Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Антологии
TOP 10
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи
Стихи


Инициативы
Антологии
Журналы
Газеты
Премии
Русофония
Фестивали

Литературные проекты

Освобождённый Улисс

Современная русская поэзия за пределами России напечатать
  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  
Наталья Акуленко

ХРИСТОС В ВИННОМ ПРЕССЕ

Острый нож срезал гроздья, созревшие пурпуром в срок,
их свалили на доски, пропахшие уксусом винным,
и Отец наклонился над голым и страждущим сыном,
и протянуты кружки, чтоб черпать живительный сок.

...Это, в общем, несложно — людские грехи искупать:
самый грешный из них перед Господом вовсе не грешен,
если выжато поле, а жёнке приспело рожать,
и пудовый замок на амбарные двери навешен.

Дозревают плоды: плодородье, спешащее в смерть,
словно битая дичь пялит глаз свой, невинный и круглый,
и к мужицким пирам наклоняется долгая Твердь,
а в Псалтыри краснеют нарядные липкие буквы.

В Отчей щедрости ржавой таится начало конца:
лечь, как листья лежат, и не ставить пред небом условий.
Над дожатой землёй снисходительно око Творца,
и дрожат его ноздри от запаха жертвенной крови.

Сок бормочет сквозь бочку: Опять ты покинул Господь,
и румяный ягнёнок спокойно питает хозяев,
и до Иосафата почиет усталая плоть,
удобряя поля для фламандских крутых урожаев.

Пусть на Ниву Господню навозом грехи упадут!
Каждый выберет место — кто в прессе, кто около пресса.
Забываются муки. В дела воплощается труд.
Бремя наших грехов тарахтит по дороге прогресса.

...От попоек и нимба наутро болит голова,
орды ангельских сил вспоминать уже трудно и странно,
и под каждым распятьем краснеет и мокнет трава,
и осенние мухи спешат на раскрытые раны.


ПУСТАЯ УЛИЦА

Я иду
я всё ещё иду по этой улице
какая прекрасная улица
и как хорошо идти по ней
шуршат шины
фонари пускают круги в вязком алкоголе
какая прекрасная улица
и какая длинная
в освещённых ячейках
едят ссорятся отмечают
мне не понять
что кричит из их магнитофонов
суки с отвисшими сосцами шелестят возле мусорки
но они слишком заняты чтобы подойти и обнюхать меня
возня котов
слаще чем шелест ветра в листьях
какая прекрасная улица
и какая пустынная
в детстве
мне казалось, что по этой улице я приду к чему-то хорошему
можно выкрасить в голубой цвет волосы, но нельзя выкрасить в голубой цвет мысль
во мне слишком много красного
поэтому мне будет больно умереть
какая прекрасная улица
как пьянит её дыханье со слабым запахом гари и мусоровоза
крадущиеся тени в подъездах
сегодня я позволю вам украсть мою братскую любовь
нежность
заливает пятиэтажные небоскрёбы и теснит мне грудь как вода
люди прекрасны
даже в мертвенном свете семнадцати мгновений весны
я благодарна
за всё что со мной сделали
человек может вынести всё что угодно кроме свободы
я иду
я кажется всё ещё иду по этой улице
какая прекрасная улица
и как далеко можно уйти по ней если идти всё время вперёд и вперёд


Одиссей На огигии

жив
вместо волн — галька
и у неба
твои глаза

*

ветки колышутся
можно гадать — зверь или нимфа
хотя ничего не меняет
если в листве
виденье осторожных ног
                          обрисованных
светом загаром ли
нежной плюшевой шкуркой
раздвигающих листья

ты пробежала тут
стать хоть кабаном
не знающим слов и имён
поднырнуть тебе под ноги
с радостным хрюканьем

о будь кем угодно
хоть оливой в чёрных плодах
хоть ёжиком

*

пухлощёкий Эол с моря
дрожь и шорох в листьях
— имя
шорох...
имя...
шорох...
имя...

*

сквозь зелень золото тела —
это олень ободрал иву

в золотистом лубе та же нежность
та же дрожь к каждому прикосновению
та же пугливая лесная душа

маленькие дриады смотрят из кустов —
смеются...

*

рот щека волосы
бронзовая заколка возле уха —
забытое

и как ты звала меня домой когда я смолил лодку на берегу

(твой мизинец как ракушка
колено царапины
всё забыл — всё
только солнце
— свет и тепло —
похожее на твою улыбку)

только свет
только солнце сквозь веки
похожее на твоё тепло

*

этой ночью
ты любила меня
сырые солёные волосы вьются как твои кудри

свет
ранние птицы
(когда-нибудь потом ты ещё придёшь взглянуть как я плачу)
и цветущий орешник скользит по темени как рука

*

забыть —
тогда не будет тебя
и слепой боли каждое утро
и слепых проблесков в листьях
как будто зубы блестят
в невидимой улыбке
и шороха лёгких шагов за спиной на который я уже привык не оборачиваться

забыть
тогда не будет тебя
тогда ничего не будет

*

воды
до горизонта и дольше за горизонт

седобородый Тетис
сторожит
спасает тебя от меня
и от моего голодного безумья

(если бы мы встретились — что бы я сделал?
заговорил?
набросился?
убежал прочь?)

столько лет
я не понимал что ты чудо
какое чудо
а сейчас невозможно поверить что эти пальцы когда-то касались тебя

(если бы мы встретились — что бы я сделал?
не узнал?
испугался?
умер от любви?)

солёный Тетис
спасающий меня
от тебя и безумия

старый слепой Тетис
уже почти не спасающий

*

зацвёл боярышник

может быть это привет от тебя
(кажется ты любишь всё розовое)

форель
зашедшая в ручей на мелкое
стоит и ждёт
просто ждёт моих рук тихо шевеля плавниками

кажется ты любила угощать меня рыбой
выбирая косточки
радостно смеясь
когда я ловил твои пальцы и облизывал

ты ведь и меня любишь
любила
кажется


ПОСЛЕ ПОСЕЩЕНИЯ МОСКВЫ В СЕНТЯБРЕ 2001 г.

новая осень — техногенная
листы
улетают по проводам вместо почтовых ящиков
(опустевший ствол — я)

кто мне первым крикнет
                                            — король голый!
не глядят

холодно
так холодно как будто я разделась до души

совсем новая
техногенная
осень


НА ПОСЕЩЕНИЕ МОСКВЫ В МАЕ 2003 г.

Смотришь в ладони, а там —
                                                        ЖИЗНЬ.
Золотая, голубая, с блестящими камушками...

(Лубянка, Китай-город, Третьяковская,
люди, ларьки, пиво.)

Пиво, которого я не хочу.
Бусы, которых я не хочу.
Книги, которых я не хочу.
Люди, которых я не хочу. (Некоторые, кстати, весьма и весьма...)
И чужие стихи —
                            местами даже забавные.

Жизнь лежит себе тихо. Пускает лучики.
(Красивая штучка.
Только совсем ненужная.)


  предыдущий автор  .  к содержанию  .  следующий автор  

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service