Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

к списку персоналий досье напечатать
  следующая публикация  .  Иван Ахметьев
Интервью с Иваном Ахметьевым

13.08.2007
Интервью:
Мария Максимова
Независимая газета , 28.12.1995
№150 (1077), 1995
Досье: Иван Ахметьев
        – Иван, в аннотации к твоей мюнхенской книжке ты представлен как поэт андеграунда. Поясни пожалуйста, что это по-твоему такое – андеграунд?
        – Ну, в советское время, грубо говоря, это было очень простое понятие. К андеграунду относились профессиональные авторы, не графоманы, которые по тем или иным причинам не печатались. Сейчас ситуация сложнее. Все перемешалось, часть бывшей подпольной литературы плавно перетекает в официальную.
        А инерция прежних советских редакторов по-прежнему существует. Ведь они все так же сидят в постсоветских редакциях, и поэтому многие интересные авторы остаются неопубликованными.
        – Кажется, ты из тех поэтов, которые в свое время пострадали от литературной цензуры. Скажи, что-нибудь изменилось в этом отношении по сравнению с прошедшими временами легче стало?
        – Редакторский отбор может и сейчас очень сильно исказить текст. Но некоторые авторы сами начинают себя кастрировать. Есть такая кессонная болезнь, когда человек поднимается из глубины, и ему становится плохо, голова, например, кружиться начинает. Я знаю людей, которые писали очень хорошо, находясь в андеграунде. Теперь же они свои стихи начинают переписывать на гораздо более гладкий манер и издают с сильными искажениями. Вот например трагический случай в этом отношении – Иван Овчинников.
        – А в каких отношениях сегодня состоят авторы бывшей «подпольной» литературы с «толстыми» журналами и «большой» литературой?
        – Понятие современной русской литературы вообще еще не установилось. И что такое «большая литература» не совсем понятно – то ли то, что печатают «толстые» журналы, то ли то, что выходит микроскопическими тиражами за счет автора или его друзей? Хотя «большая» литература, в кавычках, существует... И делает вид, что она-то и есть «настоящая». Вот Рассадин написал статью «Тень, знай свое место» – это прямо объявление военных действий. Он откровенно хотел осадить, чтобы не лезли на страницы и не мешались.
        Многие авторы просто не верят, что сейчас можно что-то сделать, напечататься... Таким людям надо помогать, убеждать их, что ситуация изменилась.
        – Что – военные действия все же перемежаются краткими перемириями?
        – На самом деле все не так уж страшно. Происходит не только противостояние, но и перетекание, литературная ситуация меняется. Вот мне вчера рассказали интересный случай про Чухонцева. Он был членом жюри Пушкинской премии. И они дали ее Кибирову и Пригову – авторам, конечно весьма интересным. Но через некоторое время Чухонцев «въехал» в Рубинштейна, который ему раньше как-то не показался, и сказал: «А давать-то надо было Леве Рубинштейну»... Некоторые читать-то умеют... Иногда.
        – Сейчас в Москве в геометрической прогрессии множатся литературные салоны, разнообразные, как бы раньше сказали, «тусовки» – как по-твоему, на благо ли это?
        – Пребывание в определенной литературной среде, общение большинству авторов идет на пользу. Никто же из нас на самом деле в одиночку не пишет. Получается так, что явочным порядком создается новая литературная инфраструктура. И эта инфраструктура хрупкая, как все живые вещи. Но она есть. Как тот же салон Руслана Элинина. Или газета «Гумфонд», к сожалению, уже не выходящая, или издательская деятельность таких энтузиастов, как Андрей Белашкин...
        – Ты хочешь сказать, что какие-то новые издания выполняют теперь функции былого Самиздата?
        – Ну, если считать Самиздатом неформальный обмен текстами в какой-то определенной среде, то безусловно. Хотя надо понять, что в сущности ситуация другая. Все, кто хочет сейчас напечататься, имеют такую возможность. Может, не так, как бы им хотелось, но могут.
        – Кстати, расскажи о твоей публикаторской деятельности. Ты ведь участвуешь в издании авторов, которые до сих пор не были опубликованы в России и не известны широкому читателю?
        – Я много занимался Яном Сатуновским. Это замечательный поэт лианозовской школы. Мы с его братом П.А.Сатуновским составили книжку его избранных стихотворений, она вышла в 1992 г. Потом было еще несколько публикаций в журналах. А в этом году вышла книжка Михаила Соковнина, избранные стихи и проза. Этого писателя я очень люблю. Он из тех гениев, что прожили 37 лет. Он умер 20 лет назад и почти не печатался на родине. Были публикации в Париже, в журнале «Ковчег». А книга вышла впервые в России. Как и книга Сатуновского.
        – Если не ошибаюсь, ты как поэт очень близок лианозовской школе. Расскажи, кого ты считаешь своими учителями, предшественниками?
        – С удовольствием отвечу на этот вопрос. Сначала я узнал стихи Всеволода Некрасова, в 1972 г. Для меня это было откровением. Это было то, что нужно. Я понял, что современная русская поэзия существует. Я и сейчас думаю, что Некрасов – поэт номер один. Постепенно я узнавал и других лианозовцев и очень полюбил и Сатуновского, и Холина, и Сапгира. Все это великие поэты. Конечно, они на меня повлияли... Хотя есть и другие замечательные авторы – покойный Харитонов, например, или новосибирцы – Денисенко, Овчинников, Маковский.
        – Иван, а ты всегда писал так как сейчас – в основном короткие стихи, или когда-то было по-другому?
        – Ну, в школьные годы я, конечно, начинал писать как все. Потом обнаружил, что мне это как-то трудно, скучно, и я пошел по линии наименьшего сопротивления, наибольшего удовольствия... Получился некий минимализм, в основном. Верлибр? Холин с Сапгиром не говорят «верлибр», они говорят «русский свободный стих».
        – Ты пишешь – «кусочек жизни, кусочек речи». Ты сознательно вводишь в стихотворную ткань разговорную речь?
        – Вообще-то это, конечно, внутренняя речь. Или внешняя, но имеющая качество внутренней. Меня всегда интересовало, где проходит граница: стихи – не стихи. И, может быть, эту границу несколько подвинуть... Но при этом все-таки писать стихи.
        – В стихах, где слов не так уж много, особое значение приобретают расположение, пробелы, паузы и вообще графика. Это тоже связано с тем, что твои стихи как бы «кусочки жизни»?
        – Пауза, конечно, да. Зона молчания, невысказанного. На нее, в сущности, стихотворение опирается. Когда-то я придумал термин «бесконтекстная поэзия». То есть такая, где читатель контекст придумывает сам, может даже придумать совершенно иной. А графические методы – рамочки и прочее – нужны для того, чтобы подчеркнуть ритм. Кстати, все эти вещи я впервые увидел у того же Вс.Некрасова. У Сапгира есть такие минималистские «Лю-стихи», что, как заметил М.П.Нилин, означает «наслаждения». Там тоже паузы и пробелы играют большую роль. И Холин тоже разрабатывал довольно интересные формы стиха. Но Некрасов создал свою систему... М.Айзенберг писал, что Некрасов произвел в русском стихе тихую революцию.
        – А видишь ли ты каких-то продолжателей этой традиции среди молодого поколения? Кто из новых авторов тебе близок?
        – Вообще довольно многие естественным образом приходят к малым формам. Тут, конечно, и не без японцев, в смысле их влияния. Но явно почти не знают русских достижений в этой области. До сих пор нет хороших антологий, многое не издано. Те же «Лю-стихи» Сапгира, многие тексты Холина и Некрасова. А вообще я люблю и традиционные стихи, если у кого получается. Николай Звягинцев, Света Литвак...
        – Но все-таки, как по-твоему, легче сейчас стало жить на Руси поэтам или тяжелее? Вот Борис Колымагин писал, что поэт Иван Ахметьев жил в такие страшные годы, в период безвременья...
        – Сейчас, конечно, лучше, что можно что-то сделать, напечатать. Но стихи не кормят. И так и должно быть. Об этом писал еще Аполлон Майков.
        – Есть мнение, что сейчас творческому человеку гораздо хуже – раньше хоть можно было за какое-то антагонистическое состояние уцепиться, а теперь что?
        – Да, я понимаю... Тогда ситуация, действительно, была как бы проще. Можно было строить модели действительности, и они работали. А сейчас все стало очень динамично изменяться, стало сложнее и в бытовом плане, и в литературном... И никто не знает, к чему все это приведет. А наша опора, как всегда, русская литература. И, конечно, «Ein grosser Burg ist unser Gott». А от противостояния личности и социума в его окостеневших проявлениях все равно никуда не денешься. Бродский когда-то написал про «опыт борьбы с удушьем». По-моему, мы накопили такой большой опыт в этом деле, что хватит на много поколений вперед. И этот уникальный опыт пригодится не только в удушливых обстоятельствах. Хотя, конечно, и сейчас дышать не очень-то легко.


  следующая публикация  .  Иван Ахметьев

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

20.10.2017
Василий Бородин о ямбическом трамвае и песнях в подземном переходе
29.08.2017
Предисловие к книге стихов Арсения Ровинского
Дмитрий Кузьмин
09.04.2017
Стихи бесстрастного поэта
Евгения Лавут
14.02.2017
Геннадий Каневский
17.01.2017
Андрей Сен-Сеньков. Воздушно-капельный теннис. — Нижний Новгород: Поэтическая серия фестиваля «Стрелка», 2015.
Александр Мурашов
19.04.2016
Предисловие к книге Галины Рымбу «Кровь животных»
Дмитрий Кузьмин
14.04.2016
Интервью с Леонидом Мотылёвым
01.04.2016
Кручковский А. Сумма несовпадений. — СПб.: Порядок слов, 2015. — 48 с., илл.
Александр Марков
06.01.2016
Перевод с украинского
Остап Сливинский

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2017 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service