Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

напечатать
  следующая публикация  .  Все публикации  .  предыдущая публикация  
Виктор Кривулин
Вместо некролога

14.08.2007
Трудно сказать, кем был Виктор Кривулин. Прежде всего, поэтом, но также прозаиком, эссеистом, публицистом, критиком, политиком, аналитиком, тактиком, стратегом. Он был многим для многим людей: другом, советчиком, подстрекателем, вдохновителем, вопрошателем, собеседником, собутыльником, помощником, посредником, собирателем. Его духу было тесно не только в оболочке данного тела, но и данного индивида – он был целой командой людей, которые день и ночь что-то сочиняли, с кем-то разговаривали, кого-то учили, за что-то брали ответственность, с кем-то соглашались, а с кем-то размежовывались.

Эта команда не имела никакого статуса, формы, институции – это была чистая энергия, толкотня импульсов, сигналов, медитаций, которая упругими вибрациями передавалась окружающим. Вокруг Вити всегда было многолюдно, потому что многолюдство жило в нем самом. Он создал мощную надстройку над своей личностью, как личность его была мощной надстройкой над телом: это здание, тремя уступами-этажами возносящееся над самим собой, было образцом пропорциональной человеческой архитектуры. Само имя его содержало в себе оксиморон, потому что, вдобавок к удручающе-предсказательной фамилии, оно содержало в себе витальность и победительность: Витя, Виктор.

И при этом, воплощение многолюдства, он оставался самим собой, неправильным, неисправимым одиночкой, петербуржской причудой, одним из фантомов-умыслов этого самого умышленного города на свете. Немного мистик, немного мистификатор. Сочинитель, студент, щеголенок, гоголек, бубенец. Только не гонимый взашей, а как бы ушибленный веком, тяжело его за собой волочащий, как непослушную ногу, – и в этом смысле чело своего века. Фигурка серебряного века, дрожащая и полузагнутая, как тонкая фольга, приклеенная к веку чугуна и стали.

Он не был собирателем русской земли – он был собирателем русской культуры. А культура – это страна отзывчивых одиночек, и чтобы ее собирать, делать более гулкой, резонансной, просторной, нужны именно такие одиночки, вокруг которых люди не сплачиваются, но соприкасаются. Он не был дирижером – он был камертоном: настройщиком разлаженных струн.


  следующая публикация  .  Все публикации  .  предыдущая публикация  

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени
18.04.2019
Беседа с Владимиром Герциком
31.12.2018
Илья Данишевский. Маннелиг в цепях. Издательство "Порядок слов", 2018
Виктория Гендлина
14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов
11.04.2018
Беседа с Никитой Сафоновым
28.01.2018
Авторизованный перевод с английского А. Скидана
Кевин М. Ф. Платт

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service