Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
 
 
 
Журналы
TOP 10
Пыль Калиостро
Поэты Донецка
Из книги «Последнее лето Империи». Стихи
Поезд. Стихи
Стихи
Кабы не холод. Стихи
Метафизика пыльных дней. Стихи
Галина Крук. Женщины с просветлёнными лицами
Поэты Самары
ведьмынемы. Из романа


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Воздух

2006, №2 напечатать
  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  
Стихи
Мария Степанова, сборная России *

Мария Степанова

                                                            Нетерпение
                                                            Мяча быть мечом.

У неё подходящий для этого дела рост —
Чтоб заглядывать воздуху в полуоткрытый рот
И совать карамельку (в цветную его резину):
Ослепительный мяч в подставленную корзину,
Приземлив себя на другой конец вертикали,
В ту воронку, куда баюкали-утекали
Поцелуи подошв и грунта, минуты часа,
Урчанье трибун, шлепок каждого паса.

Этот радужный шум её поднимает над
Сантиметрами роста, отмеренными, как клад,
Отведёнными ей в парниках баскетбольной школы,
Где воруют мел, потеют, спускают шкуры,
Где у нового тренера снова «Пежо» и проседь,
Где превысить себя означает себя подбросить
И до старости — десять лет — висеть на орбите,
Открытой любой обиде.

В безвоздушном пространстве всё обретает спрос.
Тянет след за собою, как за кобылой воз.
Рвётся шёлк, убегает суп, и, родясь под кожей,
Расцветает синяк, на всякий другой похожий,
Как любая вещь, кукурузный её початок,
На себя же самой комический отпечаток,
Пятерню на асфальте, босую ступню в суглинке,
Сиротинку-калинку в чужой малинке.

Если выше допрыгнуть, заглядывая за край,
На секунду раздвинется строгий спортивный рай,
Где сидят чемпионы, бритые, как шпионы,
Где под сводом теории звёзды ли, лампионы
Освещают полёт мяча, как научный опыт:
Из любой ли он точки под трибунальный ропот
В ненаглядную ночь слетит головою с плеч,
Сам себе и палач, и меч.

Та и эта корзина качаются, как весы.
Между чашками прыгает стрелка её красы,
Реагируя на, отклоняясь от тварной нормы,
Предписавшей событиям контуры их и формы;
Обращая прыжок в пружину и веру в вектор,
Комментируя физику тел, как заезжий лектор
Водопадом стрелок чертит на карте спорта
Фоторобот её апорта.

Вот собака сырую поноску несёт на суд,
Замечая в припрыжке, что это её несут
Как слепого щенка, небольно держа за шкирку,
Пронося как победу уши и хвост и шкурку
Над разумным пространством вчерашних сторон и линий,
По нательному воздуху двух и трёх поколений.
И когда наконец убеждаешься не-упасть,
Над тобой разнимают пасть.

И тогда ты кричишь. По-английски: зима, зима!
Приближается звук. И на склоны холма, холма,
На немой океан, на квадраты пустынь и веток
Осыпается порох и прах безымянных клеток
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Расщеплённых нездешней жаждой.
С часовым механизмом в каждой.

... У неё подходящий для этого дела вес.
Экивок ли, кивок ли её воздымают вверх,
Как над муромским лесом сварливую бабу в ступе,
И пока стадионы волнует, как гущу в супе,
Нелюбовь пространства держит её промеж:
На кипящей поверхности щей, где бери и ешь.
В освещённой витрине. На выставке женской плоти,
Обучаемой быть в пролёте.

Если выше подняться, доглядывая до дна,
То покажется, что корзина всего одна,
С позолоченной сетью для ловли едва ли рыбной,
У огромного дерева с кроною непотребной,
С неохватной ногою, с замашками баобаба,
С анекдотами про коня и его араба,
С бесконечными сказками про обезьяну-тигра,
Грека, реку и наши игры.

... Упраздняем лево и право, туда, сюда.
Пусть минуты проходят свободные, как суда.
Перестань называть победу и пораженье,
Пусть не знает нога, с неё ли начнут движенье.
Пусть не знает свисток, в какое влетает ухо,
Пусть не знает девица, давно ли она старуха,
Пусть не знает рука, жива ли она, мертва,
Что под нею, мяч, голова?

Там где было команда, читается просто: хор.
Там, где сборник-изборник, является общий сбор,
Полукрылия оперы, спевшиеся на диво,
Ответвления-арии, гроздья речитатива.
Олимпийские склоны! бегущие сквозь ресницы
И в игольные уши грядущие колесницы,
Лапы лавра, лопатки дафны, палестры спарт,
Ода к радости, чистый спорт.

Всё трещит от предвестий и музыкальных фраз.
Пузырящийся квас выдаёт веселящий газ,
И воздушные шарики в ноготь величиною
Безымянной икрой покрывают небо ночное,
Голубиным помётом, тёмным прелестным цветом.
Олимпийский огонь горит и зимой и летом
Над несеверным и неюжным из полюсов:
Полем-зренья, движущим мертвецов.

На прогулку, погудку, побудку — из персти чёрной,
Неизвестный солдат, ударник советской сборной!
Вот могила его нетвёрдая, точно плот,
Но она одна-то его отличала от.
Подымайтесь со мной из земли, как репей и колос,
Вы, атлеты, которым при жизни ладили курос,
Пионеры прыжков в безымянное, к высота́м,
Позабытых и тут, и там,

Поспешайте, чертильщики льда, стеклодувы чисел,
Променявшие галльский смысл на бенгальский смысел,
Рекордсмены движенья над и скольженья от,
Верхолазы небес, герои истмийских од.
Выходите из глины, сумрачны и косматы,
Чемпионы шеста, времяборцы и дискомёты,
Забивающие-под-сетку поверх голов
Счетоводы голов:

Мы проводим сегодня сборный, соборный матч,
Бенефис профессии общей, как меч и мяч:
Обещавшей за верность и берега и грады.
Победившие щёки красившей в цвет награды.
Наносившей славу подобием жирной мази
На кору или корку земной худобы и грязи,
Чтобы та и другая вступила в свои права
На дыхание-2.

... и собрание претендует на полноту.
Тишина, потому что у многих деньга во рту,
Но, как дым от пустыни, текут племена и роды
В подколенны колонны и подколокольны своды.
И как тёмное поле ночь надвигает очи
На единый и неделимый, ничей и общий
Баскетбольный счёт, ведущийся без конца,
На игру детей без Отца.

Не оттуда ли я говорю, что играть не бу.
Опускаю руку, вторую тяну ко лбу.
Лучше каменным быть до колен, как один знакомый.
Лучше быть уведённым в плен, как другой знакомый.
Лучше в бочке плыть смоляной, где царица во́пит.
Лучше в дочки, где ты со мной, но уже торопят.
Лучше выкинуть в море ключи и заснуть, отплакав.
Лучше биться в ночи вслепую, как тот Иаков,
Лишь бы в теле прививка нового естества
Прижилась и стала сестра.

 

* Мария Степанова — баскетболистка сборной России, чемпионка Европы (2003), лучшая баскетболистка Европы (2005).


  предыдущий материал  .  к содержанию номера  .  следующий материал  

Продавцы Воздуха

Москва

Фаланстер
Малый Гнездниковский пер., д.12/27

Порядок слов
Тверская ул., д.23, в фойе Электротеатра «Станиславский»

Санкт-Петербург

Порядок слов
набережная реки Фонтанки, д.15

Свои книги
1-я линия В.О., д.42

Борей
Литейный пр., д.58

Киев

Кафептах
ул. Васильковская, д.1, 3-й этаж, в помещении Арт-пространства «Пливка»

Россия

www.vavilon.ru/order

Заграница

www.esterum.com

interbok.se

Контактная информация

E-mail: info@vavilon.ru




Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service