Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

напечатать
  следующая публикация  .  Все публикации  .  предыдущая публикация  
Казус Слаповского

01.07.2008
Дарья Расщупкина
Октябрь
2005, №11
        Будущее литературы — в афоризме.
        Его нельзя экранизировать.

        Габриэль Лауб


        Добрый десяток лет назад в каждой уважающей себя газете на предпоследней странице имелся детский уголок, где печатались невинные анекдоты, ребусы, загадки и прочие веселые задания для подрастающего поколения, чтобы ему было чем заняться, пока мамы и папы знакомятся с дайджестом политических потрясений за день. Чаще всего среди этих заданий встречалось такое: две практически одинаковые, подробно выписанные картинки и подпись «найдите десять отличий». Пожалуй, длинные списки Букеровской премии за разные годы можно публиковать под тем же призывом. Фамилии авторов повторяются с завидной периодичностью: некоторые из них уже могут смело добавлять в резюме строчку: «Попадаю в лонг-лист Букера минимум раз в три года».
        Однако в этом году длинный список стал скорее исключением из правил. Поскольку теперь лонг-лист значительно укоротился, то и старых знакомцев из прошлогоднего перечня не так уж много — всего двое: Алексей Слаповский и Олег Зайончковский. Зато, если пользоваться футбольной терминологией, дубль сделали далеко не последние персонажи прошлогоднего премиального сезона. Год назад оба автора вошли в шорт-лист, снискали некоторое количество умеренно-восторженных похвал и с разной степенью интенсивности, но с одинаковым азартом дышали в затылок победителю — Василию Аксенову.
        Но если Олег Зайончковский в прошлом году еще только дебютировал и, подав огромные надежды, совершенно закономерным образом ринулся в этом году их оправдывать, то с Алексеем Слаповским ситуация несколько иная. Завсегдатай всевозможных лонг- и шорт-листов, Слаповский отличается почти не русской и почти не писательской стабильностью. Давний и уже подзабытый спор о том, можно ли называть Слаповского писателем-универсалом, по всей видимости, сам собой угас. Слаповский образца середины 90-х годов, которому Андрей Василевский с полемическим задором отказывал в наличии души 1, со временем потерял угрожающие черты джипа-внедорожника, несущегося по литературным просторам, не разбирая дороги и выходя сухим из болотной воды массовой литературы. Теперь Слаповский с его славой даровитого сценариста воспринимается под лозунгом, который, если перефразировать слоган поисковой системы яндекс «найдется всё!», звучал бы — «экранизируется всё!». Кинематограф (и «сериалотограф») наступает на литературу не только с заманчиво-материальной стороны (кому не хочется подзаработать?), но даже и со стороны поэтики. У критиков появился новый безошибочный критерий оценки: этот роман легко / можно / трудно / нельзя экранизировать. Алексей Слаповский неизменно попадает под редкую пока категорию — «надо экранизировать... и срочно!». Даже в минималистских газетных аннотациях неизменно отмечается, что новая книга Слаповского (любая) похожа на «телезрелище» 2.
        Однако имманентная «экранность» — далеко не единственная типологическая черта, повторяющаяся у Слаповского из книги в книгу. Два романа, штурмующих Букеровскую премию друг за другом — «Качество жизни» (в книжном варианте — «Адаптатор») и «Они» — представляют собой кладезь таких повторений.
        В обоих романах Слаповский делает основой сюжета почти мистическое мановение руки слепого случая. Человек вышел из дома, будучи одним — определенным, привычным, совпадающим с самим собой и физически, и психически, — и вдруг оказался втянут в некую коллизию, которая моментально изменила всю его жизнь и помешала оставаться самим собой. Но если в романе «Качество жизни» эта судьбоносная перемена наглядно показана на примере одного персонажа — писателя Анисимова, не вовремя (или вовремя?) облокотившегося на известную журналистку, то в романе «Они» досадная случайность втягивает в свои сети сразу много людей. Сумка, предательски соскользнувшая с руки Карчина, меняет жизни самого Карчина, Килила, Ольги, Герана, М.М., Володи, Гоши и других. Обилие персонажей, каждому из которых отведено почти равное количество главок, обеспечивает роману пресловутую «кинематографичность». Линии героев, вышедшие некогда из неведомых пунктов А, Б и В, пересекаются в одной точке, которую Слаповский растягивает до бесконечности. На страницах романа эта точка пересечения судеб постепенно превращается в черную дыру, в которую в результате ухнула семья Ольги. Причем наибольшие потрясения пережили не главные действующие лица ключевой сцены у киоска — Килил и Карчин, а те, чьи орбиты соприкасались с ними: Ольга, Геран, Гоша со стороны Килила, адвокат Володя со стороны Карчина, а также случайно оказавшийся в нужном месте в нужное время милиционер Шиваев. Такой вот геометрический феномен.
        Вообще, если внимательно присмотреться к двум романам, то станет заметно, что Слаповский занимается планомерным расширением романной базы, которое, правда, иногда оборачивается закономерным сужением. Писатель Анисимов в романе «Качество жизни» роптал на бесконечную «вариативность человека». Об этом подробно пишет Сергей Костырко в рецензии на роман «Качество жизни», озаглавленной «Безальтернативность Слаповского» 3. В новой книге Слаповский довел собственную безальтернативность до предела. Он фактически выполнил мечту Анисимова, которому хотелось адаптировать людей, избавиться от их безразмерности, сделать их быстрыми, четкими и потому — менее утомительными... Адаптированные по рецепту Анисимова герои романа «Они» стали несколько схематичными, зато кристальными. Как мучается читатель от упрямства Килила! Не возмущается, а именно мучается! Потому что упрямство мальчика дано на страницах книги без примесей — как квинтэссенция человеческого, нет, вселенского упрямства!
        Слаповский постоянен не только в выборе основной канвы сюжета: иногда он хранит удивительную верность и мелким персонажам, и сюжетным линиям. Так, в романе «Они» с документальной точностью повторятся мотив, который разрабатывался в «Качестве жизни»: скрытая любовь к бывшей жене при наличии молодой и слегка бездушной супруги. При этом Слаповский с почти хирургической аккуратностью приспосабливает этот мотив к новому сюжету: роль все понимающей бывшей жены исполняет третья женщина. Цель, по всей видимости, выполнена: молодая жена, взятая в супруги из ложных побуждений быть моложе, краше и энергичнее (то есть «не-самим-собой»), отправлена в отставку, а герой наконец-то нашел «самого-себя» рядом с простой, отзывчивой и теплой ровесницей. Таким образом, задавая себе схему, Слаповский проявляет чудеса самодисциплины и схему реализует, не обращая при этом внимания на побочные эффекты: как-то уж очень быстро, коряво и скомканно пришлось сводить Карчина и Ольгу, как-то слишком лубочно и приторно хорошо им было вместе, и как-то уж очень впопыхах пришлось разгонять их по разным углам.
        Прозу Алексея Слаповского принято называть «авантюрно-философской». К этому критиков побудил когда-то сам Слаповский, назвав повесть «День денег» плутовским романом. И все же наименование «авантюрно-философская» гораздо лучше отражает особенность его творческой манеры, чем «плутовской роман». Как любой авантюрист и философ, Слаповский в глубине души — просветитель. Это было видно уже и в «Качестве жизни», где гламурная интрига не только удерживала читателя за чтением, прельстительно нашептывая: «Посмотри, я же интереснее телевизора», но и исподволь вскрывала и — не побоимся этого слова — разоблачала механизмы создания современного телевидения, репутации и имиджа. Сергей Костырко называет этот феномен «функциональностью» Слаповского. Но применительно к роману «Они» функциональность, понятая примитивно, может привести читателя к выводам в духе театра абсурда. После ознакомления с заключительной фразой на форзаце: «рекомендовано в качестве учебно-наглядного пособия для президента(ов) РФ, членов правительства, депутатов и др. госслужащих в целях изучения собственной страны», воображение разыгрывается. Пособие для политиков высшего эшелона; издано в карманном варианте; продается на лотках при входе в Госдуму; иногда читается на заседаниях парламента под партой, нет, под трибуной, нет, над трибуной — вслух; но чаще — в полумраке кожаного салона, на скорости 220 километров в час под звук интригующе завывающей начальственной сирены.
        И все же, если даже оставить в стороне нездоровые домыслы, дотошному читателю никуда не деться от смутной досады на автора: если уж был так кристален и четок на протяжении всей книги, если уж выдерживал стиль так, что и придраться не к чему, то почему не показал четко и ясно — о чем именно хотел поведать нашим властителям дум и бюджета в первую очередь? О круговороте произвола в природе? О вечном русском жизнестроительстве? О мальчике, укравшем сумку? О них? Или о том, как фантасмагорично выглядит слово «они» во всех падежах, кроме именительного?


[1] Василевский А. Вот Слаповский, который способен на все. Новый мир. 1994, #5.
[2] http://www.gazeta.ru/2005/04/13/oa_154484.shtml
[3] Костырко С. Безальтернативность Слаповского. Новый мир. 2004, #12.
  следующая публикация  .  Все публикации  .  предыдущая публикация  

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени
18.04.2019
Беседа с Владимиром Герциком
31.12.2018
Илья Данишевский. Маннелиг в цепях. Издательство "Порядок слов", 2018
Виктория Гендлина
14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов
11.04.2018
Беседа с Никитой Сафоновым
28.01.2018
Авторизованный перевод с английского А. Скидана
Кевин М. Ф. Платт

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service