Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

напечатать
  следующая публикация  .  Все публикации  .  предыдущая публикация  
Химеры, дети химер

08.09.2007
        Конец августа внес некоторое оживление в застойный летний литературный быт: объявил о самороспуске экспертный совет Бунинской премии. Основная причина – другой совет, попечительский, в обход экспертов отобрал десять поэтов для включения в список финалистов.
        На истории и регламенте премии позволю себе подробно не останавливаться, всю информацию можно без труда найти на соответствующих сайтах (Бунинская премия («Русский Бунин»), Литературная Бунинская премия). Последовательность событий, приведших к разводу экспертов с попечителями, также описывать не буду: все наличные версии изложены в двух открытых письмах (Заявление Экспертного совета Бунинской премии, «Хватит шуметь, господа! О возне вокруг Бунинской премии»), а также в целом ряде сопутствующих публикаций («Сомнительная десятка. От Бунинской премии отказались эксперты«, «Время новостей»; «Эксперты распустились», «Коммерсантъ»; «Скандальная экспертиза«, «Пресс-секретарь»; «Бедный Бунин. Российская литературная «нобелевка» уличена в нечестности«, «Новые известия»), сообщений новостных агентств («Экспертный совет Бунинской премии объявил о самороспуске» и «Бунинская премия будет вручена самым достойным поэтам – организаторы«, «РИА-Новости») и даже радиовыступлений («Экспертный совет Бунинской премии распустили», «Маяк»).
        Суть дела вкратце в следующем. Кроме жюри (в этом году его возглавляет Святослав Бэлза) в премии участвуют эксперты, в чьи обязанности входит подготовка списка из 8-10 человек, из которого судьи потом выбирают лауреата и четверку финалистов. Раньше имена экспертов не разглашались, но в этом сезоне организаторы решили создать (по предложению Вадима Месяца и под его руководством) «открытый» экспертный совет, куда вошли профессор РГГУ Дмитрий Бак, культуртрегеры и издатели Андрей Коровин, Дмитрий Кузьмин, Елена Пахомова, критик Павел Крючков, а также преподаватель МГУ Александр Леденев и сотрудники Московского гуманитарного университета Андрей Тарасов и Николай Захаров (заявление о самороспуске вместе с Месяцем подписали первые пять).
        То есть пришли профессионалы, удивились малому числу номинированных книг, организовали рекламу, обеспечили представительность конкурса и приготовились работать. Но тут на сцене появилось главное действующее лицо премии и разразившегося вокруг нее скандала – председатель ее попечительского совета, ректор Московского гуманитарного университета, президент Национального института бизнеса и Национального совета негосударственных вузов (все эти структуры входят в число учредителей премии) Игорь Ильинский. Он обнаружил, что вкусы экспертов не совпадают с его собственными, и начался нормальный конфликт комиссара с буржуазными спецами – с той лишь разницей, что если нефть качать без спеца никак не получалось и приходилось, сжав зубы, терпеть до поры присутствие контры, то в поэзии ничто не мешает каждому искренне считать себя докой. Тем более что Ильинский и впрямь не чужд изящной словесности, книжку стихов выпустил. Цитировать их я из милосердия не буду, замечу лишь, что на фоне рифм «бог – черт» и «жива – жила» как-то по-новому прочитываются инвективы Ильинского в адрес «игр со словом в духе формалистов начала XX века».
        В общем, тут-то на свет и появилась та самая неприкасаемая десятка: Виктор Верстаков, Глеб Горбовский, Александр Городницкий, Андрей Дементьев, Тимур Кибиров, Юрий Кублановский, Инна Лиснянская, Юрий Поройков, Алексей Шорохов, иеромонах Роман (Матюшин) (имя десятого счастливца выяснить так и не удалось). Комментарии излишни, сообщу только, что Поройкову по странному совпадению посвящен один из текстов в книге Ильинского «Стихи и песни», а из иеромонаха Романа мне запомнились в свое время две строки: «Шолом», – визжат пейсатые мужи: / Антихристы Антихриста встречают». Впрочем, и Верстаков умеет сказать о том же самом не хуже: «Повсюду следы фронтовой полосы, / и даже отметился ворог: / над бывшей гостиницей «Искра» часы / показывают СЕМЬ СОРОК» (Caps Lock западает у автора, а стихи вообще-то о городе Грозном). В общем, ознакомились Месяц со товарищи с творчеством неизвестных им доселе авторов, расширили свой кругозор – и самораспустились.
        Такая вот история. На первый взгляд, все очень просто – поссорились спонсоры с экспертами, эка невидаль. Вон и Премия Аполлона Григорьева, помнится, в свое время закончилась после исчезновения покровителей в лице «Росбанка» (тот развод, правда, прошел не в пример более цивилизованно). На самом же деле в происшедшем просматриваются другой смысл и внутренний сюжет, ради которых я все это и пишу.
        Проблема в том, что в нашем литературном быту по-прежнему нет понятия репутации, а есть только оборотень-яицатупер, воспетый Михаилом Золотоносовым еще лет пятнадцать назад. И уж чего вовсе не существует, так это механизмов прополки и дезинфекции литературного поля. То есть кому положено, те, конечно, все знают, но нет инструментов по превращению этого знания немногих в общественное мнение. Да и общественного мнения, если вдуматься, тоже нет. Оттого премия без всякой концепции, без внятного смысла, без авторитетных имен, за ней стоящих, становится частью литпроцесса и информационным поводом только за счет изрядного наградного фонда. И если «Бунинка» доживет до будущего года, то нет сомнений, что о нынешнем позоре никто и не вспомнит, и снова будут у нее и конкурс, и жюри, и пресса положительная. И что за беда, если – помимо всяких скандалов и бытового хамства – премия элементарно непрофессионально выстроена. Например, организаторы не сочли нужным оговорить время публикации номинируемых произведений, отчего в списке издания 2007 года соседствуют с книгами 1996-го, а у того же Поройкова, например, представлен к награде сборник и вовсе более чем двадцатилетней давности.
        И проблема эта вовсе не только литературная. Разве не то же происходит, скажем, с высшим образованием? И разве не существует вуз под названием Московский гуманитарный университет, в котором нет ни филологического, ни исторического, ни философского факультетов, зато наличествуют факультеты рекламы и туризма (оба предмета, безусловно, относятся к базовым гуманитарным специальностям)? А если существует такой вуз, как МосГУ (при советской власти, кстати, скромно называвшийся Высшей комсомольской школой), то он и должен учреждать премии вроде Бунинской. Умилительное все-таки это зрелище – размножение химер в естественных условиях.


  следующая публикация  .  Все публикации  .  предыдущая публикация  

Герои публикации:

Проекты:

Последние поступления

14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов
11.04.2018
Беседа с Никитой Сафоновым
28.01.2018
Авторизованный перевод с английского А. Скидана
Кевин М. Ф. Платт
13.01.2018
О книге Михаила Айзенберга «Справки и танцы»
Лев Оборин
13.01.2018
О книге: Михаил Айзенберг. Справки и танцы. – М.: Новое издательство, 2015
Алексей Конаков
13.01.2018
Евгения Вежлян

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service