Досье

И Украина, и Россия – страны морские, но когда живешь в них, этого не замечаешь, не ценишь. Море и свобода и вправду связаны – и не «художественным бессознательным», а вполне сознательным; в строке Пушкина они рядышком: Прощай, свободная стихия! / далее

Представительное собрание, кажется, это называется. Когда книга покрывает чуть не сорок лет. Представительный корпус текстов. От ранних текстов (Дымился май. Дымился твой сосок. / Нас относило вглубь, наискосок.), перекликающихся с текстами поэтов круга "Московского времени", – до "Текстов из компьютера 2003 года", неожиданно жёстких и конкретностью как-то выламывающихся из общего ощущения. / далее

Поэзия Игоря Померанцева — явление в русской словесности неординарное. Померанцев в современной русской поэзии — что называется, outstanding: сравнивать не с кем. Большинство его стихотворений написано верлибром, но опять же — верлибр дело распространенное, а вот из чего «выдувает» свои стеклянные фигурки наш герой — надобно еще разобраться. / далее

Терзаемый страстным желанием войти в анналы истории и при этом не страдая графоманией, я хочу представить вашему вниманию некую крупицу концентрата времен. Свет она увидела в нынешнем году в стольном граде Киеве благодаря душевной чуткости и поразительной наблюдательности Игоря Померанцева. Сборник был озаглавлен «News. Стихи. Проза». / далее

«Говорят, писательство о писательстве заезжено. Что правда, то правда: писатель — персонаж ничем не лучше других персонажей. Но о другом: текст должен быть о себе самом», — заявляет свое кредо Игорь Померанцев. / далее

Тот факт, что Игорь Померанцев работает на радио, может вызвать недоумение у читателя нового сборника. Вот если бы он был, к примеру, скульптором или живописцем - тут не было бы никакого несоответствия. А радио как-то не ложится в общую картину. Но это только если «Семейное положение» - первая книга Померанцева, которую вы взяли в руки. / далее

Я спешу написать обо всем, что меня окружает, лишь потому, что не хочу, чтобы вместо меня это сделал какой-нибудь дегенерат.

Игорь Померанцев, атриум Строгановского дворца, 4 июня 1999 года, Санкт-Петербург. / далее

В современной литературе у Игоря Померанцева наилучшая из возможных «технологических», а значит, и эстетических, профориентация - он богатый путешественник. Это завидный удел. К его книгам необходимо присовокуплять географические атласы, изданные в старинном роде. / далее

Игорь Померанцев выпустил свою пятую книгу. Первая издана в Лондоне, вторая и третья - в Санкт-Петербурге, четвертая маркирована «СПб./Нижний Новгород», в выходных данных пятой стоит «Киев, издательство «Факт». / далее

У Набокова есть мысль, что посредственности процветают за счет идей, за счет концепций. Честная работа – это работа с тканью, с фактурой, с языком, со словами. Талантливая или неталантливая – но честная. А интерпретация, интерпретация текстов, этот бесконечный разговор, с моей точки зрения, как правило, – халтура. / далее