Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Кабы не холод. Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2013, №1-2 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Стихи
Ненависть отворачивается

Михаил Немцев

После спектакля — танцы

Не каждому ведь «везёт». У истории есть мизансцены,
некоторые надолго затягиваются, и ты всё играешь, играешь.
Это — жизнь, ты рожаешь как бы детей, копишь чужие деньги
в норе как бы времени. Уютно там или стрёмно —
ничего особенного. Ничего. То ли к добру, то ли к бурной ночи.

Но если бы ты видел театральную площадь, ты бы увидел сумерки.
И вот уже вовсе — ночь, и не прохожий уже — часовой,
встав у выхода из театра, ждёт окончательного решения
или окончания этого акта пьесы.
И откуда-то эта музыка в темноте.


Мужики и бабы

взрослые пожилые мужики
мужики и бабы
с их войнами и неуставными артелями
(за одною спиной как будто на всех)
с коротким разговорами и усмешками,
суровые дядьки: облажаешься — уебут,
а бабки ещё и отлают, дай повод;
кто с двадцати пяти лет увидел: живёт в оккупации,
и как-то так жить
(но далеко не все, другой и гордился! —
хотя чем там гордиться)
— но обросли скотинкой, по субботам топили бани («баньки») назло врагам,
читали газеты с этим теперь не встречаемым любопытством
туземцев к жизни других туземцев,
они
в неудобных, наспех составленных пригородных деревнях,
через которые ты проезжаешь в маршрутке, чтоб встать на лыжи,
вообрази их себе, позади их домов, рядами
уходящих: то ли в Сибирь, то ли в леса, то ли в шахту.

Или же зря ты всё детство учился копать картошку?


Из стихов Ильхама Оби

ОДЕЖДЫ

Я бы сам тебе рассказал об одеждах только покрыть ся
от сильных порывов, на малых наэкономив, —
да не могу уже: лучшие
всё сделали.
Такой у них был Благовест.
Известие помнишь: схимник, вставая к расстрелу (торопили!),
говорил, обернувшись к сокамерникам (во тьме-за-спиной):
покровы мои разделите по немощам вашим, кому холоднее — берите больший.
Там покровы-то! Надо быть каббалистом, чтоб их исчислить:
на каждую нитку — по ноте или по звуку,
выйдет бедный аккорд, трёхзвучный, не то двухзвучный.
Вот и аккорд! — им звучал мемлевийский суфий
на холодной улице города Ашгабата, когда его не могли уловить
увести — он звучал, вытекая из пальцев стражи. Давно, в сороковом году.
Теперь, когда я надеваю свои покровы для стылых улиц,
он надо мной смеётся: тому, говорит, не веришь,
кто и меня обогрел, и тебя согреет,
слабак, говорит. Как ты тогда это делал, спрашиваю,
с теми красноармейцами? Он говорит мне (врёт?): если ты обойдёшься
обойтись волосом или ниткой,
они в своих варежках до тебя не дотянутся.
Он смеётся, а я-то боюсь зимы.

ОДЕЖДЫ 2

Стыдно иметь вторую шапку.
Нельзя не иметь мне вторую шапку.
Стыдно иметь лишнее время.
Всегда украденное у жертв.

Попробуй забыть об этом! Теперь, зимой:
костёр-ледопад,
там его назвал один поэт-сумасшедший.
Зимой костёр-ледопад, зимой и огни не жгут,
ими же льды кипят, меня в себя тихо ждут.
Попробуй забыть об этой! Сними всё своё, оставь,
в степи тебе неуют, а как тем, кто покрыт ничем?
Прямо себя направь
говорю себя я: направь
туда, где сходится снег как овраг или как хребты,
и выйди! Но нет, нет, нет, нет, нет,
«Нет», говорит мне ветер,
«Нет», говорит лёд,
это не тебе, говорю я,
ты — не из тех,
одевайся,
иди,
тебя
ждут,
успеешь ещё обледенеть, обезуметь, замёрзнуть.


Ненависть отворачивается

Ночью, в два двадцать пять, в самый тёмный час
проводами проходит ненависть в твой дом.
Посмотри, говорит она, в лица этих людей,
посмотри, как они одеты и как сидят,
посмотри, послушай, она говорит, как они говорят про всех нас,
почему ты ещё позволяешь себе заниматься чем-то ещё?
Ты партизан.
Да, отвечаешь,
и всматриваешься внимательнее
в глаза одного из них, стоящего на возвышении
в самых ярких одеждах, — или что у него вместо глаз там, —
и видишь в глазах его ад. Дело в том, что все адские сковородки,
табуретки, подхваты и кочерги, вместе с печными ежами, мучными червями
и всем остальным, утрамбованным в плотной кухне, —
и все грешники, употребляемые на тех сковородах,
возгоняемые в этих тиглях,
протыкаемые ежовыми иглами,
и весь чумовой персонал печей и угольных жерл —
всё это
в нём,
между гортанью и —
и позвоночником.
Ад! Потому он и говорит так горько и томно. Ад!
Увидев его на миг, пусть на миг, увидев,
увидев, что там творится внутри его немолодого тела,
Ад! ощутив, как эти топки стреляют в его гипофиз,
и Ад! отдаются в каждом скрипе его души — увидев —
Так вот,
почему ты себе позволяешь
заниматься чем бы то ни было, но никогда не молиться за этого человека?
Ненависть отворачивается, оставляя тебя в неумелых слезах.


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Киев

Кафептах
ул. Васильковская, д.1, 3-й этаж, в помещении Арт-пространства «Пливка»

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service