Мария Галина родилась в Калинине, считает себя, впрочем, одесситкой: школу и университет (специальность — биология моря) окончила в Одессе. Пишет прозу и критику, переводит. «Неземля» — третий ее сборник стихов.
Стихи у нее предельно и даже нарочито строгие. Классицизм наружу и без берегов. Камень, литье, монумент. Слова льются не ручьем, не горной речкой, нет — державное теченье. Берега в граните. Может, она и одесситка (хотя живет в Москве), поэзия — явно петербургская. При всей современной жесткости, жестокости слов и букв: «И, выпучив глаза на стебельках,/ русалка молодая на руках/ баюкает разбухшего матроса,/ и доктор Фрейд в кальсонах и пенсне/ который век уж вертится во сне/ в обнимку с козлоногим Леви-Строссом...»
Стихи Галиной — тот случай, когда размер не имеет значения. Я имею в виду стихотворный размер. Вроде бы веселенькое: «Рыба в омуте плеснет,/ веткой дерево махнет,/ скрипнет гравий под ногой —/ не печалься, дорогой...» А все равно страшновато. «Стынет чайник на столе,/ кто-то ходит по земле,/ кто-то с веток воду льет...» Простые слова, никаких подземелий, никакой готики, а по-любому: и бежать некуда, и катарсис поджидает за каждым углом.
Особенно от таких, скажем, строк: «Доктор Ватсон вернулся с афганской войны,/ У него два раненья пониже спины,/ Гиппократова клятва, ланцет и пинцет,/ Он певец просвещенной страны./ Холмс уехал в Одессу по тайным делам,/ Доктор Ватсон с утра посещает бедлам,/ Вечерами — Британский музей...» Очень сильное стихотворение, пожалуй, одно из лучших в сборнике, жаль, не могу привести целиком.
Что до Афганистана (про него даже так: «Для того ли в Афгане он кровь проливал...»), то хоть мы и читаем, хоть и видим в стихах «наш Афган», книжный Ватсон был тоже «афганцем». Ветеран Афганистана — именно так. Время идет, а ничего не меняется. Классицизм в чистом виде.
|
