Москва Мурманск Калининград Санкт-Петербург Смоленск Тверь Вологда Ярославль Иваново Курск Рязань Воронеж Нижний Новгород Тамбов Казань Тольятти Пермь Ростов-на-Дону Саратов Нижний Тагил Краснодар Самара Екатеринбург Челябинск Томск Новосибирск Красноярск Новокузнецк Иркутск Владивосток Анадырь Все страны Города России
Новая карта русской литературы
Страны и регионы
Города России
Страны мира

Досье

Публикации

к списку персоналий досье напечатать
  следующая публикация  .  Павел Крусанов
Быть настойчивым в своем заблуждении
Интервью с Павлом Крусановым

14.08.2007
Интервью:
Владимир Камышин
Литературная газета, 4.10.2006
№ 41 (6089), 2006
Досье: Павел Крусанов
        – Вас называли одним из самых заметных и многообещающих авторов в современной литературе. Как вы считаете, «отработали» ли вы эти звания или лучшие ваши книги ещё впереди?
        – Не знаю, как другим, а мне ни с кем не доводилось подписывать договоры кровью. Поэтому я ничего и не отрабатываю, раз не брал на себя никаких обязательств, а делаю то, что делаю, как бог на душу положит. Смиренно стараясь, чтобы выходило немножечко лучше и иначе, чем было принято делать в этой области прежде. Ведь именно это, кажется, и называется культурой.
        – К какому направлению, течению литературы вы относите себя?
        – Прежде я льстил себя надеждой, что человек – вещь предметная, настоящая, а не чья-то выдумка, укладывающаяся в берега какого-то литературного течения. Впрочем, возможно, это заблуждение. Что же касается моих книг, то они относятся к тому течению, к той радостной струе, где много музыки, воздуха, света и тьмы, но практически нет материальной выгоды, поскольку жирный карась нерестится где-то в другом месте.
        – Над чем вы сейчас работаете?
        – Хотел написать цикл рассказов, поскольку ценю и люблю малую форму, но, кажется, опять выходит роман. Впрочем, говорить об этом не стоит, потому что история только начинается.
        – Как складывается издательская судьба ваших произведений?
        – Нормально складывается. Они написаны, изданы и прочитаны. Некоторые даже переведены. Что можно им пожелать ещё? Глубоких оргазмов?
        – Как вы считаете, возможно ли современному писателю прокормить себя литературным трудом?
        – Теоретически – с натяжкой – возможно. При рыночном успехе здесь, переводах там, заинтересованности кинокомпаний и так далее... Однако ни мне, ни кому-то ещё из знакомых мне писателей реализовать эту возможность не удалось. Допускаю, что мы плохо старались. Но ведь если беспрестанно писать, то когда жить? А если ты не живёшь, о чём тебе писать? Ну а за то, что ты живёшь, пока, увы, не платят. К сожалению, у нас не развита практика писательских стипендий, как частных, так и государственных, а они могли бы позволить авторам не подпадать под издательскую кабалу и не выходить из поля культуры, чтобы кормиться на стороне. Впрочем, это касается не только писателей.
        – Как главный редактор издательства «Лимбус Пресс» вы хорошо знакомы с современной литературной ситуацией. Как по-вашему, правомерны ли разговоры о смерти художественной литературы и вытеснении её коммерческой бульварной макулатурой?
        – Правомерны, но не более чем десять, двадцать или сто лет назад. Ещё в начале двадцатых годов прошлого века Виктор Шкловский предрекал грядущий триумф литературе факта и забвение (смерть) литературе вымысла. Собственно, не он первый. Достаточно вспомнить похоронные настроения Розанова относительно перспектив художественной литературы в целом. Словом, теперь это уже общие места и прописи. Наверное, я говорю несколько не о том, но в интервью уж так заведено, что отвечаешь не на тот вопрос, который тебе задали, а на вопрос, который хотел бы задать себе сам... Думаю, похоронная тенденция в настроениях определённой части литераторов вполне закономерна, поскольку логически вытекает из установки реализма как главенствующего ныне литературного направления быть «ближе к жизни», а в идеале слиться с ней в одно. Понимаете – не метафорически осмыслить её, жизни, существо, не взбодрить ей кровь величием духа и дерзостью порыва, а просто раствориться в жизни, стать не кувшинкой, не лилией на водной глади, а плодородным и питательным придонным илом. Между тем реализм как большой стиль вышел на художественную арену лишь в XIX веке – вышел и сразу же узурпировал право на первородство. Но ведь до того литература, как и искусство в целом, несколько тысячелетий припадала совсем к иному источнику – к мифу, преданию – и черпала вдохновение именно оттуда. Собственно, литература сама и была мифом, карнавалом, из раза в раз воспроизводящейся мистерией. Реализму нет и двух веков от роду, а он хоронит то, что в культуре традиции существовало до него и недурно без него обходилось в течение как минимум трёх миллениумов. Хамство-то какое. Собственно, подобная позиция лишь свидетельствует о кризисе самого реализма, не выдерживающего конкуренции с освободившимся от оков позитивизма мифом. Новым мифом, который является нам то в виде латиноамериканского магического реализма, то в виде мамлеевского метафизического реализма, то в виде балканской магии реальности.
        А вообще разделение литературы на «серьёзную», то есть максимально приближённую к реальности, лишённую вымысла, фактологически верную, и «несерьёзную», то бишь мейнстрим с его завлекательными кунштюками и вдохновенными фантазиями, считаю некорректным в первую очередь по отношению к «серьёзной» литературе, поскольку подобное деление невольно лишает её статуса искусства, заведомо определяет как «скучный» жанр и переводит под юрисдикцию иной музы. Скажем, Клио.
        – Сейчас много говорится о том, что издание книг происходит только за счёт самих авторов. Верно ли это и как работает с современными авторами ваше издательство?
        – Я таких разговоров не слышал. Да и не так это вовсе, поскольку подавляющее большинство современных авторов не имеет счёта, с которого можно было бы такое издание оплатить. То есть книги за счёт мифических средств автора выходят, особенно это развито в провинции, где скверно налажено издательское дело, но на картину текущего литературного процесса эти книги влияния не имеют. Практически не имеют. Исключения можно перечесть по пальцам. Что касается «Лимбус Пресс», то лишь за последние несколько месяцев здесь из самотёка был отобран добрый десяток авторов, чьи имена читателю ни о чём не говорят, но в которых издательство поверило и вложило деньги. Уже вышла книга Андрея Темникова «Зверинец Верхнего Мира», готовятся к выходу книги Андрея Филатова и Владимира Медведева, подготовлена третья антология прозы двадцатилетних...
        – При издании книг на что ориентируется ваше издательство? На вкус публики? На коммерческую выгоду? На качество рукописи?
        – Я уже говорил, что «Лимбус» не может себе позволить проходных книг. Издательство живёт на те деньги, которые зарабатывает. Поэтому, безусловно, учитывается коммерческая сторона вопроса – сможем ли мы это продать, каким тиражом и в какой срок. Но кроме экономических резонов есть ещё и резоны имиджевые. Скажем, если, по нашему мнению, у книги есть высокие шансы для того, чтобы стать литературным событием, а коммерческие перспективы не столь лучезарны, то порой издательство согласно идти на риск. В конце концов, слава интеллектуального издательства, готового поддержать высокий градус эстетического экстремизма, способного оценить нетипичность тем, эффектность ракурса и оправданный творческий эксперимент, – это тоже своего рода дивиденд, легко поддающийся конвертации.
        – Кто, на ваш взгляд, является открытием в русской литературе в начале XXI века?
        – Если говорить об авторах, чьи первые книги вышли после 2000 года, то это... Нет, мне кажется, что в 2006 году преждевременно говорить о вершинах литературы XXI века. С двадцатым-то ещё не разобрались – сколько там дутых гигантов, если присмотреться...
        – Мешает ли Крусанов-издатель Крусанову-писателю? Не слишком ли много времени отнимает работа над чужими книгами, вместо того чтобы посвятить его своим?
        – Конечно, мешает. Но, во-первых, русский писатель любит, когда его отвлекают от работы, а во-вторых, альтернативой издательской деятельности могла бы послужить та же стипендия, скажем, в сорок тысяч рублей ежемесячно, но кто же мне её даст? Так что в ближайший год новой книги от Крусанова-писателя не будет.
        – Как вы относитесь к литературным премиям? Что они отражают и насколько вообще объективны?
        – Кулуарные премии, типа русского Букера, либо премии, дающиеся по совокупности заслуг, типа Государственной или «Триумфа», разумеется, ничего не отражают, а просто обслуживают выстроившихся в очередь литераторов. А между тем закон жизни гласит: хочешь быть первым, не становись ни в какую очередь. Мне нравится невменяемая премия «Национальный бестселлер», именно в силу своей открытости и неспособности прийти к консенсусу – там всегда побеждает не компромисс, а та или иная позиция. И это здорово, потому что компромисс – не что иное, как совместное решение сторон, которое каждая сторона в отдельности считает ошибочным. «Дебют» – тоже полезная премия. Что касается «Большой книги», то строгого мнения по ней у меня ещё нет, поскольку она пока не присуждалась, но вред её очевиден благодаря размеру её содержания. Лауреат будет съеден завистниками вместе с ливером.
        – Какой вы видите новую литературу? Есть ли молодые авторы, наступающие на пятки признанным мэтрам?
        – У каждого поколения должны быть свои герои. В частности, должны быть свои писатели, рассказывающие этому поколению о нём самом. Рассказывающие с той интонацией, которую не подделать никакой стилизацией. И такие молодые авторы есть, и их не два и не три... Я позволю себе обойтись без фамилий, потому что кто-то невольно окажется мной обижен. А ведь мы так не любим, когда на нас обижаются.
        – Как вы относитесь к литературным сайтам со свободной публикацией? Можно ли назвать это особой субкультурой, отличной от бумажной литературы? Возможно ли молодому автору, публикующемуся в Интернете, быть замеченным издателями?
        – Я воспитан именно на бумажной литературе. Возможно, поэтому литературные сайты кажутся мне клубом аутсайдеров. Тем более что каждый из публикующихся в Интернете тайно или явно мечтает именно о книге, простой бумажной книге, так что в силу хотя бы этого обстоятельства сетевая литературная субкультура неполноценна. Другое дело, что автору из Сети вполне можно перекочевать в бумажную литературу. Именно так получилось, скажем, с Дмитрием Горчевым и Ириной Денежкиной, которых издатели выудили именно из Интернета.
        – Что бы вы хотели посоветовать и пожелать молодым писателям, делающим первые робкие шаги на литературном поприще?
        – Не относитесь излишне серьёзно к советам умудрённых коллег и не рассчитывайте на то, что литература станет для вас полноценным заработком, – в противном случае вас ждёт жестокое разочарование.
        – Вас можно назвать писателем со счастливой судьбой: вас знает и читает широкая публика, ваши книги издаются. Может, вы поделитесь с коллегами-писателями рецептом успеха «от Крусанова»?
        – Нет никакого эксклюзивного рецепта. Надо просто верить, что ты можешь написать хорошую книгу, и быть настойчивым в своём заблуждении.


  следующая публикация  .  Павел Крусанов

Герои публикации:

Персоналии:

Последние поступления

01.06.2020
Предисловие к книге Георгия Генниса
Лев Оборин
29.05.2020
Беседа с Андреем Гришаевым
26.05.2020
Марина Кулакова
02.06.2019
Дмитрий Гаричев. После всех собак. — М.: Книжное обозрение (АРГО-РИСК), 2018).
Денис Ларионов
06.05.2019
Владимир Богомяков в стремительном потоке времени
18.04.2019
Беседа с Владимиром Герциком
31.12.2018
Илья Данишевский. Маннелиг в цепях. Издательство "Порядок слов", 2018
Виктория Гендлина
14.10.2018
О творчестве Бориса Фалькова
Данила Давыдов

Архив публикаций

 
  Расширенная форма показа
  Только заголовки

Рассылка новостей

Картотека
Медиатека
Фоторепортажи
Досье
Блоги
 
  © 2007—2019 Новая карта русской литературы

При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.litkarta.ru обязательна.
Все права на информацию, находящуюся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.

Яндекс цитирования



Наш адрес: info@litkarta.ru
Сопровождение — NOC Service