Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

к списку персоналий досье напечатать
  следующая публикация  .  Станислав Львовский  .  предыдущая публикация  
И менеджеры умеют любить!
Отечественная драма в космополитическом интерьере

05.02.2008
НГ «Exlibris», 19 мая 2005 г.
Досье: Станислав Львовский
        Нам нужен новый герой. Фраза не до конца ясна, но уточнить ее так же нелегко, как долить еще пятьдесят граммов в полный стакан. Новый русский герой? Увольте. Есть такие слова, которым стыдно стоять рядом. И все же - нам не подходит Брюс Уиллис, потому что он уж очень не похож на тех простых открытых менеджеров, которых он спасает. Нам нужен офис-менеджер, который не верит в Брюса Уиллиса. Который знает, что никакого Брюса Уиллиса на самом деле не существует. Так же как не существует пионеров-героев, Байконура, райкома КПСС.         Существуют, по сути, средства коммуникации. IСQ, самолеты, мобильники, хороший английский практически без словаря. Немного не хватает целей.
        У менеджера варьируется профессия - от фотографа-дизайнера до генерального директора, возраст - от двадцати пяти до тридцати пяти, гендер в меру фантазии, местоположение - где-то между «Макдоналдсами». И вечная русская тоска по чему-то еще накладывается на понятную сдержанность и как бы деликатность. Как-то не к лицу менеджеру выть, да и занятие это коробит как таковое. So, it"s OK. Really? Да как вам сказать…
        Хрупкое и какое-то декоративное благополучие привычно разрушается любовью - вот вам и сюжет, новый или вечный, смотря откуда смотреть. Любовью к другому человеку, к родине, к другой родине, к ребенку на выцветшей фотокарточке, биологическим продолжением которого ты являешься; к другому ребенку в коляске, который является биологическим продолжением тебя; ко всему хорошему, ко всему плохому. То есть налицо русская драма в космополитическом интерьере.
        Это мы все покамест о ментальном плане, а теперь перейдем к художественному.
        Мы вправе были ожидать многого от этого романа.
        Мы знаем Линор Горалик как: а) тонкого и нервного поэта со своей интонацией; б) эссеиста с неземным чувством юмора и редкой температурой мысли; в) успешного глянцевого романиста. Мы знаем Станислава Львовского как: г) тонкого и нервного поэта со своей интонацией; д) новеллиста, умеющего подчинить сюжет ритму.
        Какие качества совокупного автора из заявленных пяти проявились в «Половине неба»? Пожалуй, четыре с половиной - Львовский-рассказчик скорее угадывается в ходе повествования. Сюжет идет, уверенно опираясь на ассоциативные ходы, как бы на событийные рифмы. Язык великолепен - я бы сказал, что великолепны два языка (плюс английский), но не благословлен рассуждать о чужих наречиях. Нервы на месте - в том смысле, что не на месте. Читатель то улыбается, то грустит. Значит, мы можем говорить об удаче? Безусловно. То есть о безусловной удаче?
        Возможно. Почти. Лично мне не хватило малости. Ощущения слияния - не меня с текстом книги и не двух авторов в одного, а элементов в целое. То есть я вижу блестяще организованную мизансцену с вакантными репликами героев - тут реализован стратегически-режиссерски-архитектурный талант соавторов. Я вхожу внутрь реплик - и вижу подаренные героям мысли и настроения Горалик и Львовского, изложенные невероятно живо. Но я как бы слышу щелчок переключения регистров.
        Или, если угодно, метафора для пользователей фотошопа. Все вроде бы на своих местах, но слои не объединены. Потянули мышкой за картинку, а заворочалась одна конкретная деталь.
        Читая «Половину неба», я наконец-то (кажется) понял, что имел в виду Грэм Грин, называя «Доктора Живаго» рассыпающимся романом. Такой легчайший снобизм прозаика по отношению к прозе поэта. При том что мне «Доктор Живаго» все же милее, чем Грэм Грин.
        Так что же в итоге? Да или нет? Конечно, да. Можно прополоскать рот знаменитой сентенцией Фолкнера насчет неудачи великого замысла, а можно и проще сказать - в «Половину неба» вложено столько хорошего, что хватило бы и на целое небо. А нам остается только вынимать эти мысли, чувства, находки, художественные жесты - как подарки из-под елки.
        И мало - ручаюсь - не покажется.


  следующая публикация  .  Станислав Львовский  .  предыдущая публикация  

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов
11.04.2018
Беседа с Никитой Сафоновым
28.01.2018
Авторизованный перевод с английского А. Скидана
Кевин М. Ф. Платт
13.01.2018
О книге Михаила Айзенберга «Справки и танцы»
Лев Оборин
13.01.2018
О книге: Михаил Айзенберг. Справки и танцы. – М.: Новое издательство, 2015
Алексей Конаков
13.01.2018
Евгения Вежлян

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service