Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Антологии
TOP 10
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Освобождённый Улисс

Современная русская поэзия за пределами России напечатать
  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  
Анна Горенко

* * *

Одежда рахат лукума
я приду в одежде рахат лукума
выпросить а чем пагубна моя надежда
растаять в приторной горечи каракума
вкус моей плоти ясен птице сладкоежке
семивороне и белоснежке
чудна чернеет когда стемнеет
ленточка почётного легиона
в углу моего рта
где пустота
после того как синие мотыльки
тёплой души горячую пыльцу
разделят на лакомые куски
и соответствующие ангелы примут её на весу
умереть целиком и заглазно
вдали всякого говори
стать рахат лукумом прекрасно
и сладко у пыли внутри
нам хотелось волос из песка и платья небес
но не бывает
желание отгаревает
рука отбывает жест
рот не узнает языка
но пересохшая речь сладка
нетравоядному истиной чумной

отговаривают рощицы снегиря
вспархивает севера января
не упруго не ломко ласково подаётся твердь
женской пощёчиной лицо другое наносит смерть
смахивая прежнее полой одежды рахат лукума
нет не требовательна не угрюма я только спрашиваю
или не мало
я выкликаю убора тлену
славы локона и колена


* * *

                                                                 Д. З.

Отступление тьмы на поворот за Латрун
            наоборот повтори
наступление тьмы за поворот на Латрун
отворот рукава возверни на один оборот
                   осмотрев
кожа скучнеет к утру
Я
всё объясню и пойму
ветром
неверным
относит
скользким авто
на невьюжную тьму
и тем самым зелёные косы
позволяет моей голове
так меня насовсем и отпросит
вниз катиться у тёплой земли в рукаве.

 

* * *

                                   Спина слепых прилепится к дворцу
                                   Силкам детским прорех не избежать скворца

На немногое вчераъ: я:
                  ружьём и лесом октябрём и зайцем
                                                лесом нефтяным
Кто помнит потолок ныряя пароход
Тот утро ветра стен чудесный день
А осени архитектура вод вечерних лет?
Звонких охот по топоту костей
Вежливый хлеб тела: завтраки тёплых дней
Мутит от запаха мела оловянных моих коней
Деревянных моих солдат
                                       неразменных гостей
Мелких монет нагар
Понизу слов трусца
А в нефтяных глазах слепых ржанье колёс пожар
Под моросящим дымом ждёт дрожа ладонь ловца


* * *

Там краеведческий музей один лежит на пепелище
Мой дом! скорей беги к нему
но нет Один чердак туману покорный реет над землёй
а где же оба этажа
кирпичной смерти незадача


* * *

Одна война зимы две месяц рыбьей кости
я покажу себя тебе ещё
три сладкое клеймёное плечо
космодемьянской на допросе
теперь смотри когда они пройдут берёзы и табак дурного цвета
затем опять голландия и эта —
чьи створки А нам небо раздерут

где всё плескался твой зелёный глаз
нежадно искажая всё живое
где я одна с тобою
где нету нас


* * *

смерть прикрывает наготу
плотью мальчика головой щенка
вот, мы брат и сестра
пойдём спустимся в пустоту

тогда
по горло во тьме
клекочущие небеса стараясь не видеть
вот, вы брат и сестра
скажут боги прячущие лицо

в этот праздник неспелого хлеба нас некому выводить
от полей каменных злаков чеканной конопли
в этот день несвернувшейся крови некому нас простить
мы брат и сестра
из дельты

голуби
голуби площадей нас научили
жить


* * *

юннат беспризорный могильщик
ты клеил серебряный гроб
но что мне до смерти я птичка
я зоологический сноб
умелец роскошный курильщик
ты думал я жить не хочу
я жизни не знаю я птичка
я небо верчу


* * *

дома как стопки детских книг
лежащих поперёк
возьми меня с собой на юг
где каменный песок
возьми снеси меня к себе
где лёгкая вода
смотреть как тихо почему целует никогда


* * *

скажи что стало с Гаммельном моим
он мой флажок свивается на древко
как простынь со стола стекает в реку
его пастух прицелился за ним
свалились этажи моих домов
осыпались они не удержались
смущённые цыгане разбежались
и птица мышь касается полов
ложится тёплый снег на городок пустой
на мёртвые тела живые крыши
лёг тёплый снег ложись и ты со мной


* * *

Мы могли бы жить на малой садовой
и деревянный пол непересказуем
я люблю тебя Скажи мне другое слово
недоступное лёгким дёснам и поцелуям

кровь в реке империи для питья легка и приятна
и от надсадной чести ломило зубы
давай вернёмся за грошик лодкой обратно
где у  в с е х  в дыхательном горле медные трубы


* * *

где ангела одежды золотые? надень что было сил!
разомкнутые небеса почти большие
господь почти на волю отпустил
ты в райский день роняющий качели
на берегах миража видишь сон
ты видишь тень мою в своей постели
расплавленную каменным песком


* * *

придумай мне сестру
моя сестра просила написать роман
ей нечего читать ну напишу
если ты придумал что она плохо видит
она плохо видит она говорит
я вижу плохо вчера не видела что ты мне написала
а сегодня я вижу пропустив четыре страницы
не понимаю что-то случилось с ними, в романе
они говорят совсем другими словами
сделай как было
я сделаю всё как было


* * *

просыпайся умерли ночью поэты все-все
в подвале больницы они занимают три полки большие
одни опухли ужасно,
усохли другие
а один так воняет санитары и те
намекают друг другу на это

одевайся посмотрим
только приговых тех шестнадцать
айги ещё не считали
их вставные зубы раздают слепым детишкам
для еврейского карнавала

или, знаешь, пожалуй, останемся дома
говорят, там пожарники и милиция
я боюсь милиции
ты боишься пожарников
Наталья боится волков
останемся пить лимонад
вспоминая
как ходили поэты на парад — трум-пум-пум!!пиу!


* * *

я думаю когда б и ты сказал о именах
и выучил о них
и мы бы поделились, как в записях иерусалима
тебе например фронтон
мне подоконник
ах не надо не надо пусть
                                        бери как есть
не надо крошить пополам
но ты же знал о справедливости! что ты знал?
я настою
          носить за собой штукатурку и патрон из парадной —
          — спотыкаясь


* * *

они в саду играют марш
давай играть в войну
ты будешь мой отец погиб а я тебе рыдать
теперь они играют вальс
а ты и я разврат
теперь ты мой хороший брат а я с тобою спать
затем они сыграют что
но мы давно ушли
здесь звёзды страшные горят у них глаза внутри


* * *

Не правда ли ты хорошо помнишь солнечные дни и свои детские мечты.
Твои детские мечты так напоминают мои детские мечты так напоминают нашу общую действительность —
ты живёшь на краю неба и я на краю земли и между нами ходит автобус,
но вот задумано было — трамвай, и покуда не будет трамвая, мы никуда не поедем.
Не правда ли ты также ясно можешь сочинить меня как я могла бы жить
если бы мир был бы устойчивее а жизнь не была бы такой бесконечно длинной.
Не правда ли ты дождёшься зимы и её подобия погоды и мы будем глядеть
я на твой почерк и ты на мой голос как если бы принц решил бы не целовать
спящую красавицу пока сама не проснётся.
И ты знаешь что есть физическая боль
                                    белая ночь
                                    ветер пустыни
                                    грамматический разбор словосочетаний
а я всё это видела своими глазами одновременно.


* * *

1

За шесть или семь — не тонких — стен
От меня за шесть или семь
Ну сбоку ну справа раз, два проступило метро

Ночные слова, или, лучше, подземные числа
Ещё не разъяты
Победа не предрешена
Не подали нам окуджава стыда не нужна

Назови же своими словами вот эти и те
Мы присвоим они беззащитны прекрасны в своей пустоте
(  ) мёртвая мебель героя на нас погляди
Так и пляшет фаянс в застеклённой но пыльной груди

2

За шесть или семь или восемь сытых погодой лет
Метро и кино успели слиться в одно
Разноцветное развлечение для цветных
(двое или троих) — но его нельзя разделить как сказал поэт
                                   да и рифмы пристойной нет

мы говорим математикой — как бы солгать?
Рябь темноты возьмётся ли нам помогать
Справа ли, слева поверю ли в город родной
И сияет асфальт но я знаю покрытый слюной
Видно время моё истекло

3

У серафима шесть крыльев седьмой угадай
Вырвет язык да и вложит что хочет.
...........................................................
                                                           Давай,
                                                           Слушай подводную свару трубы и винта
                                                           Топ тараканьих бегов или стоны кита (крика Ионы у них в
синтезаторе нет. Как метро и кино)
...................................................................
На вершок бы мне города! Он бы вместился в иглу,
Ею он и грозит и пугает бумажный флот
Город в два корабля и с иглой одной
Посмотри на него и глаза открой

4

Шесть или семь понятных из стольких слов
Оснащённые жестами, пусть их, бери кто хочет
В скучной ночи нуждаясь в надежде и сне.
...................................................
...................................................
Моё отражение, пришито прочно,
Плохо сидит на мне.

 

* * *

След от бритвы безопасной
На предплечье у меня
Запах жести безобразный
От постельного белья —
Над моей кроватью стены
Все изъедены слюной
Шевелящееся сено
Русской речи неродной
Мне приносит голубь мира
Только воду в рукавах
Дайте же кусочек сыра
Выживать на островах...


Перевод с европейского

                                                                              А. Г.

Словно Англия Франция какая
Наша страна в час рассвета
Птицы слепнут, цветы и деревья глохнут
А мне сам Господь сегодня сказал
                                                непристойность

Или я святая
или, скорее
Господь наш подобен таксисту
Он шепчет такое слово каждой девице
что выйдет воскресным утром
кормить воробья муравья и хромую кошку
                                                  из пёстрой миски

А в хорошие дни Господь у нас полководец
И целой площади клерков, уланов, барменов
На языке иностранном, небесном, прекрасном
произносит такое слово, что у тех
                                                  слипаются уши

Господи, дай мне не навсегда но отныне
мягкий костюм, заказанный летом в Варшаве,
есть небольшие сласти, минуя рифмы
изюм, например, из карманов, и другие крошки.

                                                     Терезиенштадт, апрель 1943


  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service