Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Поэты Донецка
Кабы не холод. Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2010, №3 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Стихи
Четыре оперы

Мария Степанова

ЧЕТЫРЕ ОПЕРЫ

1. Кармен

В отделении нам ещё разрешают курить,
Понимают: работа такая, надо курить,
Одного на ходу догоняют: эй, командир,
Второй от стола поднимает глаза на дверь,
Второй от суда поднимает глаза на крюк,
Там лампа туда-сюда, Светлана, что я скажу,
Когда сотрясётся земля, и почва разинет рот,
И арестованные заколотят в стенку?

Третий встаёт, у него заслуги, и всё при нём,
Но позвали, и он идёт.
«Жди меня на рассвете», — он говорит товарищам,
Будто он и они — это он и кто-то другой,
Кто один, как Иов, и ждёт его, словно бури.

Что за синий знак на руке у него, сестра?
Это сильный знак на руке у него, подруга.

Там написано как-то так: любимый,
Мой любимый, ты береги себя, не бери при всех,
Позвони родителям, в среду возьми отгул,
Не возьмёшь — постарайся вести себя хорошо
И зови, если что, зови меня, если что.


2. Аида

Красивая, молчаливая, то есть по-русски едва-едва,
Мне нравится её окружение, пряники, сахар и вся халва,
Вся и всяческая халва источает хвалу,
Когда она в углу и отвешивает товар.

Пальцы её берут за бока померанцы, за шеи — груз
Зеленоватых, стоптанных, сладко стонущих груш,
Тёмную плоть баклажана она погружает в белую
Плоть хрустящего пластика; и рождается ценник.
А хурма ей — как мать, и она на неё не глядит
И стыдится своей публичной профессии.

Я задаю ей вопрос, и она не даёт ответа.
Я захожу как вор, и она не удержит вора.
Слабая её, её дешёвая рабочая сила
Вся собралась в руках и не вынесет разговора.

Её и общий отец сойдёт на ны, как лавина,
Едва она окажется не невинна.
Её и общий отец, старший вожатый,
Главный врач нагорной пустой больницы,
Где чьи-то рёбра, как ложесна, разжаты
И страх разводит сплюснутые ресницы.

Её и общий отец, он грядёт за дочью,
По тёмной трассе тянется днём и ночью,
Как полоса тумана у стен вагона.
Когда его армии проберутся в город
И станут у Красной площади костью в горле
И скорым пойдут по путям, утоляя голод,
Снимая тулупчики у самокатной голи,

Мы будем их дожидаться на дне кургана,
Где менеджер Юля сегодня её ругала.


3. Фиделио

Заседание начинается, всё шуршит,
Свидетелей выводят и вводят новых,
Второпях выносится приговор,
Обвиняемый превращается в осуждённого.

Приговор приводится в исполнение,
Обычно при этом врач и начальник тюрьмы.
Родственников сюда не пускают.
Журналистов тоже сюда не пускают.
Сюда запускают осуждённых, по одному,
Фиксируют плечи, щиколотки и запястья,
Дают покурить в последний,
Дают укол, дают переменный ток,
Осуждённый превращается в медведя.

Родственники их обычно не забирают,
Хотя я знаю один исключительный случай:
Держат на даче, с охраной, там лес до краёв.
Невостребованные расходятся по зоопаркам,
Цирковым коллективам, частным живым уголкам:
Неагрессивны, хорошо обучаются,
Ходят на задних, «мама» порой говорят.

(Женщину, переодетую в шкуру охранника,
вежливо усаживают в воронок.)


4. Ифигения в Авлиде

Действие продолжается у воды,
Война не на жизнь, траншеи, мечи, кирасы,
Левый берег войны занимают жиды,
На правом стеной стоят пидорасы.

Эта битва идёт пешком, никогда не кончится,
Перемолет и зажуёт пятьсот поколений,
Настоит на своём, как ядерная зима,
Потому что с небес их атакует конница,
А из-под земли наступает тьма,
Уязвляя пяту и врозь разводя колени.

Каждый из нас стоит на том или этом.
Каждый из нас не сразу сложил оружие.
Каждый из нас, покуда ещё живые,
Смотрит туда, где советуются хорунжие,
Свищут и перекликаются ездовые,
Где поневоле делаешься поэтом.

Возьмите меня в жиды или пидорасы,
Я мечтаю об этом с третьего класса:
Стать за вас оленем или бараном,
Жертвенной тёлкой или толстою тёткой,
Девственницей, явленною в кустах!

Я с мечом в груди пою и не умираю
На войне, ведущейся на подступах к раю.


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Киев

Кафептах
ул. Васильковская, д.1, 3-й этаж, в помещении Арт-пространства «Пливка»

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service