»

Вот пришла пора искать новый роман
«Боб» прочитан, и слава богу
Какую ж теперь ты книгу взял, Ярослав?
Я купил продолжение «Боба»


11 ноября

Впервые за весь день я выглянул в окно
А там такое это самое
То, что давно уже предрешено
Три тени и сияние странное

Я путешествую давно, я как Улисс
Но что сияет даже через занавески
Три птицы в небо поднялись
А в небе дверь, зажжённая Павленским


12 ноября

Качает ветер голые деревья
Двенадцатое ноября
Само себе вполне стихотворение
Оно опять, конечно, про тебя

Ты знаешь, смерть она не против жизни
Ей просто всё равно
И для неё всё это только бизнес
Ещё одно потухшее окно


13 ноября

Сегодня ночью проезжал Мытищи
И вдруг увидел я средь множества строений
Давно покинутое мной жилище
Меж хвойных и безлиственных растений

Что там теперь, в той сказочной Перловке
По-прежнему ли по ночам в тумане
Плывут по Яузе светящиеся лодки
Наполненные бледными тенями


16 ноября

Был в Электротеатре, Мамлеева
Там читал я с экрана, показывали
Тихий фильм, где снимался с похмелья
Что и вам теперь с грустью рассказываю

И сказал я своему Постуму
Может, это жизнь меня ссучила
Может, зря я так, хуем по́ столу
Смерть за нами стояла, слушала


19 ноября

Глядел на небо. Вспомнил, в девяностых
Покрасить в театре половик мне в чёрный дали
И я, поскольку был халтурщик злостный
Его покрасил в цвет сегодняшней небесной дали

Увидев половик, начальник замер от тоски
Как я сейчас, когда глядел на небо
Он приказал заклеить всё кусочками фольги
А называлась эта опера — «Богема»


20 ноября

Сухаревская площадь, строение семь
Что это? Памятная табличка там, где я жил
Оказывается, Юрий Визбор тут шесть
Лет провёл, а не ты, дебил

Остановился. Деревья там, в окнах свет
Был с собой ром, сел на лавочку средь двора
Выкурил медленно несколько сигарет
Вот и закончилось всё, собираться пора


21 ноября

Я захожу ночью в магазин «Продукты»
Девушка в чёрном поднимает футболку
И я и продавец и её пьяный юный спутник
Наблюдаем во всю спину её татуировку

Арабская вязь на спине её хилой
Веселье смерти в глазах удолбанных синих
Золотая молодёжь увлечена ИГИЛом
(организацией, запрещённой в России)


25 ноября

Где ты был сегодня, папа, что́ глаза
Удивляло, что напишешь ты про смерть
А у смерти-то в одной руке коса
А в другой её руке планшет

В ЦэДэХа я был сегодня, в ЦэДэХа
Ярмарку серьёзной книги посетил
Цэ пугало, Дэ пропало, только Ха —
Древний дух литературы там царил


27 ноября

Двадцать седьмое. Двадцать шестое
Кончилось этой ночью
Вышел из бани я вместе с женою
Увидел луну сорочью

Снег, освещённый светом мёртвым
Чёрных дерев истуканы
Скорее отсюда, тут банник с чортом
Уже расставляют стаканы


28 ноября

Лечу в Екатеринбург, дружок
И помню, тихий
Один серебряный листок
На ветке дикой

Тогда я вышел покурить
Там вот поминки
Искал какую-нибудь нить
А нету нитки


1 декабря

Сегодня, первого декабря
Москва была словно порт
Разоблачаемый ФБК
Чайкой кружил прокурор

Вода отражала рябь фонаря
И в тьму, окружавшую свет
Бросали прохожие как якоря
Окурки своих сигарет


2 декабря

Второе декабря уже того
Как в раковине выпитый стакан
Из толщи туч глядит в моё окно
Больного месяца турецкий ятаган

О будущем России потрындеть
Желаешь ты со мной или зачем
Заканчивается обычно день
И не запоминается ничем


3 декабря

В сборнике чёрном небольшом
О будущем России искал стихотворения
Там кое-где над текстами написаны карандашом
Рукой моей девочки аккорды для исполнения

Итак, она жила в Луганске, еле видимы пусть
Ноты гитарного аккомпанемента
Перебирая струны, учила наизусть
Русское поле экспериментов


6 декабря

Тает снег, ребята, ну прощайте!
Не судите меня слишком строго
Если есть за что, меня скорей прощайте
Я как дед растрогался немного

Поезд, самолёт или автобус,
Что вам, артистической ораве,
Время? Время — шар, кровавый глобус
А точнее я сказать не вправе


7 декабря

Следите ли вы за Тимуром с Амуром?
Конечно, ведь апокалипсис
И интересен звериным амуром,
Смешными штрихами, деталями

Козёл и тигр, Сирия и Россия,
Служение и рукопожатность
Приметы конца времён отразили,
И в жизни, и в смерти есть ржака


9 декабря

Сегодня я пошёл пораньше
Вниз, в магазин, за кока-колой
И услыхал, как плачет баньши
В платочке бабушка, алко́та

Ты баньши, банщица, чертовка
Скорее запишу в тетрадь
Печальное, простое слово
Неясное, кажется, «блядь»


10 декабря

Этот дом как чёрный ящик
Над моею головой
Весь свой ужас леденящий
Ветер вкладывает в вой

Всё холодное и злое
Десять суток декабря
Воплотилось в этом вое
Ветер, хочешь вискаря?


15 декабря

Гляди, уходит он под землю,
В подземный переход,
Он знает правила дорожного движенья,
Обычный серый кот

Он ценит жизнь свою кошачью
В жестоком мире холода, теней
Ещё вот-вот, и мимо нас промчатся
Машины без людей


16 декабря

Когда-то и я как Джон Керри
Месил на Арбате опилки
Заглядывал в каждые двери
И в горлышко каждой бутылки

Ходили тогда по Арбату
Бродяги в поисках пищи
Художники были лохматы
Теперь-то, конечно, почище


20 декабря

Между розовых деревьев
Синим страшным переулком
Шёл товарищ Воскресенье
И в кармане водкой булькал

Эй, товарищ, оставался б
Вместе с нами на «Марксистской»!
Он ушёл. Вдали раздался
Жуткий лай собак стигийских


21 декабря

Голубеют далёкие храмики
Девять градусов выше нуля
Мы поедем с тобою на тралике
Двадцать первого декабря

Наш троллейбус — как яркая лампочка
Мы летели, успели едва
Мотылёк и бледная бабочка
Типа «мёртвая голова»


22 декабря

Двадцать второго я был в Тропарёво,
Встретился там с Константином, итожу:
Будет хороший памятник тёте,
Папе и дяде Серёже

Памятник скромный, неэпатажный,
Чёрный гранитный, он силуэтом
Похож на дом девятиэтажный,
Где жили они, не будем об этом


25 декабря

Луна над нами светит
Словно фонарик врача
Пусты глаза человечьи
Под светом её луча

У речки сидят русалки
Русалки чего-то ждут
Чего они ждут нахалки
Не надо вот этого тут


27 декабря

Мной овладело бешенство
Что-то совсем не моё, прости
В душе поселилось беженкой
Чувство несправедливости

Небо было серебряным
У речки склонились ивы
Неоднократно проверено
Следовательно — справедливо


28 декабря

Кто там играет с мёртвой птицей?
Кто этот рыжий и с хвостом
Опять наш кот поймал синицу
И мир застыл, объятый сном

Где птичий клюв ходил по дому
Втыкая острые концы
В паркета жёлтую солому
В паласа красные дворцы


2 января

В небе пёстрыми дятлами
Фейерверки, веселье
Над перевалом Дятлова
Над Кармадонским ущельем

Над рекою Смородиной
Над Бутовским полигоном
Зелёные жёлтые розовые
Огни в честь Нового года


6 января

Когда у электропоезда включаются тормоза
Ночью тёмной морозной
Надо мной проплывают розовые глаза
И таинственные мосты Лосиноостровской

На небе нет ни одной звезды
Только чёрные страшные силуэты
Лосиноостровская и её мосты
Призраки, исчезающие с рассветом


7 января

Ехали через ельник
Катя, сегодня сочельник
Когда мы проедем его
Будет уже Рождество

Люди нашего круга,
Волшебники, короли,
Пастухи сказали друг другу
Пойдём в Вифлеем, пошли


11 января

Ты сказала утром мне
Знаешь, умер Дэвид Боуи
И весь день я в тишине
В небеса смотрю на боинги

Дэвид Боуи поёт
И мне хочется подпеть ему
Самолёту самолёт
Все там будем, в Шереметьево


12 января

Я долго пил тогда у Кати
Потом, надев её халат,
Я вышел в розовом халате
В сберкассу, чтобы снять деньжат

Так к Тысяче и одной ночи
Есть иллюстрация Серова:
Принц скачет к деве что есть мочи
На принце — тот халат махровый


14 января

По Пермскому краю я ехал. Суров
И дик этот край, и порою
Я видел там стаи огромных орлов,
Круживших круги над горою

Добычу ли ищут, иль солнечный свет
Так греет им перья приятно?
Да нет, говорили мне люди в ответ,
Там просто помойка. Понятно.


15 января

Был подростком я, в то лето к нам на дачу
Прилетали инопланетяне
Ночью они пили с нами чачу
И устроили свеченье на поляне

Утром было сыро, как в болоте,
Шашлыка кусок один в застывшем сале,
Дядя хмуро посмотрел на тётю:
Жаль, они тебя с собой не взяли


16 января

Мы в вагоне, с прошедшим тебя, Мандельштам,
Кто-то песню поёт, люди слушают там
Если где-то не слушают Лепса,
Там припомнят кремлёвского вепса

А могилу, что мы не найдём никогда
Укрывает метель, прикрывает пурга
Белой шубой, льдом одеяла,
Горькой шуткою маргинала


17 января

Москва среди метели,
Не дни и не недели —
Как я работал с красками
В музтеатре Станиславского

Сантехник дядя Ваня
Мне про спектакль «Эрнани»:
Гляди, в нашей печурке
Золотые чурки


18 января

Кормушку мы повесили на ветвь,
Синицы в очередь слетелись
И дятел прилетел поесть
Красноголовый, чёрно-белый

Висит она, кормушка зимних птиц,
Придуманная неизвестным дядей
Жизнь состоит из зёрен и яиц,
Ты понял, дятел


20 января

В ресторане китайском
За рассказом про Индию
Горьким чаем питались
И любительским видео

И спросить мне хотелось
Этот чай вам не горек ли
Что там пьют в вашем Дели
Есть ли там алкоголики


21 января

Три товарища в троллейбусе пустом
Грабили и били пассажира
Я вошёл на Сухаревской, дом
Там стоит, где мы когда-то жили.

Обоссались, «извините нас,
Собираем на Донбасс подарки».
Вышел на Таганке. «На Донбасс».
Вспомнил «Три товарища» Ремарка


25 января

Сегодня был в госархиве Перми,
Попал с уважаемым человеком,
Видел людей, оставшихся людьми,
Тех, что несколько не соотносятся с веком

Спросил про Алексея Иванова, точно ли?
И про инопланетян — прилетали?
Иванов туда не ходит, у него другие источники,
А про инопланетян нельзя — секретные материалы


26 января

Шёл я вдоль кладбища в Перми,
Вдруг женщина. Простите, мама,
Ответьте мне, плиз, ансвер ми,
А где здесь Кама?

Но женщина на этот микс
Из чёрной ямы
Ответила: здесь только Стикс,
Здесь нету Камы


27 января

Я думал, что в Москве коричневый
И жидкий снег, словно понос,
Из-за людей, говна их личного,
И пачкается снег, как мозг

Но вот сегодня, пролетая
Над городом сквозь бурый шквал,
Увидел: туча вся такая,
Коричневая, Бог послал


3 февраля

В кафе довольно иллюзий
И свет иллюзорен, и мрак
И если бы не был я лузер
Писал бы примерно так:

На улице снова осадки
Дождь в середине зимы
Крысы бегут в крысятник
Тащат бациллу чумы


4 февраля

Сугробики едут в Камазике
На снегоплавильный завод,
Идёт себе тихо вдоль Яузы
Нетрезвенький пешеход

Идёт и живой и здоровенький,
А вы поезжайте туда.
Сугробики едут, сугробики,
Сугробики, господа


8 февраля

Я сижу в «Звёздочке» на Таганской,
Смотрю в окно на площадь, на снег,
Рядом со мною танцует гражданка
С особенностями развития, то есть, человек

Я смотрю вниз, где бесчисленные лилипуты,
Огни автомобильных фар, тысячи огней,
Я думаю про таинственные маршруты,
Про нехоженые дороги для странных людей


15 февраля

На улице звякнула кастрюля,
Наверное, кормят кошку,
По подоконнику ударила влажная пуля
И встревожила, капитошка

Спи, кот, рыжий бездельник,
Спи, как тыква на кухне, овощ Хеллоуина,
Пятнадцатое февраля, понедельник,
Похмелье после дня святого Валентина


16 февраля

Вот Савченко возьмём фашистскую,
Её письмо, ответ Азару,
Опубликовано с ошибками,
Мол, сохранили орфографию

У Савченко, как это, «узы»,
Недолго думали рижане,
Там в Риге, в офисе Медузы
Придумав фишку, люди ржали


21 февраля

И стало тихо, милый
Из рук внезапно выпали у зрителей айфоны
Сегодня умер Мирослав Немиров
Он что, знакомый твой? Знакомый, блядь, знакомый

Поэт исчез из жизни и из чата
Жизнь вечная спокойнее, чем тут
Прощайте, Мирослав Маратыч
Теперь, наверно, книжку издадут


24 февраля

Двадцать четвёртое, Товарищеский переулок,
Ездили в морг, на кладбище, на поминки не смог,
Сам помянул, к губам как окурок
Прилип солнечный луч. Кладбище, морг,

Метро, завтрак, душ, что тревожит меня,
Сон, где чего-то снилось, как будто бы я не спал,
Пролистываю назад, до вчерашнего дня
Я вчера сказал что-то важное, я смотрел сериал


25 февраля

Девочка смотрит, а тортик летит
В лицо господина Навального,
От розы из крема лицо не болит
Как от розочки боя стеклянного

В терроре наметился явный прогресс
На улице год шестнадцатый
В подвалах кондитеры знают рецепт
Спасения нации


28 февраля

Сегодня мы гуляли.
На обводном канале
На воду утки сели все
И крякал один селезень

Чтобы покрякать в сумерки
И то нужен талант.
Вдали сверкал Дом Музыки
Безумия бриллиант


29 февраля

Няня из Узбекистана
Ходит с детской головой.
У ней платье как сутана
И излом руки худой.

По Октябрьскому полю,
По февральскому снежку.
Поведение такое
Приписали порошку.


1 марта

Сегодня правил интервью,
А в нём звенели рюмки фоном,
Какую ж, братцы, мы хуйню
Несём пред девой с диктофоном.

На самом деле над заливом
В Гренландии хочу я жить
И стадо пикши молчаливой
На камне сидя сторожить


11 марта

Два лося в натуральную величину
Стоят во дворе у Беговой почему?
В соседнем дворе — своя интрига:
Памятник двум школьницам, читающим книгу

Когда над Беговой зажигаются звёзды,
Школьницы садятся верхом на лосей
Чтоб охранять Ваганьковские погосты
От некрофилов, трупоедов, бомжей


12 марта

Ну вот и пятница закончилась,
Суббота началась удачно,
На застеклённые балкончики
Рассаду выставляет дачник

В стране цветущих авокадо
Уже средь птиц пора улёта,
Мы полетим с тобой над МКАДом,
Своей подруге крякнул кто-то


15 марта

Во время перекура
Спросил я за кулисою
Знакомого актёра:
А что это ты лысый-то?

И мне ответил малый
С улыбочкою резкою:
Тут немцы фильм снимали
А я играл Павленского


16 марта

Сегодня играли мы «Пир» Платона
В огромной ночлежке на Иловайской
От doc'а приехало шесть актёров
Играть в спектакле про пидарасов

Когда Аристофан сказал в актовом зале с борзостью
Что мужчины, которых интересуют мужчины
Занимаются государственной деятельностью в зрелом возрасте
Один бомж в зале крикнул: особенно с Украины!


18 марта

Картины труда японских гейш
«Квартал наслаждений» в музее Востока
Смотрел, как тогда любили за кэш
Седой старины простые восторги

Гравюры, гейши с сакэ и тунцом
А также узнал по ходу:
Возраст смерти в квартале том
Средний — двадцать два года


22 марта

В окне двор с замёрзшими лужами
По телевизору показывают новости
Европейские лидеры не прислушались
Серая улица жёлтые микроавтобусы

Рад депутат. Журналист ликует.
Чего-то как-то погибших мало.
Товарищ, ты радуешься какого хуя?
Заткни ебало.


23 марта

Гулял вдоль акуловского шоссе,
Красивый стоит там на горке барак,
Чьи окна на фоне розовых стен
Смотрят на нежно-мохнатый овраг

Сиренью, ольхою порос холм,
Внизу, из болота, прекрасный вид:
По синему небу розовый дом
Плывёт среди созвездия Рыб


24 марта

Яуза черноводная, что там слышно
Российские ходоки не поедут на олимпиаду
Сноу умирает, тоскует лыжник
Всё говорит о приближении к сериалу

Четверг, двадцать четвёртое марта
День проведён у окна за разглядыванием сонным
Неба, на котором разные пятна
А ты угадываешь, где солнце


25 марта

На даче типа в День культуры
И в День работников искусств
Подсыпал семечек в кормушку
Повешенную мной на куст

Лети, щегол, снегирь, синицы!
Сороки и вороны — кыш!
Вы — невоспитанные птицы.
Ты, птеродактиль, понял, слышь?!


26 марта

Ну как объяснить, да, видно, никак,
Был воздух влюблённо-больной,
Мы ждали трамвай у ВДНХ
Тем вечером ранней весной

Во тьме, во льдах чудесный край
Сиял электроогнём,
Приехал трамвай, красивый, как рай,
Поехали мы на нём


1 апреля

День унылый тьмой сменился,
Лишь всего на полчаса
Из-под тученьки чернильной
Проступила бирюза

С человеком-невидимкой
Мы сидим в купе вдвоём:
Эй, товарищ, попиздим-ка
В воображении моём


5 апреля

Когда один — смотрю на синь
Или на серость неба
И Катя знает, в магазин
Пойду, то лишь за хлебом.

Но, люди! Только встречу вас,
Хороших, замечательных,
Бегу за водкою в магаз,
Так вас люблю, читатели


8 апреля

Когда-то были баррикады
У кинотеатра «Баррикады»,
Потом заснул я, Родионов,
Во сне проснулся как Лимонов:

Прошли поэты предо мной,
Они несли перед собой
Бессмертные стихи,
Потом запели петухи


9 апреля

Луч фонарный жёлтой лыжею
Проскользнул в ночную комнату,
Осветил фигуру рыжую,
Силуэт на подоконнике

Этот сфинкс, свидетель вечности
Сторожит меня ночами,
С головою человеческой
И кошачьими когтями


12 апреля

Во время Третьей Галактической Войны
В бою против инопланетян
В созвездии Гончие Псы
Наш крейсер попал в капкан

Взяли капитана в плен,
Капитана били проводом,
Но капитан был нем,
Он оказался роботом


22 апреля

Говорят, что где-то там за границей
За океаном, там, откуда Бродский не вернулся
Умер человек, которого называли Принцем
Потому что за апрель два раза передознулся

Он пел про лучшую девушку в мире
Он нравился мне, этот принц весёлый,
В Товарищеском переулке, в маленькой квартире
Пурпурные капли кока-колы


26 апреля

Вороны и сороки сошлись в воздушном бое,
Теперь сидят сороки на липах и трещат
А серые вороны вдали истошно воют,
Над полем птичьей битвы агатовый закат

Сижу под старой вишней, двадцать шестое, вторник,
Печально небо серое, тревожна тишина
Скажи мне, белобокий сорочинский полковник,
Продолжится ли завтра война?
Да знаю, знаю


27 апреля

Два ведра с раскисшим торфом
Ну, давай, тащи на грядку
Ты, приятель, не на Корфу,
В перекур возьми тетрадку

Чёрных веток паутина,
Мелкий дождик плачет жалко
Подмосковная ундина,
Алкогольная русалка


28 апреля

Двадцать восьмое, Чистый Четверг,
Ясное солнце над липками
Зачем-то у вас в Евразийской Москве
Зелёнкой облили Улицкую

У нас тут в цветах фиолетовых луг,
В тенёчке играют котёночки,
И нам щедрый, ласковый Демиург
Не пожалел зелёночки!


11 мая

Есть в Пушкино полянка,
Над нею тополя,
Их речка Серебрянка
Ласкает, серебря

А в центре пень трухлявый
С бутылкою пустой
И мятой пачкой Явы
И чёрною тоской


12 мая

Я видел девушку в метро
С повязкою гриппозной,
А под повязкою хитро
Скрыт синячок серьёзный

Но всем беда её видна
Безжалостно и точно,
Как будто ехала она
С пикетом одиночным.


22 мая

Отец последние пару лет жизни пил
В вагончике под Дмитровом, он называл его «вилла»
Точно в таком же в фильме «Килл Билл»
Жил брат Билла

Моя жена ему говорила: Вы один в лесу,
Заведите козу, чтоб не спиться
Отвечал отец — мне нельзя козу,
Я могу влюбиться


7 июня

Я отупел, я превратился в кляксу,
Эх, где же трубка, мон ами,
Мы предадимся утончённому релаксу,
Как говорили в старину в Перми

Сирень осыпалась. Лиловы травы,
Повсюду лепестки, туман, и в дождь,
По вечерам приходит ёж,
Чтоб с нами разделить невинные забавы


12 июня

Утром слушал радио, там шла викторина,
Задают вопрос и надо сразу дать ответ,
Вот ведущий даёт наводку дозвонившемуся гражданину:
Его имя — перевёрнутый табурет!

Кто ж это, думаю не без опасений,
Перевёрнутый табурет — это что за кал?
Но чувак ответил сходу: Есенин!
Сергей Есенин! И, блядь, угадал!


17 июня

Я вновь вспоминаю ночной алкотрип
В Перми, в подворотне с бутылкою мы
Увидели стул, а на стуле залип
У двери какой-то мужик, сторож тьмы

Внезапно метнулась к нему чья-то тень,
Удар! Он свалился и скрылся из глаз!
И нехера на моём троне сидеть!
Раздался во тьме угрожающий глас


18 июня

Темно и душно небо как мазут
Вернувшись из Перми ваш кроткий странник
Я был последний, кто узнал про пряник
В руках у Ревзина не только кнут

Не только кнут у них, не только кнут
Но пряниками вымостят дорогу
Дорога к сатанинскому порогу
Довольно соблазнительный маршрут


27 июня

Сдала хату нам в Севастополе
Дева кроткая как овца
И сказала тихонько, шёпотом
Что квартира хирурга-отца

И сажусь в почтительном страхе я
За почти поминальный стол
На серванте его фотография,
А в серванте его корвалол


30 июня

Инкерман: обелиск на могиле лётчика,
Погибшего в тридцать восьмом,
Рядом с могилою пулемётчика,
Погибшего в сорок втором

Их могилы в руинах крепости греческой
Вот украинец, вот русский лежит
И высохшей кровью кормит кузнечиков,
Строчит пулемётчик и лётчик летит


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Киев

Кафептах
ул. Васильковская, д.1, 3-й этаж, в помещении Арт-пространства «Пливка»

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service