Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Кабы не холод. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2008, №2 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Проекты и манифесты
Новый и краткий способ к сложению российских стихов

Алексей Верницкий

Введение

        Название этой статьи не напрасно заимствовано у знаменитого трактата Тредиаковского, который три века назад перевернул русское стихосложение. В моей статье я тоже описываю некое новое начинание в русском стихосложении.

        Коротко и в шутку можно сформулировать моё предложение так: Тредиаковский открыл, что можно писать стихи хореем, — а я предлагаю, как это ни покажется удивительно читателю, писать стихи ямбом. В самом деле, ямб превосходно зарекомендовал себя в русской поэзии последних двух-трёх веков, и каждые несколько месяцев поэты и критики говорят в прессе о том, что им было бы жалко, если бы русская поэзия перестала пользоваться размерами (ямбом в первую очередь) и рифмой. Тот способ сложения стихов, который я предлагаю в этой статье, превосходно согласуется с этими консервативными настроениями. С другой стороны, читатель увидит, что этот способ открывает новые возможности и глубины и в размере, и в рифме.

        Итак, я предлагаю писать стихи ямбом. В конце статьи я привожу, в качестве примера, четыре моих стихотворения 1, написанных обычным четырёхстопным ямбом с перекрёстной рифмовкой и с чередованием женских и мужских рифм, как в огромном количестве стихов в русской поэзии («Река времён в своём стремленьи...», «О, как убийственно мы любим...», «Шаланды, полные кефали...», и т.д.). Однако при этом я ввожу одно новшество, которое делает этот ямб не вполне обычным. А именно, это не силлабо-тонический ямб, а силлабический ямб. В чём заключается разница? Дело в том, что в силлабо-тонических стихах слова согласуются с размером в числе слогов и в расположении ударений, тогда как в силлабических стихах (ориентированных на определённый размер) слова согласуются с размером в числе слогов, но не обязательно в расположении ударений. Необходимо отметить, что в русской поэзии был достаточно долгий период господства силлабики (в XVII и XVIII веках) — только тогда она была ориентирована не на ямб (как предлагаю делать я), а на хорей. Филологи до сих пор спорят о том, что происходило в русской силлабике при конфликте расположения ударений в словах и в размере: сдвигалось ли ударение в словах или в размере? Например, в хорошо известной песне на слова раннего Василия Тредиаковского:

        По́ют птички со синички,
        Хво́стом машут и лисички, — 

        действительно ли ударение в «по́ют» и «хво́стом» сдвигалось на первый слог, чтобы получился полноценный хорей, или читатели предпочитали разрушить размер ради сохранения привычного ударения в словах? Мы не знаем точный ответ на этот вопрос; вероятно, происходило в некоторой степени и то, и другое. Однако для современной поэзии ответ очевиден: наш слух, привычный к стихам с размером, не перенесёт силлабических стихов, читаемых без размера. Поэтому если мы хотим писать и читать силлабические стихи, нам следует при их чтении в тех местах, где возникает конфликт между ударениями в словах и в размере, сдвигать ударения в словах, согласуясь с ударениями размера.

Преимущества

        Я хочу обсудить несколько заметных преимуществ, которые силлабика, ориентированная на ямб, могла бы иметь в современной поэзии по сравнению с силлабо-тоническим ямбом.

        1. Значительно, словно по волшебству, расширяется область применимости ямба. Например, такие фрагменты речи, как «доказательство теоремы» или «где имение, а где вода» не влезают не только в ямб, но вообще ни в какой стихотворный размер. Между тем в стихотворениях 4 и 3 они непостижимым образом гармонично укладываются в строки четырёхстопного ямба:

        Доказате́льство теоремы,

        Где имени́е, а где во́да.

        При таких неожиданно расширившихся возможностях стихов с размером у поэтов снизится потребность отказываться от размера и продавать душу демону верлибра, и я уверен, что все консервативно настроенные поэты и критики с энтузиазмом отнесутся к силлабике, ориентированной на ямб.

        2. Размер получает новые возможности для взаимодействия с содержанием. А именно, читатель неизбежно замечает те места в стихотворении, где происходит сдвиг ударения в словах; таким образом, эти места оказываются выделенными, как если бы они были подчёркнуты или напечатаны красным цветом. Это дополнительный приём, который позволяет поэту выражать свои идеи и который отсутствует в силлабо-тонических стихах. Например, в стихотворении 2 ударение сдвинуто в трёх прилагательных подряд:

        На разбиты́е мраморны́е
        Гляжу солне́чные часы,

        — чтобы через «сломанность» ударений дополнительно подчеркнуть, что часы сломаны.

        3. С помощью сдвига ударений в словах поэт может создавать созвучия там, где их не было (или, точнее, где они не бросались в глаза), и это тоже новый приём выражения идей, который отсутствует в силлабо-тонических стихах. Например, в стихотворении 3 упоминаются две популярные певицы Суханкина и Гулькина. Они связаны друг с другом долгим и сложным творческим путём, и чтобы подчеркнуть это, их фамилии зарифмованы друг с другом:

        И Суханки́ной от Гульки́ной
        Ты сам не должен отличать 2.

        Может использоваться и обратный приём: с помощью сдвига ударений в словах поэт может отказаться от существующих созвучий, если они ему не нужны или если он хочет показать, что они здесь неуместны. Так, в стихотворении 1 разваливаются в разные стороны, получая разное ударение, камни в строке

        Не о́ставь камня на камне́.

        4. Поговорим ещё о рифме. Когда русская поэзия переходила от силлабики к силлабо-тонике, это «окостенение» шло постепенно от конца стиха к началу: поэты упорядочивали ударения в словах в конце строки, однако терпимо относились к положению ударений в словах в начале строки (ср. выше пример из Тредиаковского). Соответственно, при обратном переходе к силлабике наибольший эффект производится сдвигом ударений в словах в концах строк. Дело в том, что сдвиги ударения в словах в конце строки позволяют поэту найти новые яркие рифмы, которые либо подчёркивают важную для стихотворения идею (например, надежды́ — природы́ в стихотворении 2, ди́ка — математи́ка в стихотворении 4), либо освежают стихотворную речь за счёт того, что находится созвучие для бедного рифмами слова (например, мраморны́е — четырёхмерны́е в стихотворении 2). Это не полностью новый приём, поскольку в русской поэзии известна разноударная рифма; однако в силлабических стихах, ориентированных на определённый размер, такие рифмы получают совершенно новое качество, поскольку перестают быть разноударными.

        5. К сожалению, традиционно в русской поэзии существует железный занавес между силлабикой и силлабо-тоникой. Например, в XVIII веке видные силлабические поэты с трудом учились писать силлабо-тоникой. С другой стороны, знаменитые «силлабические» опыты таких поэтов XX века, как Олег Охапкин («К душе своей») и Иосиф Бродский («К стихам», «Подражание сатирам, сочинённым Кантемиром»), удивительно слабы с силлабической точки зрения 3. Предлагаемое мной чтение силлабических стихов на определённый размер впервые даст современным поэтам, воспитанным на силлабо-тонике, возможность использовать также и силлабику.

        Кроме того, и может быть, даже более важно, чтение силлабических стихов на определённый размер позволит читателям, привычным к силлабо-тонике, читать силлабические стихи не как прозу, а как стихи — непосредственно слыша их ритм, а не высчитывая его на пальцах или на бумажке. Это касается не только новейших силлабических опытов, но и классической силлабики. Если так для читателя снова обретут голос, казалось бы, навек умолкшие поэты от Симеона Полоцкого до Антиоха Кантемира, я буду очень рад. Поэтому мне хотелось бы закончить статью знаменитыми строками из «Письма к стихам своим» Кантемира, напомнив читателю, что их следует читать как хорей. Как только читатель справится с неожиданной для того периода опоясывающей рифмовкой и с отсутствием звука, обозначаемого буквой «ё», в слове «веселых», он немедленно заметит, что эти стихи читаются на удивление легко.

        Скучен вам, стихи мои,
                        ящик, десять целых
        Где вы лет тоскуете́
                        в те́ни за ключами!
        Жадно воли просите́,
                        льстите се́бе сами,
        Что приме́т весе́ло вас
                        всяк, гостей веселых.

Приложение: примеры

        Я привожу в качестве примера несколько моих стихотворений, написанных так, как описано в статье. Все эти стихи следует читать как четырёхстопный ямб; это не трудно, однако если вначале это покажется читателю несколько непривычным, для удобства читателя я расставил ударения в тех словах, где ударение должно сдвинуться.

1
        (Исаия 40:3-4)

        Дорогу Богу устрояйте,
        Как описы́вает Тора́:
        Стройте́ мосты, асфальт ровняйте,
        А если встретится гора —

        Экскавато́р! Где тво́е жало? —
        Не о́ставь камня на камне́,
        Чтобы́ ничто не задержало
        Христа, спешащего ко мне.

2

        На разбиты́е мраморны́е
        Гляжу солне́чные часы,
        И чувства четырёхмерны́е
        Приподнимают мне власы.

        Причин и следствий бурно море
        Так топит наши надежды́,
        И сам жертво́й я стану вскоре
        Прожорливости природы́.

3

        Все предпочтенья станут ви́ной.
        За них придётся отвечать.
        И Суханки́ной от Гульки́ной
        Ты сам не должен отличать.

        Лишь забывая год от года,
        Кто носит нимб, а кто — рога,
        Где имени́е, а где во́да,
        Ты превращаешься в бога́.

4

        Доказате́льство теоремы
        Подобно сплаву по реке,
        По пене логики, и леммы —
        Словно́ пороги в потоке́.

        Река, непо́корна и ди́ка,
        Ломает сплавщика весло —
        Так карандаш математи́ка
        Ломает дикое число.

        1 Ниже я буду ссылаться на них по номерам: стихотворение 1, 2, 3 или 4.
        2 В этом фрагменте также играет важную роль изменённая цитата, но мы не говорим об этом, поскольку это не новый, а хорошо известный поэтический приём.
        3 Обзор этих и некоторых других экспериментов с силлабикой в современной русской поэзии можно найти в статье Юрия Орлицкого "Новое в стихосложении русской поэзии (1990-2000-е гг.)", "Дети Ра", №1 (39), 2008.


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service