Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Кабы не холод. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2014, №2-3 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Проза на грани стиха
День неслыханной точности

Александр Беляков

День неслыханной точности

        Начинается день удивительно точных движений.
        Тут важно сразу взять особый ритм. Чуть помедленней, чем обычно. Сначала потянуть с подъёмом, потом — со всем остальным.
        Замедление шага — лучший способ сгущения времени. Сердце подстраивается под ногу. Идёшь вслепую, как нанизанный на леску. И не на что наткнуться — ведь все углы уплыли.
        Сегодня в голове — не музыка, а книга. Вящая изящная словесность. И женский голос за спиной звучит категорично: «Надо жить, чтобы не падать. Я вот не падаю».
        Встречный исполнен особого смысла. И, кажется, несёт благую весть. О том, что с каждым можно выпить, с каждой переспать. Как в грядущей вечности. И хотя ни с кем ничего не хочется, от этой мысли тепло. Всюду братья и сёстры. Попробуй найти других!
        Сегодня служба в радость, рутина в струю. Мёртвое слово не горше живого. И каждая фраза звучит многозначительно, как на подмостках.
        И такая глухота к чужим страданиям. А свои испарились, будто нет тебя вовсе.
        Вечером до́ма — счастье от домашних. От того, как точно всё совпало. Будто в голливудской мелодраме.
        И засыпаешь с блаженной улыбкой. И не боишься умереть во сне.
        Такие дни бывают раз в году. Но помнятся дольше.
        
        

Похвала фактурам

        Горожанин в России должен быть ценителем фактур.
        Фактуры у нас роскошные. Хотя обычно расцветают в меланхолическом ландшафте. Он беден формами и бледен красками.
        Что я вижу под ногами? Варикозный узор трещин на асфальте, путаный рельеф выбоин и луж. Палую листву с окурками, втоптанными в грязь. Обыденный подножный срач.
        Но какое богатство фактур! Изысканное сочетание шероховатого и гладкого, твёрдого и жидкого, тусклого и блестящего. Пленительный союз дискретного с континуальным.
        Как влияет на меня урбанистический ландшафт? Притупляет чувства, спутывает мысли. Погружает в атмосферу сплина. От некрасивого деваться некуда.
        Что я вижу вокруг себя? Стыд архитектуры и ступор колорита. Но стоит вглядеться — фактуры спасут положение.
        Расфокусируй взгляд. Сделай конкретное абстрактным. Впусти в неказистый мир фактурную красоту.
        Так поступал один мой приятель. Он жил в хрущёвке на окраине. Когда хотелось красоты, садился на скамейку у подъезда и часами любовался стеной соседнего дома. Её бесконечно богатой фактурой.
        Как считают индийские йоги, созерцание — инструмент творения.
        
        

Семечки

        «Была нирвана — стала рвана» — гласила надпись на стене.

        На скамье лущили семечки пять подростков-недомерков. Их вялую перебранку наблюдала рослая подруга.
        — Чего хоть вы друг друга обсираете? Вы, блин, все одинаковые! — заключила она и вошла в подъехавший автобус.

        У окна сидел мужчина с таинственной наколкой на руке: «Хотите крови — сосите хуй!» Поджарый, с борцовской стрижкой, он допил пиво, скомкал банку в кулаке и, выходя из двери, бросил под ноги.

        Возле рынка алкаши флиртовали с продавщицами. Летела по ветру шелуха.
        — Ну-ка, девчонки, поплюйте немножко!
        — Не-е-ет, жопа растёт от семечек!
        
        

Хорошо и плохо

        Хорошо, когда в рабочем столе есть фляжка коньяку. Просто так, на всякий случай. И знаешь, что можешь приложиться, но терпишь. А потом прикладываешься. И ещё остаётся.
        Плохо, когда работаешь под музыку. У меня такое было. Писал рекламу с приёмником под боком. Выключать запрещалось. Называлось «контроль эфира». Из-за этого приёмника я больше собирался работать, чем работал.
        Хорошо, когда на работе есть не только стол, но и диван. У меня такое было. Поработаешь за столом — и падаешь на диван. Зайдёт начальник: «Что, Саша, работы нет?» — «Нет», — говоришь и дальше лежишь.
        Плохо, когда начальник — сволочь. У меня такое было. Но хороших начальников оказалось больше. Я часто менял работу. Может, начальники просто не успевали портиться?
        Хорошо, когда работа неритмичная. То густо, то пусто. У меня такое было. Терпеть не могу трудиться в одном ритме. Чувствуешь себя шестерёнкой. Хочется приложиться к фляжке коньяку.
        Плохо, когда сослуживец — вампир. У меня такое было. При нём весь день ныло сердце. Кардиограмма ничего не показала. Я сменил работу, и всё прошло.
        Хорошо, когда ничего не болит.
        
        

Плата за лето

        В Риме ещё блаженная теплынь, а наша природа уже от себя отдыхает. Почему она так быстро устаёт? Прямо как люди.
        Помню, Юра признался: «Была бы такая кнопка: нажал — и нет тебя. Я бы, наверное, не устоял». Тогда он ходил в отцах, сейчас уже дед. Вспоминает ли о кнопке?
        Снег пришёл. И холодная осень стала тёплой зимой. Будто тенор взял регистром ниже. Может, так будет и с тобой. Неуютная зрелость обернётся комфортной старостью.
        Если на сердце неспокойно, значит, есть, от чего отрешаться. Так лето не хочет осени, осень — зимы.
        Сад пронизан рассеянным светом. Ветер гонит мысли в небо. Делать только простое. Думать детскими словами. «Где мой растопырчатый скребок?»
        Отголоски соседского радио — как отголоски рацио. Скоро и в Эрмитаже оставят одни пейзажи.
        Всё начиналось, как попало. Всё получилось, как надо. Сухие листья шуршат, как ассигнации. Наша общая плата за лето.
        
        

Детский мир

        — У Вовы Постнова на рубашке — ниндзя по каратэ.
        — Это у женщин — талия, а у мужчин — подживотничек.
        — Сразу видно, что композитор, потому что кудрявый и голос спокойный.
        — Холодильник — это диод. Потому что работает только в одну сторону: замораживает, а нагреть не может. И корова — диод, потому что молоко выпускает, а впустить не может. И тюбик с пастой — диод. Понятно, почему.
        — Мне не нравится слово «пися». Мне больше нравится «фаллос». И «попа» тоже не нравится. Я буду называть «анальное отверстие». И вообще мне не нравится, как они устроены. Одна только мешается. Только и жди, как бы кто не пнул. Я бы хотел, чтобы вдоль неё шла кость. А вторая — с дыркой. Это же некрасиво. И сидеть неудобно. Я бы хотел, чтоб она была сплошная.
        — Папа — писатель обыкновенный, прозаик, полупоэт. Мама — бизнесмен экономический. Женя — поэт с сильным душевным образованием.
        — Бог любит Троицу, потому что он сделал мир на троечку.
        
        

Чернокнижники

        На складе паковали брошюры для Череповца. Женька сочинил стишок о «футболистах власти».

        — Вот разбогатеем — буду писать роман!

        В субботу распродали всё, закупили на 196. Развёз в 3 точки. Спустил 4 куска на тачки. Устал. Склад пуст.

        — Мне близки рациональные доктрины. Я хочу знать, что со мной происходит!

        Под Переславлем фургон обстреляли гаишники. У водилы нашли самодельный пистолет. Субботу Женька провёл в тигулёвке.

        — Что ж, сейчас у многих уходит почва из-под ног. Депрессия, неуверенность в завтрашнем дне. Надо заниматься аутогенной тренировкой!

        Прогнувшись под тяжестью снега, тополя похожи на пальмы. Час без малого ловил тачку. Вытоптал танцплощадку на одну персону. Мочился под тополем. На холоде и ветру стыд сначала застывает, а потом выветривается.

        Таксист заломил полтора куска. Ведомственный «уазик» обошёлся втрое дешевле.

        — Мужчина, дайте спичку!.. Ёб вашу мать, ни у кого спички не найдёшь!

        В офисе оприходовали и поделили, отстегнули «чёрную».

        — Природа — не храм, а склад, и человек в нём — вор!

        В Тверицах на остановке подвалила рослая старуха:
        — Что, ребята, съёжились? Помню, на курорте в Одессе... Зимой дело было. Все кутаются, а один мужчина вышел на берег, быстро разделся — и в море. Вот как надо!

        Вечером Андрюша сочинил песню. О том, как двое мужчин жили там, где всё плохо. И вот они едут оттуда на автомобиле. В дороге им становится всё лучше и лучше. Так они и ехали, пока не прибыли туда, где стало, наконец, совсем хорошо.
        
        

Рогалик уценённый

        Отчётливо так говорю во сне: «Самозванка».
        Жена растолкала:
        — Саш, ты о ком?
        — В журнале написано, что она — христианка, а она — самозванка.

        Время самозванцев. Их не зовут, они приходят сами. Специалисты широкого профиля. Знают всё понемногу, умеют всё понемногу, верят во всё понемногу. И в этом смысле шагают в ногу.

        Время неукоренённых. Выигрывает тот, кто с лёгкостью пускает корни где угодно и столь же легко с ними расстаётся.

        Если на таком задержать взгляд, он становится прозрачным, а потом вообще исчезает.

        В идеале интересно делать только разное. Никогда не повторяться. Всякая профессия рано или поздно начинает утомлять. Тут одна терапия: терпи.

        На шестом десятке возненавидел слово «дела».

        Весь день плясало веко. Прочитал в буфете «Рогалик уценённый». Подумал: «Это обо мне».
        
        

Растворение и замедление

        Собирал яблоки на даче. Старательно растворялся в пейзаже. Сначала заболела шея, потом голова. Устал. Рассердился на себя за то, что устал. Потом рассердился ещё сильней — за то, что рассердился.

        Растворяться получается, когда покоишься в ландшафте, а не движешься в нём.

        Жена мечтает жить на даче, пить чай под яблоней, ходить на пляж, читать вечерами Набокова. А я мечтаю быть садовником с урезанным рабочим днём. Лучше где-нибудь в Крыму.

        Мелкие радости. Идти не спеша, когда все вокруг спешат. Смотреть под ноги. Любоваться узором асфальта.

        Если говорить медленно, речь очистится.
        Если думать медленно, ум прояснится.
        Если двигаться медленно, покой вернётся.

        А там, глядишь, и время сгустится. Греби руками по воздуху — и появится вода.

        Если остановиться, замолчать и ни о чём не думать, можно ненадолго стать божком.

        Чтобы удержаться на поверхности, двигайся быстрей.
        Чтобы достичь глубины, остановись.
        Это не чудо, а законы физики.

        Какая подлинность в отсутствии событий!
        
        

Эффект стаккато

        Вышел из отпуска в чёрном. Вдохнул кабинетную смесь — и голова закружилась. Раньше здесь не стихал смех. Ирония двоила силуэты событий, сообщая им объём. Сегодня царит тошнотворная серьёзность.
        — Эти мероприятия, равно как и наша память, должны быть долгосрочными и комплексными!

        У него беспринципный почерк. Он не тот, за кого его принимают. Для преодоления автоматизма следует описывать автоматизм.

        Вот гороскоп на любую неделю. В понедельник постарайтесь, во вторник воздержитесь, среду посвятите, в четверг не обольщайтесь, в пятницу придержите и умерьте, в субботу пожертвуйте, и тогда воскресенье подарит.

        Стоило мешать водку с пивом, чтобы дозреть до похвал руководству:
        — Нам дали такое обширное и сложное задание! Наконец-то мы востребованы!

        Миша видел, как на задворках цирка дрались два пьяных клоуна.

        Самые распространённые среди позвоночных — рыбы.

        «...сплошной набор коротких рубленых фраз производит нежелательное впечатление (так называемый эффект стаккато)».
        
        

Спор межличностный

        По Свердлова мимо «Арса» шла поношенная пара. Он горячился:
        — А мне похуй!
        — Когда хоть тебе не похуй? И где мы сейчас идём?
        — А тебе не один хуй, где? Главное — куда.
        — И куда же мы, блядь, идём?
        — Мы идём к центру!

        — У них тут спор начался межличностный, — сказала бы Рита со своим научным подходом.

        В маршрутке толстомясая кондукторша признавалась водителю:
        — Меня лучше из себя не выводить! В шестнадцать на учёт поставили. А как вышло. Меня эта сука долго доставала. Я всё терпела. А потом намотала косу на руку — и мордой по асфальту!

        По дороге домой поскользнулся и упал на оба колена. Это выглядело как принуждение к молитве.

        — Какой-то день сегодня неправильный.
        — Да, неравносторонний.
        — Когда тихо, сразу как-то прохладней становится.

        В три часа ночи звонок в дверь:   
        — Кто?
        — Открывай, еврей!
        На площадке качаются две пьяных бабы.
        — Девочки, вы что, гуталина нанюхались?
        — Извините, пожалуйста. Лев не здесь живёт?

        «У России сохраняется хороший потенциал роста просто потому, что этот рост идёт от очень низкого уровня».
        
        

Путь Кристины

        Кристина ползёт домой. Всё как в японском хорроре, только наоборот. Там девушка лезет за рамки, здесь рамки движутся за девушкой.

        Мы зачарованно смотрим в спину Кристины.
        «Фигуры, повёрнутые к нам спиной, углубляют пространство».
        Кристина непрерывно углубляет мир, в котором живёт.

        Она ползёт всё дальше, но дом не становится ближе. Вероятно, он тоже движется. С той же скоростью, что и Кристина. Похоже, ей никогда не доползти до дома.

        «Какая она сильная!» — думаем мы о Кристине.
        «Какая я слабая!» — думает Кристина о себе.
        Оба утверждения истинны.

        Хочется, чтобы Кристина обернулась. Боишься, что она и вправду обернётся. Улыбается она или плачет? Что если Кристина — красавица? Что если Кристина — чудовище? Обернётся, и ты окаменеешь. Но, может быть, она — ни то, ни сё.

        Кристина похожа на судьбу. Она всегда впереди. Следуй за ней. Не горячись и не ропщи. Не отставай и не пытайся обогнать. Всё равно не получится.

        Так Эвридика выводит Орфея из царства живых.


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service