Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Кабы не холод. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2014, №2-3 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Стихи
Когда я вышла из Египта

Марина Тёмкина

Четырнадцать строк

Я пыталась переводить сонеты Шекспира,
что непросто даже с моим медиевистским прошлым,
и зачем те две всегда лишние строчки. Отец был мэром,
устраивал жильё бродячим актёрам, а перчатки тогда
не носили простолюдины. В школе — кстати, она в сохранности, —
учили латыни, протестантизму и как держать свой зад
непобитым. Разыгрывали зрелища Рима, Теренций, Плотин.
Благочестивые их злодеи морализировали, как скоморохи.
Молодые учителя стали учёными мужьями. Доска, по которой
учили алфавит и Патерностер, сторонясь католичества
по политпричинам. Так станешь умным, начнёшь писать
шифровки из мешанины слов исторических
с опасностью времени. Остановилась на пятом сонете,
талант переводчика мне не достался.

* * *

Вот одно стихотворение,
вот окно в стих отворение неких врат
и брат и град, и спасенье от цитат,
и башкою приварение в под-заоблачный косяк,
от плезиров рифмования, мук рожденья и муки
сдобно-нежной и руки, женских рук и белых прядок,
шерсти ниток расплетения,
пудры-мудры кукованья, крапин знания и дознанья,
и царапины догадок, что к чему вело непрямо, воссоединяя связь.
Стих от вора-заговора, от икотки-заиканья,
от охотки на варенье, на солёное, на зелье
в бутыле с ребёнка ростом, на домашнее зверьё.
Бегство внутрь и тихо-лихо, пенье-зренье, створ-затвор.
Незаметно продолжаясь, можно долго продержаться,
можно с буквой еръ и ять безмятежно постоять
просто рядом, как любовь, и чтоб жизнь не замечать.
Стихнет звук, мяукнет время, звякнет крюк пустопорожне,
то ли ложка о стекло, об зубок молочный снежный,
опасений полон рот. Стих стишку стишонок шьёт.

* * *

Октябрь, уж золотые гуси висят на нитках,
и рыбок краснопёрых листья, и ряб-пеструшек.
Тепло, как в физике, и теплота-величина не ждёт весны.
Я поддаюсь чему-то слабо, сожмурю глаз
и в объективе увижу вспышку солнцевода,
мы неодеты-голоноги и за углом углы углами
врезаются стеклом друг в друга
и в марафон перебеганий дорог прохожих.
По-летнему отъезды-сборы, бобины, кадры старой плёнки,
мельк новостных телесобытий и фестивали трудодней,
их приближения-сближенья и цирковые выкрутасы
рекламы в сети. Детство Люверс твоё-моё и модернизма
не отличается ничем, фрагменты те же и детали,
пальто навырост, платье в гости и нотной гречки
пробиранье за воротник, и каш столовских манный ком.
И там ещё на башне с флагом колышется простая надпись
и старых вывесок пустыня под сапогом, домашним тапком,
и мокрые листы Тавриги, прости, что вспомнилось,
и замолчавший титул — прочерк с серебряною заковыкой,
пока конец не дочитаешь, и печки кафельной бока,
и створка с золотом латуни. При входе в дом
привет встречает вид мирной мозаичной даты,
год тыща девятьсот четвёртый, ноль четыре,
пять, но потом вы знаете, что будет,
почти что ничего не будет
хорошего, но выйдет зайчик.

* * *

Когда я вышла из Египта,
меня тогда иначе звали, но брат меня не замечал,
хотя уже понятно было, особенно когда в пустыне
(распространяются  пустыни, в них до сих пор немноголюдно),
вода — и значит выживанье, что очевиднее сейчас.
Его дела были важнее, народ, законы, уложенья,
свиданья с самой высшей силой и для наглядности чудес
прямой показ, борение с идолами женщин, с детьми,
возжаждавшими млека, орущими по-арамейски от мёда с манной.
Его совсем другое детство, и он не понял,
он понимал с трудом другого, он и в себе-то разобраться
не понимал совсем зачем. Та люлька, на воде корзинка,
он плавал в ней всю жизнь по речкам,
пороги и водовороты, волны качанье, убаюки.

Батальные сцены

Это лошади и люди, это женщины и кони
Волки, ослики, собаки, кутерьма и блеск металла
Это соня и наташа в жизни нашей и война
Это Анна, Долли, Китти, греконос без переносиц,
и колена преклонила, бюст без бюста и тритон.
И Бернини и Пуччини жаждет жизни на мосту
пред Сан-Анджело тюрьмою, это ангельская тема
и барокко и сирокко, зеркала и терракота с отпечатками
давненько не для паспортных столов пальцев скульптора.
И некий тут какой-то Никодим, что поддерживает тело
то ли снятое с креста, то ли просто помутнело,
потемнело чисто поле, стало млосно, так бывает.
Надо всё перечитать и запомнить, не забыть.
Казеин на мешковине, академия святого
вам Луки приопоздала
на полвека, так бывает только с центром,
со столичным разгуляем, раз — декором, два — со шпагой,
выпад, в городе темно, только свечи прожигаем,
только факелы палим. Сварщик искры мечет в темень,
освещает полнолунье, если айсберги растают,
этот город тоже смоет, станет Китеж, слышишь, милый, из далёка твоего...

                                                 2 ноября 2012

Написано, пока Радио Давидсон на узком русском вещает
в Нью-Йорке, объясняя значение слова «порча»

Когда я была маленькой,
я читала собрания сочинений,
избранные собрания и собрания сочинений.
Дел было немного, когда практиковали
несвободу собраний, когда сочинения были несвободны.
Тогда я читала запоем плохое, хорошее и в переводах.
Запой это такой шерстящий злой зной,
угольный страхолюдный забой, телесный убой,
в душе теснина-пробоина гор, голодный строй,
часовой сбой, клад-то на кладбище зарой
и не забудь, а сам на недолгий постой
или самый простой пьяный запой.
Это подряд или в столбик пропой голосом поутру,
и приснится покой, то ли императрицын покой
то ли в пейзаже левитановский вечный покой
то ли ведьминский непонятный какой.


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service