Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Кабы не холод. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Метафизика пыльных дней. Стихи
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2013, №1-2 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Автор номера
Предать родную речь

Данила Давыдов

* * *

ты понимаешь чувства дрессировщика на арене?
примерно так и я на литературной сцене.
меня осуждают за слишком ровный пыл.
простите, но я таков, каким всегда и был.

мне кажется: каждая тварь в зоопарке
имеет право на правильный уход
а тех, кому нужно ставить мозговые припарки
в этом случае — мы, а? — не принимаем в счёт

сплошная экология. чистая демократия
мы сохраняем для вечности мудаков
а тот, кто сказал: всем брат и я
— таки он был таков

не знаю, нужно ль писать эту строфу
может, для тех, кто видел, как мышь пожирает кошка
немножко изменим падеж — и вот готов-
ы — рецепт, санитары, успокоительное, неотложка


* * *

в хорошей немочной стране
не до́лжно места быть весне
иначе заинтересуются
и жизнь окажется нас вне

в снегах воде и ледяном
которые давно кругом
законы термодинамики
враз исполняют: р-раз! кругом!

в классическом болезном сне
в моей страдательной стране
вполне непедагогично то
что нравится тебе и мне


* * *

я воспитан на этих финалах
где добро побеждает зло
вот теперь хоть в каких-то малых
ожидаю, чтобы дошло

но вокруг происходит нечто
непростительное и не-
позволительное, но безбрежно
удивленье моей стране

в ней, казалось бы, шуры-муры
трали-вали, авось-небось
но в пространстве архитектуры
гуманоидной — вот, зажглось

и горит, и сияет с нами
и не хочет угаснуть, нет
я готов поделиться правами
с тем, кто этот загасит свет


* * *

сомнительно предполагать
что рифма будет «вашу мать» —
но нет, она! как им то сложно
изыскивать в своей душе
то что уж на карандаше
на кончике его — — ну то, что
должно бы плавиться в душе
а вот не плавится. конечно,
мы так ничтожны и глупы
что не смогём познать толпы
надежды на тотальный выкрик
но ничего, я без того
сижу в норе, но знаю — о!
я бесподобный и великий

Певец завершает арию, сзади появляются двое дюжих молодцев в костюмах бобров среднеевропейских, надевают наручники, тащат в хатку. Конец перваго действа.


* * *

я хочу быть брутальным мерзавцем,
чтоб меня не ебал никакой
и ни путиным и ни зайцем
и ни прочей другой рукой

а когда тут приходят товарищи
говорят вот пожарище
а в душе раздаётся энергия
на хуя мне блять польша-венгрия

и внезапно хотится всё
я скажу им какое кошмарище
я скажу им какое чудовище
пребывает со мной


* * *

несётся средь полей, кровавый
в одежде всякой и плаще
овеянный незнамой славой
красивый очень, но вотще

его победа над обамой
над всем, кто знает Че и Ще
он умер уж, давно уж там он
но мы находим смысл в борще

и в ендове, и в лапте нежном —
каким же мог он стать безбрежным
таким родительским, каким

не представляли папа с мамой
сидящие перед рекламой
растождествившиеся с ним


* * *

щас поздний час и я болею
я вот придумал я идею
идея всех должна устроить
ну ладно если что андроид —

но то что вы привыкли но
такой торжественный железной
расскажет правде бесполезной
о том что, вот и о


* * *

милость слава и величье
совместимы мало
приходи ко мне-ко нынче
прям под одеяло

хочешь грохот хочешь мрак
пусть теперь везде вот так
у меня чаёк-хуёк
и всегда на огонёк

вот такой же я как ты
и просты мои черты
я хочу лишь одного
. . . . . . . . . . . . . . . . . .


* * *

у нас тут холодно и пыльно
но грязи вроде не того
червей на кухне необильно
и в общем мило и светло

но вот взлетит десятикрыльно
какое-то недоброво
и скажет: я культура! — вы, бля!,
на теле нашенском тавро

почто вы жрёте смысл обильный
почто мой смысл тысячемильный
вы превращаете в утиль?

отвечу я ему: злословья
не потерплю — залог здоровья
лишь тот, кто погрузился в пыль!


* * *

я с ним трахалась бухала
очень мало отдыхала
он теперь смотри какой
я же знаю просто свой

глупый пьяный беззащитный
и зачем его стихи
я простила все грехи
он почти уж необидный
я его вдова хи-хи

мне понятны излиянья
он свинья грязнуля он
я не жажду воздаянья
всё-таки он был влюблён

а тому кто лезет в нашу
незалежную постель
прямо рожу я расквашу
прямо в жопу отъебашу
средь отеческих земель


* * *

               Яну Никитину III

Вот он выходит, нелепый, длинный,
Как бы хотелось, чтоб вышел он,
Но вот вместо страшный, глинный,
Он говорит: я заменён.

И я заменён, видать
Мне правду в рот заткнули
И пляшут: трали-вали, ули-и
Здесь стоят
И пляшут вот опять


* * *

а вот вам эта совесть
с чего бы то сдалось
такая хотит кривенькая
и требует авось

когда вдруг попада́ют
какие мужыки
она садится на бордюр
и говорит: поребрик

и все ея целуют
в пизду иль губы там
а я вот преподаю
я вот теперь доцент

но иногда случается
особо поутру
она опять встречается
и это не сотру

а если б стали и б — чего
она б опять пришла
но в этот раз всего две пачки
и поллитра бухла


* * *

            Андрею Чемоданову

понял вот это может
шевелить и сразу рук
шесть ли восемь это сложно
но присутствует худрук

он заставит измениться
позвоночник свой забыть
не важны чужие лица
важно как сложилась плоть

а вот так она сложилась
неожиданно
что ж мне песня эта ввилась
айда в кино


* * *

я нахожусь в почётной ссылке
фейсбука и вконтактрассылки
хоть рифма тут и корнева́
однако жизынь такова

здесь связи образуют сразу
тотальной завязи проект
но я её её заразу
зараз как собственный концепт


* * *

но если б это было правдой
мы вместе бы пошли туда
где пребывает этот, родный
единственный, и никогда
никто не требовал б отдачи
но нет того. и это значит
что мы идём своим путём
зачем, не скажем мы о том


* * *

она прекрасная такая
на письма мне не отвечать
пускай судьба над мною злая
и проча чорная печать

но я давно спросить имею
всех тех которые когда
мне не перекусили шею
воскликивали: о да!

я вас спросить хотел бы бляди
чего ж вы делали всё то
что вот теперь ошибки ради
становится как шапито

но мы метафору отринем
вопрос серьёзен: хули бля
пусть мир безвиден и пустынен
что же — как крысы с корабля?

всё это юмор и сатира
пора бы занавес, но нет
мир как и был вполне пустынен
и некому продать билет


* * *

уже стишок не выдай в ленту —
а вот уже и набегли
они кричат: аля-лю-ли!
поможем срочно конфиденту!

он сам дрожит, он хочет энту
писанию убрать отсель
но нет! средь пажитных земель
найдётся место рецензенту!

тот скажет: это вот оно
но вот оно не так умно
как нас учили в третьем классе

читатель рифмы: «пидорасе»
уж ждёт, но ждать ему вольно́
меж нами всякое умно


* * *

ты, брат, лгбт, а я бдсм
и с этим вроде бы понятно
но что нам делать с этим всем
покудова нельзя обратно

в утробу матери сырой
что восседает под горой
высчитывает числа
изыскивает смысла


* * *

возит товарищ по́ морю
чорное какое золото
не знаю по какому номеру
набрать его, вот оно

а в порт например прибудет
сам позвонит поутру
разбудит скажет: здравствуй,
я не умру?

и что теперь ответить,
я ведь уже настучал,
сказать: приветик,
обратись к врачам


Памяти Сергея Михалкова

набираю в яндексе
а мог бы и в гугле́
как же люди радуются
как славно на Земле

интересные обычаи
готовы отменить
и теперь прилично
поумерить прыть

всё стало нормально
а будет лучше
это не формально
а для благополучия

всё будет точно хорошо
а если кто не за
то я такой добрый
не чекисты, а слеза


* * *

и вышел, и сказал: довольно
сказал, заметим, добровольно
вот тихий, смирный и смешной —
покончил он с собой

покончил с вынужденным сленгом
который был для всех един
он был, представим так, билингвом
но есть единый господин

не бог и не господь отнюдь
— тот не улавливает суть
сидит в абстракции и мы
в плену заведомой тюрьмы

но парень кончился. однако
не будем это вспоминать
ведь всякое всегда двояко
на остальное — наплевать


* * *

счастье, знаешь, запретить
то, чего не может быть
и тогда уже, наверно
всё, что сможешь приложить:

жизнь свою и жизнь друзей
отдавай-ка, не глазей
на комиссию: проверим
ты тут главно не борзей

тот же кто таит дела
станет ровно как тела
что применены по надобности
вот и все дела


* * *

рыть пожалуй некуда
говорят одни
здесь лишь глина да вода
говорят они

а другие говорят
роем всё подряд
вот ведь камень, значит клад
другие говорят

третьи морщатся недужно
говорить натужно
ветер веет так не южно
что ничего не слышно

а четвёртые тайком
тоненьким бережком
несут найденное куда надо
но притом пешком

у меня на мир на этот
аллергия, потому
я испытываю метод
неизвестный никому

их всех я воображаю
ни за что не уважаю
ходят персонажи
один другого гаже

мне кажется что мир всех этих
пройти и даже не заметить
возможно — но как существа
они достойны волшебства

так вот оно вам, вот они
несуществующие стали
пустой фантазии детали
потухшие тотчас огни


* * *

чтоб как алиса селезнёва
любить всё что не человек
чтоб дома стало так кондово
как ты не выдумаешь ввек
чтоб соль опять подорожала
и чтобы значимость кинжала
была равна тебе чувак
ну что — здесь что-нибудь не так?

ты отвечаешь: розы тусклы
мир незаметен и слезлив
ты хочешь мир которой узнан
тогда иди в кооператив
иди в вонючие лабазы
не хочешь отдаваться сразу?
тогда сиди, себя неволь
дрочи и плачь тогда, яволь?

я говорю: мне казахстана
пустые степи не важны
и даже про страданья свана
я не прочту — ну чёрт возьми
мне наплевать на этот тихий
интеллигентский разговор
пускай тут у меня пиррихий
но он не оскверняет спор

а ты: чудовище сугробно
сумел с собой отождествить
пускай мерзавец ты подробно
но всё ж утрачиваешь нить
в тебе живёт живая жаба
она завистлива и вот
и из-под тени небоскрёба
почёсываешь живот

и вот мы ходит рядом, вместе
два «я», которые ничто
не образуют в палимпсесте
где повествуется про то
как безоружный и безликий
себя отдал другим богам
но он остался слышу крики
парам-парам-пармам-парам


Умке

он придумал это чтобы
было что-нибудь зачем
но случились разговоры —
разных там касались тем
может истину искали
ждали чтоб не во грехе
но внезапно перестали
и последнее: хе-хе


* * *

про зло, царящее в мире,
знают все, чего говорить.
все хотят не какого-нибудь или-или
а так, отдохнуть

повторение очевидных вещей
остаётся единственно запретным жестом
что же, надо пожертвовать местом,
доцент кислых щей

доцент узких шей
за которые взять легко
доцент облаков
унёсшихся далеко


* * *

пэдээфе́ц открывался
медленно у меня
в то же время приближался
хрустальными крыльями звеня
некий ангел непонятный
неизвестно значит чо
не пойду я на попятный
хоть и сел он на плечо


* * *

так интересно что друзья подумали
так хочется засунуть свой
но вот они таки все умерли
а ты стоишь едва-едва живой

и может метафизикой покажется
желание любовь сберечь
но думаю немногие обяжутся
ебать друзей предать родную речь


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Киев

Кафептах
ул. Васильковская, д.1, 3-й этаж, в помещении Арт-пространства «Пливка»

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service