Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

к списку персоналий досье напечатать
  следующая публикация  .  Анастасия Гостева
Возвышенные и просветленные
Поток расширенного сознания в романе Анастасии Гостевой

26.06.2008
Ирина Каспэ
НГ ExLibris, 4 октября 2001 г.
Досье: Анастасия Гостева
Анастасия Гостева. Притон просветленных: Роман. - М.: Вагриус, 2001, 480 с.


         «Притон просветленных» - вторая книга Анастасии Гостевой, вышедшая вслед за совсем недавним амфоровским «Travel Агнцем» (см. рецензию в «ЕL-НГ» от 2 августа 2001). В то же время благодаря журнальным и сетевым публикациям не только имя, но и излюбленные сюжеты этого автора вполне узнаваемы. Метания по Москве, бегство в Америку, паломничество в Индию, изматывающая любовь, неотпущенные грехи, грибы, кристаллы, маргиналы, клерки, иностранцы, священники.
        На этот раз этапы замысловатого пути к себе располагаются в хронологическом порядке, выдержки из Библии, Упанишад, Корана, Тимоти Лири, Св. Терезы, Милна и справочника по психиатрии - на полях, аксессуары из церковных лавочек и окуренных восточными благовониями киосков - как придется, вразброс. Для поддержания ритма - электронная переписка:

         «Никогда такого не испытывал, никогда не писал каждый день писем, никогда так не ревновал и не желал счастья человеку, находящемуся за тысячу миль от себя»;
         «Ты меня заебал!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Ты это понимаешь или нет?».

        В течение пяти романных лет герои Гостевой с кровью отвоевывают у расплодившихся в головах тараканов глоток воздуха и полоску Света. Тараканы растут вместе с персонажами и мутируют вместе со страной, стойко перенося штурм Белого дома, выборы и экономический кризис. Быстро меняющаяся повседневность легко расслаивается на основные рубрики «Досуга в Москве» или «Афиши»: клубы, книги, выставки, вещи. Рекламные щиты вызывают особую нежность, настолько трепетную, что непрочитанные драматурги хрупкого театрика мифологий - Бодрийар и Барт - кажутся слишком суровыми, слишком предвзятыми зрителями: «Они были правы, все эти барты, башляры и бодрийары, анализирующие тоталитаризм рекламы, но есть и другая правда: реклама убаюкивает и ласкает одиноких, истерзанных комплексами и неврозами рыцарей великого крестового похода материальной культуры».
        Изобретательное глянцево-журнальное бытописательство, эпистолярная пурга, дневниковая проникновенность и вышедшая из моды ироничная игра с цитатами легко уживаются, поскольку подчинены единому порыву: за всем скрывается почти патологическая одержимость чужим сознанием. Эта фатальная страсть позволяет соединить бойкую стилистику поколенческого романа с протяжной декадентской манерностью: высыпать в общий котел самые броские знаки и символы - те, что по определению одни на всех, - и залить их потоком сознания, размывающим идентичность.
        Обитатели «Притона» отчаянно пытаются выскочить за пределы собственной черепной коробки - то посещая методологический семинар, то используя иные хорошо известные, испытанные еще около полувека назад средства. ЛСД, ДНК, ICQ - сгодится все, что так или иначе указывает на границы индивидуального. Эти люди без свойств угадывают мысли друг друга, лезут в душу, садятся на уши и наступают на пятки: «…Инициации все модельны. У меня была точь-в-точь такая же, как у твоего Вадика». Анастасия Гостева с удовольствием умножает сущности, клонируя героинь и заставляя героев бежать по одному и тому же маршруту.
        Похоже на литературные эксперименты, начатые на заре ХХ столетия, с одной существенной разницей: суета вокруг межличностных границ вызвана не безудержной потребностью заполнить собой сопротивляющийся мир, а, напротив, необходимостью начинить расширенную до неимоверных размеров оболочку «я» чем угодно, но чем-то другим, принципиально другим. «И мир вошел в ее письмо, как долгий тантрический член,» - обнаруживает Вячеслав Курицын в заметке о гостевской прозе.
        Процедура, однако, оказалась крайне болезненной - прежде всего, конечно, для литературных персонажей. Никто не объяснил им, как отличать параноидальный бред от прозрения, зов свыше - от дьявольского соблазна, карму от дхармы, ответ от вопроса, будущее от прошлого. Никто не рассказал, где кончается любовь и начинается ночной кошмар. Кто даст гарантию, что чувства не обманут, интуиция не подведет, посланники не соврут? Что родится дочь, что откроются врата, что БГ светел, Саи Баба свят, а в романе, помимо голоса автора, может быть… Остается хватать Всевышнего за пуговицу и - спрашивать, спрашивать.


  следующая публикация  .  Анастасия Гостева

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

01.06.2020
Предисловие к книге Георгия Генниса
Лев Оборин
29.05.2020
Беседа с Андреем Гришаевым
26.05.2020
Марина Кулакова
02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени
18.04.2019
Беседа с Владимиром Герциком
31.12.2018
Илья Данишевский. Маннелиг в цепях. Издательство "Порядок слов", 2018
Виктория Гендлина
14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service