Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Кабы не холод. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2010, №4 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Стихи
Покуда идёт фильянчик

Евгения Риц

* * *

Ребёнок не верит, что снег — вода.
Город вязнет в своём меху.
Время без радости, но да-
Же оно, бывает, блеснёт, как я не могу.
Как я ни моргну, всё смеженье, снеженье,
Падает и искрит.
Где-то сидят сидельцы, за них не встаёт народ.
Всё, что вдыхается, то иприт,
Выдыхается — кислород.
Жизнь страны надломилась, и правый, и левый край
Нависают складками на лице.
Жизнь твоя всё равно дороже, ведь сколько ни умирай,
Всё равно ты умрёшь в конце.
Но бумага с бумагой сложится, как кисет:
Фронтовой треугольник, расшитые провода.
Рыба бьётся об лёд, но идёт на свет
И не верит, что свет — вода.


* * *

Речь становится
Холодней на бегу
От остановки к остановке,
Парообразная на сгибе губ
И кристаллическая свыше.
«Л горловое» глотается,
Само себя не слышит,
И я его услышать не могу.
Так логопед иной
Поставит речь и так её поправит,
Что вот она стоит
Прямая, и кавычки
Болтаются, как сумки, по бокам.
Несовершенный вид
Её и дикие привычки
Уже не так существенны,
Как бы хотелось нам.


* * *

Вот стена податлива, как пластилин,
Надави, и ты сдвинешь её плечом,
Этот пол кто под ноги постелил,
Верно, и не думал ни о чём таком.
Задохнись этой мятой
Скомканной простынёй,
Это тоже бельё, значит, тоже исподний стыд.
День девятый
Переходит в десятый, потряхивая мотнёй
Там, где солнце над ним стоит.
Там, где ёлки стоят у больничных стен,
Пациент не выглянет из окна.
Поправляешь ошибку, поскольку она постель
Для другого сна.


* * *

У него в каждом порту
Причал,
Он — большой корабль,
И духовые выходят его встречать.
Ветка качается, как ди-
Види.
Это её печаль.
У него на каждом горбу мечеть,
За каждой партой мычит пророк,
В с-
Портзалах мальчики и мячи
Летают наискосок.
Мы раньше были по всей воде,
А теперь отбываем в
Срок,
Но покуда идёт фильянчик,
Покуда грузно парит баржа,
Не стой у карты, не поводи
Плечом,
Не надо нас
Так держать.


* * *

Считывать одёжные коды с обеих рук,
Молодёжная кода, вневозрастной испуг.
В Интернете пишут, скоро взойдёт вторая луна,
Но не тут.
Скоро второе солнце со дна зрачка
Скажет первому:
— Ты — мой день.
Улицы вьются, как основа вокруг утка,
То есть параллель накладывается на параллель.
То есть пароль введён:
Три слепошарых точки, три глухонемых тире,
Три слепошарых точки скоро второе сердце первому простучит.
Это легче выучить, чем стереть,
Выдать — чем получить.


* * *

В дымном облаке пожара
Не столь отдалённого огня
Какая-то жизнь бежала
Одновременно впереди и позади меня.
И так прекрасна была земля
В дымной, её снедающей лихорадке,
Что верилось, у неё отныне свои порядки,
Своё право руля.
Люди обвиняли правительство в чересчур хорошей погоде,
И не исключено, что в этом была какая-то правота.
Птица-пепел, самовозродившаяся в этом незапланированном перелёте,
Садилась на провода.
В воздухе, за дымом невидимом и красивом,
Вся природа, живая, как расплавленная пластмасса,
Набиралась петитом или курсивом,
Что огонь подбирается к шестнадцатому арзамасу.
Но и это останется только памятью,
Будучи выжжено знаками вроде бы крепкими, как стальные,
Уже послезавтра окажется четырьмя-пятью
Днями, казалось бы, более яркими, а на деле просто более дымными, чем остальные.


* * *

Оттого, что вакация оказалась вечной
И вода, испаряясь, стоит столбом,
Солнце оказывается не самой удачной вещью
В ворохе белом и голубом.
Снятое молоко сентября и марта
В данном случае равноудалено.
Это та же школа, не та же парта,
Третий ряд, развешенное окно.
И покуда плоть моя учит плавать
Воду меж крепко стоящих ног,
Глупо спрашивать, по какому праву
И государству звонит звонок.
Как стоит вода под палящим солнцем?
Медленно выгорает озёрный край,
А она такая стоит и смеётся,
Вся абсолютно белая, как экран.


* * *

И вот она уходит, волга лета.
Чорная волга, как говорили в советские времена.
Она есть траурная лента
И бахрома.

И вот она проходит сквозь окно
Стекла, пока не ледяного,
Но позже не пройдёт сквозь лёд,
Застенчивая, как ребёнок, но
Знающая наперёд
Зеркально-перевёрнутое слово:

Ау, ревёт, а у воды есть тоже авторское право,
Она не правит никогда,
Всё пишет начисто,
На то она вода
И лава.

И вот она отходит, душная река,
Внезапная, как Бог с тобою,
Глядят ошеломлённые войска —
Чермная волга расступается под стопою.


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service