Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Кабы не холод. Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2010, №1 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Стихи
Пятнышки света

Евгений Никитин
* * *

Пока люблю человека - не понимаю, за что.
Проходит. Время тоже проходит.
Иду по старым следам. Кто-то не изменился,
как пиратский фрегат в стеклянном футляре.
Кто-то стал похож на портрет: замершее лицо,
вросшее в холст, суровое, тонко схваченное
кистью старинного мастера. Кто-то умер.
Но зато теперь понимаю, за что любил их.
Вот эта девушка, её скулы, копна волос -
словно чёрный огонь, пожирающий моё тело, -
вот за что я любил. А страшного старика
за то, как он дирижирует и щёлкает пальцами,
читая стихи. А чужого ребёнка - за неуклюжую
походку медвежонка. Всё осталось по-прежнему.
Не хочу знать, за что я люблю тебя.
За что я люблю тебя?


* * *

Пятнышки света на скулах, морщинки, впадинки. Кто
их целовал, всё о тебе узнавая?
С этой светящейся сетки, как с годовых колец,
может быть полностью считана история человека.
Там был отец, опущенный в музыку, словно рыба.
Старая бабка-пузырь (утешай, поглаживай
проволочные волосы). Рыжий мальчик, вы вместе,
крадучись, пробираетесь во двор, где живёт кудрявый
цыган, похожий на Пушкина.
Стоит губы отнять -
всё исчезает.


* * *

В твоих чертах уже проявился
чужой человек. Ты носишь его на себе -
еле заметный контур поверх твоего лица.
В уголках глаз, где было (ты помнишь?) моё место,
обосновался он - вот след его поцелуя.
Только я вижу разницу.
Иногда он просыпается, начинает ворочаться,
смотрит по сторонам и тогда - выпадает
из тебя, как из колоды джокер. Становится рядом.
Идёшь, о двух головах.
А я никогда не мог
стать тобою хотя бы наполовину.
Во мне сохранился голод неразделённого существа.
Я касался тебя, ничего не понимая.
Жил то там, то сям. Ютился
между костяшками пальцев, между лопатками,
спал в уголках глаз. Не оставлял следов.


* * *

Когда я был маленький,
то сидел во дворе дома на скамейке
и читал книжку.
Ко мне стекались люди.
Они знали: я очень мудр.
Люди садились рядом, завязывали беседу:
"Тяжело без мамы?"
"Тяжело, - отвечал я, -
мама - это сердце,
а человек не может жить без сердца".
"У нас будет завтра?" - спрашивали люди.
"Потерпите, - отвечал я, - скоро
за нами прилетит космический корабль.
Надо верить и ждать".


* * *

Когда окончательно смыкаются створки,
электричка вгрызается в звуковой барьер.
Мальчик Петя читает какую-то дрянь.
Девушка Оля размазывает цветные слёзы.
Солдат массирует аккордеон.
Бомж сообщает машинисту о фактах задымления.
Безымянная старушка, похожая на розовое яйцо,
смотрит, как пассажиры растворяются в воздухе.
Её молодая кожа
украдена у бабы Гитли.
Была она крохотной вредной бабкой,
на скамеечке сиживала во дворе.
«Баба Гитлер!» - кричали мы.
Никогда не подходили близко.


UNA FANTASIA PARA YURI PAVLOV-RUSSIAEV I MARCO SHATUNOVSKY

            Пятно луны - как жёлтый зад китайца
            с разрушенного штормом Черкизона
            (такой существовал хрустальный город.
            Теперь, когда идёт по небосводу
            листва, обутая по локоть в кирзачи,
            он мхом оброс и сорною травою,
            но тень его ещё висит над головою).

Люди вырубили в озоновой дыре
весёлый дом. Прочно
обосновались там. Только один старик
всё говорил:

«Я тут как собака.
Как собака в прозрачной,
подвешенной к небу конуре.
Со всех сторон
меня простреливает невыносимый
свет, а Те, Кто Внизу, способны
увидеть сквозь подзорные трубы
мои срамные места».

Так говорил старик. Однажды
он свил верёвку и улизнул. Говорят,
он живёт посреди аравийской пустыни,
медитирует и скупает валенки
у проезжающих мимо
советских солдат.
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Киев

Кафептах
ул. Васильковская, д.1, 3-й этаж, в помещении Арт-пространства «Пливка»

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service