Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

к списку персоналий досье напечатать
  следующая публикация  .  Михаил Поздняев
Знаки препинания №40. Дневник Печорина

12.10.2009
Топос, 05.03.2003
Досье: Михаил Поздняев
        Михаил Поздняев «Лазарева суббота». Москва, «Захаров». 2002.
        Издатель «Захаров» известен своей коммерческой репутацией. Раскрутивший проект Бориса Акунина, Захаров издаёт только «верняк». С недавнего времени «Захаров» первый раз согрешил со стихами, издав сборник Веры Павловой. И, видимо, пошло-поехало, раз Захаров издаёт вот уже вторую книгу Павловой. А вот теперь пришла очередь поэтического сборника Михаила Поздняева — стильного, чернокожего томика с гравированным изображением анатомического строения человеческой головы (художник Константин Победин является одним из многочисленных персонажей стихов Поздняева).
        А книжка Поздняева действительно перенаселена, как хороший, эпический роман. Здесь есть друзья и коллеги, поэты хорошие и разные, дети поэта, втиснутые в ритм одной строки («Илия, Александр, Наталия, Елизавета...»), и даже Крестник, которому Михаил читает сказки перед сном. В наличии даже Ричард Гир и Ал Пачино. Есть и не названные, но узнаваемые, ожидаемые здесь персонажи — женщины. Женщина. Вместе с реальными людьми в книге присутствует и масса литературных персонажей — старик Герасим и Настасья Филлиповна, Агафья Тихоновна и Башмачкин, Зосима и Арбенин, кто-то ещё, вплоть до черепахи Тортиллы и библейских героев.
        Все они ровно распределены в теле книжки, люди живые и бумажные, обладая одинаковой степенью реальности — реальности чёрно-белых букв. Это важно, важный принцип стирания граней и границ между реальностью и искусством.

        Мой последний читатель! Шампанским залей
        И заешь Бомарше свой зевок.
        Потому что совок я по крови своей,
        И поймёт меня только совок.


        Другой существенный пункт «Лазаревой субботы» — размывание границ и граней между поэзией и прозой. Традиционные, по форме, стихотворения перемежаются поэтическими кусками, написанными будто бы прозой. Прозаический статус отрывков должны подтверждать и традиционные «нарративные стратегии», присущие художественной прозе — явный (внешний), ярко выраженный сюжет, чёткость причинно-следственных связей, сугубая факультативность собственно поэтических средств, всяческих там тропов и метафор. Поэзия Поздняева скупа на проявление стилистических чувств. Открытый и искренний человек, Михаил Поздняев принадлежит к традиции А. Некрасова и А. Твардовского, то есть, поэзии словно бы простой и «глуповатой».
        Важность формального эксперимента подчёркивается Михаилом Поздняевым особым вниманием к структуре книги — вся она, как на вертел, словно бы нанизана на повесть «Кармен», длинный повествовательный текст, который прерывается толстожурнальным «продолжением следует».
        «Кармен» начинается в самом начале «Лазаревой субботы», потом ныряет под другие стихи, уступая место блоку текстов, посвящённых друзьям, потом снова выныривает на поверхность, чтобы уступить место стихотворениям, написанным на основании классических текстов. Вот и последний фрагмент «Кармен» окружают рассказы про ту самую черепаху Тортиллу и апокриф о Зосиме и Марии: литературоцентричность, как и было сказано.
        Литературоцентричность самой высокой марки и степени концентрированности, слова и буквы, в которых жизнь подменяется жизнью.

        Когда я в начале апреля
        С утра у окошка сижу
        И, вовсе не факт, что с похмелья,
        А вследствие внутренних противоречий
        На весь этот мусор гляжу,
        За окнами ветер носимый,
        Такая находит тоска...
        Но пристальней глядя на весь этот мусор,
        Я вижу Марию с Зосимой
        И верю, что пристань близка.


        В том-то и дело, что мир ловил его, да не поймал. Вот, ведь, позиция — всегда быть между, в промежутке. Прозаичность поэтического и прозрачная повествовательность в стихах, рифмы и ритмы, встречающиеся словно изюм в сайке, сменяющие друг друга стили и интонации, исполненные практически безупречно. Быт, лежащий в основе практически всех текстов, обычные терзания обычного человека, но изложенные вот так — немного на котурнах, с пафосом, высокими штилем, незаметно воспаряют над бытом. Не мешает даже обилие прозаизмов и незатейливых деталей, вроде рекламных слоганов или ссылок на статью в «Новом мире», разрывающем верлибр. Или это не верлибр? Ведь в нём случаются внутренние рифмы и всевозможные ритмические сгустки. «При чём тут Розанов — пусть Межиров решит...»
        Пафосность способствует размышлениям о собственном творчестве, мирволит декларациям о намерениях. Поэтому здесь есть свой собственный вариант нерукотворного памятника, правилами дактилоскопической экспертизы и складывания стихаря. В этом ряду самая выразительная (но и попсовая), разумеется, «Элегия», рассказывающая о том, что автор её был назван в журнале «НЛО» «последним хорошим советским поэтом».

        Я последний хороший советский поэт
        (написал в «НЛО» Кулаков).
        Я поскребыш, осадок, подонок, послед,
        Я посол из страны дураков.
        Я селедка балтийская, пряный посол,
        В Бухаре, в чайхане, в ноябре,
        Серебром отливает мой тесный камзол,
        Борода и усы в серебре.


        Напоминает схожее по настроению стихотворение Льва Лосева, не так ли? Поздняев — классный пересмешник, перетолковыватель. Поздняев идеально поёт не только со своего, но и с чужого голоса, ловит и распыляет десятки интонаций, таковы уж у него способы взаимоотношения с традицией — капризной и похотливой женщиной, неувядаемой матерью многих и многих детей. Взаимоотношения Поздняева с этой гранд-дамой, чувственные, порой очень даже темпераментные, страстные, и составляют ещё один очень важный слой тем «Лазаревой субботы».
        Той самой субботы, что предшествует, ну, например, воскресению.


  следующая публикация  .  Михаил Поздняев

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени
18.04.2019
Беседа с Владимиром Герциком
31.12.2018
Илья Данишевский. Маннелиг в цепях. Издательство "Порядок слов", 2018
Виктория Гендлина
14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов
11.04.2018
Беседа с Никитой Сафоновым
28.01.2018
Авторизованный перевод с английского А. Скидана
Кевин М. Ф. Платт

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service