Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Антологии
TOP 10
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Освобождённый Улисс

Современная русская поэзия за пределами России напечатать
  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  
Александр Верник

* * *

Далёкая птица кричит в синеве,
далёкая, глупая, злая.
Мой пост затерялся в высокой траве,
и, толстую книгу листая
о гадах и птицах, жуках и траве,
разнежился я и ищу в синеве
далёкую, глупую птицу —
не курицу, а девицу,
горбатую, злую, о синих зрачках,
приспущенных крыльях, коротких руках,
наколка на бёдрах, цигарка в зубах.
Пускай накудахчет, накличет
судьбу мою глупую, птичью,
без птицы прекрасной, а с люлькой в дому.
Я книгу листаю — слова не пойму.


* * *

                                    Булату Окуджаве

Кричали кошки тяжело,
как будто ухали бичами,
как будто время подошло
кричать. И вот они кричали.

Они кричали, как могли,
как не могли, как не умели.
В упор разбойные угли
из ничего в ничто смотрели.

Они кричали, словно бы
не на живот — на смерть. Очами
визжащими прочь от судьбы!
Навстречу ей они кричали.

Так воют бабы пред войной
ещё без страха и печали.
Так задыхаются виной —
и в крик: «Из дому! Нет, домой!»
Ещё сильней они кричали.

— Ну, звери! Загубили сон. —
И вот, откинув одеяло,
я встал, я вышел на балкон,
плеснул водой — и всё пропало.


Дом

                              ...а мы такие зимы знали,
                            вжились в такие холода...

                                                Илья Эренбург

Не по холоду плачь, не по холоду,
а по молодому голосу своему.
Ах, не честь поберечь бы смолоду,
а по льду, по чистому голоду —
дом найти. И осесть в дому.

Спотыкался снегирёк, кувыркался
по перильцам аварийного балкона.
Дожидался, жил я — дождался
над долиной летящего дома.

Нету в доме ни крыльца, ни светёлок.
На ноге я сыночка качаю.
Вот заглянет соглядатай-бесёнок,
вот предложит изумрудного чаю —

откажусь. Чертёнка поглажу.
А наскучит играть забаву —
я на царство сына помажу:
голос дам — голубиную славу.


Возвращение

                                                                        Олегу и Алёне, с любовью

Я живу так, как меня несёт,
поднимаю слово, что плохо лежит.
Мне известно — никто не спасёт,
даже если красный зверёк мимо не пробежит.

А (и если) спасётся кто,
какой-никакой:
— Вишь ты, жить захотел, —
какой-никакой спасётся
и вернётся домой
(он не помнит домашних дел),
и домашний кот
не узнает и отвернётся, не улыбнётся.

И отвалит он, куда глаза не глядят
(никуда не глядят),
точно зомби какой,
будто долбаный голем из Праги, —
а умеет что? — Сочинять лексикон щенят,
оставляя значки на закапанной чаем бумаге.

А куда он пойдёт? — он чужой, и креста на нём нет.
Он захочет на остров, где вереск на красном граните, —
лишь минувшего след. А над Ладогой дождик и свет.
Ничего не сумеет. А вы всё равно не гоните.

Потому что не время надежд, потому что закончилось время,
и рассвет упырём обратился в последний закат.
Остаются печаль и тепло — только горечи дивное бремя
прежних лет,
уходящих разумно назад.


  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service