Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

к списку персоналий досье напечатать
  следующая публикация  .  Дмитрий Александрович Пригов  .  предыдущая публикация  
Творец идолов
Дмитрий Александрович Пригов: ретроспектива

09.05.2008
Коммерсантъ Weekend, 08.05.2008
№ 17(63)
Досье: Дмитрий Александрович Пригов
        Дмитрий Александрович Пригов был одним из тех, кто увидел, что в советском мире исчезла граница между посюсторонним и потусторонним, между знаком и физической реальностью. Что здесь абсолют присутствует непосредственно, не на далеком небе, а в центре Москвы в виде Милицанера. Что здесь, на этом пространстве, живые люди напрямую взаимодействуют с идолами, призраками и знаками. В самых существенных работах соцарта центральным было именно это взаимодействие — как в картинах Эрика Булатова, где красные буквы надписей «Нет входа» или «Стой» замыкали пространство картины, а белые или голубые буквы слов «Свобода» или «Иди» его распахивали.
        Но Д. А. увидел, что хозяева этого мира должны иметь двойную — получеловеческую, полумифическую — природу, и решил сам стать одним из них — «Дмитрием Алексанычем Приговым».
        Момент этого решения — фактически озарения — он неоднократно описывал в разных интервью. «Однажды летом я поехал на дачу к моему другу, и ночью мне что-то не спалось, пошел в поле гулять, присел в стог, посмотрел на небо, и мне все стало ясно. Тогда же я написал свое первое стихотворение — «Сталин и девочка», затем были «Калинин и девочка», «Ворошилов и конь» и т.д.».
        И самым новым и важным в его ранних соцартовских текстах, которые все и помнят, — «Выходит слесарь в зимний двор» или «Килограмм салата рыбного» — было то, что живым, интонированным голосом заговорило особое существо, живущее в прямом контакте с абсолютом, а в последней — укороченной, прерывающей говорение — строке слышался голос самого абсолюта.
        В самом Д. А., как в путешественнике или отшельнике, собеседник чувствовал закаленность, жесткость человека, бывающего и в человеческом, и в нечеловеческом мире — но его мир населяли не тигры и пингвины, не ангелы и бесы, а имиджи и дискурсы. Он производил впечатление человека, отважно пожавшего десницу загробного гостя — не каменную, а гипсовую или картонную, но оттого не менее страшную.
        В 1990-х общее мифическое пространство исчезло, поэтому опыты Д. А. с новой мифологией — например, женская и гомосексуальная лирика — не попадали в цель. Работало только то, что не выходило за рамки уже сложившегося имиджа. «Главное, — как он любил повторять, — иметь личный миф». Общие языки, общие знаковые миры распались — и по пустой, черной и безымянной, как луна, новой реальности ходили обладатели «личных мифов» в скафандрах своих персональных имиджей.
        И если раньше главным культурным смыслом деятельности Д. А. было радостное сообщение, что все языки условны, и это освобождало читателя-слушателя из-под их власти, то теперь, когда советский язык распался, главным — и скорее безрадостным — сообщением Д. А. стало то, что люди делятся на тех, у кого есть «личный миф», и на тех, у кого его нет. И это второе сообщение резонировало не только с квазирелигиозным делением на избранных и неизбранных, но и с победившим в постсоветское время делением людей на имущих и неимущих, на выигравших и проигравших, попросту — на сильных и слабых.
        Пространство, в котором можно выжить, в котором есть чем дышать и не под куполом общего мифа, и не в скафандре мифа личного, казалось ему утопией.
        Но сам он на вопрос: «Что бы вы пожелали читателю?» — однажды ответил так: «Я бы ему пожелал заниматься своим делом и не придавать большого значения чужой деятельности, а придавать больше значения своей собственной деятельности».


  следующая публикация  .  Дмитрий Александрович Пригов  .  предыдущая публикация  

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

28.03.2022
Предисловие
Дмитрий Кузьмин
13.01.2022
Беседа с Владимиром Орловым
22.08.2021
Презентация новых книг Дмитрия Кузьмина и Валерия Леденёва
Владимир Коркунов
25.05.2021
О современной русскоязычной поэзии Казахстана
Павел Банников
01.06.2020
Предисловие к книге Георгия Генниса
Лев Оборин
29.05.2020
Беседа с Андреем Гришаевым
26.05.2020
Марина Кулакова
02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2022 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования


Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service