Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Кабы не холод. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2006, №3 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера
Рейтинг профнепригодности от Дмитрия Кузьмина
Дмитрий Кузьмин

Александр Кушнер 

        Александр Кушнер — хороший поэт, но квартирный вопрос его немного испортил. Прежде, в советские времена, когда рамки дозволенного были с игольное ушко и протиснуться сквозь него удавалось из настоящих поэтов буквально считанным единицам (не говорим, естественно, о своре «авторов» советской прикладной поэзии, гнавших одинаковый рифмопродукт, изначально, по ГОСТу, заточенный под прохождение в именно это партийное ушко), — Александр Семёнович чувствовал себя хорошо: конкуренция за внимание мало-мальски вменяемого читателя была пренебрежимо мала. Когда не столь удачливые (или не столь склонные к конформизму) собратья Кушнера после 1987 года тоже получили возможность выхода к читателю — Александр Семёнович начал беспокоиться. Ещё в 1991 году он счёл необходимым опубликовать в «Литературной газете» специальную статью о том, что Айги — это не поэзия. Война Кушнера с верлибром вообще и Геннадием Айги в частности вызывала чувство неловкости, но каким-то образом ещё могла укладываться в рамки профессиональной этики. Однако в дальнейшем Александр Семёнович взял на вооружение другие методы полемики.
        Первой жертвой Кушнера пал в своё время  Владимир Гандельсман. В первом выпуске «Ариона» за 2002 год соседствуют две заметки Кушнера по, что называется, общим вопросам. Одна называется «Новая рифма» и посвящена внутрисловному переносу — который Кушнер ругательски ругает: «сегодня разорванная рифма стала любимым орудием графомана». Сюда же приплюсовывает Кушнер и анжамбман после союза или предлога — дважды цитируя не называемого Гандельсмана, — и резюмирует: «Нет, не Анненский (наши графоманы его не читали), шлюз открыл всё-таки Бродский, это с его лёгкой руки пошло-поехало». Но этим дело не кончается: следующая заметка, «Название для книги», содержит несколько безымянных перечней книжных названий, которые Кушнеру не нравятся, — в таком, примерно, духе: «Как скучны названия поэтических книг советских 40-50-х!... Любопытно, что сегодня, когда авторы получили возможность издавать книги за свой счёт и называть их как угодно, огромное количество названий мало чем отличается от только что перечисленных советских: "Там на Неве дом", "Долгота дня", "Поэзия любви", "Время", "Пространство", "Окно" и т.п. ... И, конечно же, ещё больше — бессмысленных и претенциозных: "Глаз вопиющего", "Жизнь бесподобна", "Ресницы", "Музыкальная пауза", "Всемирная тоска", "Сон рыжего таракана", "Тихое пальто", "Беседа с ушами"...» Трудно сказать, чем названия «Время», «Пространство», «Окно» так уж скучнее названий собственных кушнеровских книг «Голос», «Письмо», «Кустарник», — но это ладно. Куда занятнее, что в списке скучных и претенциозных названий, наряду с не поддающимися опознанию пунктами (впрочем, «Беседа с ушами» — весёлая книжка иронического поэта Владимира Белоброва, а «Ресницы» — сборник Виталия Кальпиди, озаглавленный по ключевому образу всей книги, — но тут, чтобы понять смысл названия, книгу пришлось бы прочитать), аккуратно поименованы три сборника Гандельсмана: "Там на Неве дом", "Долгота дня" и "Тихое пальто". Это, конечно, исключительно честный и плодотворный модус критического высказывания: на двух страницах трижды обложить руганью собрата по перу, не только не удостаивая аргументацией, но даже имени не называя.
        В «Новом литературном обозрении» (№59, 2003) Кушнеру попеняли: «Такая мера нелюбви, не рискующей сказаться в открытую, требует, право, каких-то особых объяснений». И в какой-то момент показалось, что Александр Семёнович опамятовался: «Я пишу о любимых поэтах прошлого. ... Сколько ошибок возникает, когда поэты решаются писать о современниках! ... Вообще по тому, что поэт пишет о чужих стихах, мы лучше узнаём его, нежели тех, о ком он пишет», — признавался Кушнер в интервью «Литературной газете» (2004, №14), поминая образцовую читательскую близорукость Блока и Маяковского.
        После этого заявления статью Кушнера «Заметки на полях стихотворений Батюшкова» (Новый мир, 2006, №9) вроде бы можно было открывать с лёгким сердцем. Однако бес вновь попутал Александра Семёновича: посреди обещанных заметок вдруг обнаруживаются восемь строк из не называемого Алексея Цветкова, сопровождаемые пространным юродствующим комментарием: «Как прочесть такие стихи? Странный вопрос: они и не рассчитаны на чтение. Помилуйте, а на что же они рассчитаны? На заполнение журнальной или книжной страницы стихоподобным текстом. Всё-таки я попробовал их прочесть. С первого раза ничего не получилось. Со второго — тоже. Только с третьего, мысленно расставив знаки препинания, кое-как справился с более или менее тривиальным смыслом, заставив себя не обращать внимания на косноязычие и, по-видимому, привычное хамство», и т.д., и т.п. Далее следуют те же, что и в 1991 году, выпады против авангарда: «Казалось бы, после всего, что преподнёс ХХ век, после всех революций, войн, расстрелов и застенков, тем более "после Освенцима", — возобновление подростковых игр исключено. Бессмыслица в стихах так же неинтересна и однообразна, как клинический бред...» Новый поворот — пожалуй, только один, но зато какой: сетуя на постигшее Батюшкова безумие, Кушнер приводит годы жизни ряда футуристов, доживших до глубокой старости, и пишет с сожалением: «Годы жизни, указанные в скобках, говорят о завидном здоровье многих столпов футуризма», а затем добавляет, для ясности, в стихах (имея в виду Батюшкова с Гёльдерлином): «Две тени видите, застывшие без чувств? / Несокрушимое бы ваше им здоровье!» Полноте, Александр Семёнович, — не Вы ли справляете своё 70-летие в добром здравии?
        Что ж, по тому, что пишет Кушнер о чужих стихах, мы, в полном соответствии с его собственной идеей, куда больше узнали не об этих стихах, а о нём самом. О том, например, что кушнеровское кредо в области поэзии вполне выражается бессмертным фонвизинским «всё то чепуха, чего не знает Митрофанушка». О том, что чужое здоровье, благополучие и известность по-прежнему не дают ему — лауреату Государственной премии, премии имени Чубайса и всего прочего — сна и покоя. О том, что помянутое стихотворение Цветкова («проснуться прежним навеки на этих фото...» — публикации в интернет-журнале «Текстонли», вып.14, 2005, затем в журнале «Знамя», 2006, №1, и в книге «Шекспир отдыхает») — транспонирующее известную тему Ходасевича («неужели вон тот — это я?») из строго выстроенного, логически неизбежного рассуждения в череду отчаянных подозрений и прозрений, цепляющихся за детали и потому, на пересечённой местности частной психологии и мифологии, способных оборачиваться островками утешения и надежды, — это стихотворение представляется Кушнеру тривиальным по смыслу, а завершающее публикацию собственное новое стихотворение, сообщающее читателю, что тени Державина, Батюшкова и Тютчева сопровождают его, Кушнера, в его задумчивом уединении, — свежим и оригинальным. О том, что для честной полемики с открытым забралом, для прямого заявления: считаю-де Алексея Цветкова авангардистом-графоманом, — Александру Семёновичу смелости уже не хватает, а так, исподтишка, без имён и названий («Уверен, что, кроме меня, это стихотворение не прочёл никто. И редактор журнала тоже не читал его — и правильно сделал...» — редактор-то ведь этот — Ольга Ермолаева из «Знамени», Кушнеру там ещё печататься) — это он может...
        И приходится повторить снова: Александр Кушнер — хороший поэт. Но это не индульгенция: хорошим поэтам писать о других поэтах глупости и гнусности тоже не следует. Тем более не следует.
        С юбилеем Вас, Александр Семёнович! Будьте благоразумнее.


  предыдущий материал  .  к содержанию номера

Герои публикации:

Персоналии:

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service